Фантастика 2026-138 - Анастасия Макарова

-Держись в стороне от меня, - во второй раз повторил в слух как-то сказанный до этого совет вору, - твоей задачей будет украсть один единственный меч, не пропустишь какой, обещаю... надеюсь ты не облажаешься иначе нам вполне вероятно может прийти конец.

-Я очень надеюсь, что подобного риска заданий у тебя для меня больше не будет, - мужчина мрачно сплюнул себе под ноги, уж очень он не хотел лезть в руины полные неизвестной нежити по указки никак не касающейся его принцессы обливиона. - Плохое у меня предчувствие. Зря я согласился на твою сделку.

-Зря не зря, какая уже нахер разница, - я пожал плечами и развернувшись всмотрелся в прикрытые капюшоном глаза моего спутника. - Ноктюрнал во второй раз скрепила всё ту же клятву, тебе некуда бежать с тонущего корабля, попытаешься убить меня, чтобы сбежать и то, что происходит с твоей гильдией покажется лично тебе настоящим раем, - с моих слов могло показаться, что владычице воронов не всё равно на одного конкретного смертного, но на деле готов поставить свою голову, ей больше, чем абсолютно плевать, вот на что ей не плевать, так это на пренебрежением своим именем. Ни один смертный не смеет нарушать клятву заверенную любым из даэдра, это почти как плевок им в лицо, и никто не любит, когда на них плюют, особенно когда плевок исходит от жалких отбросов и расходного материала, коими были все жители Нирна по мнению бессмертных и вечных детей Падомая. Их собственная гордыня не позволит отпустить без наказания наглого смертного.

В общем, никто не пытается трахнуть даэдра без помощи любого другого даэдра соразмерной силы или очень хитрого плана и Древнего Свитка в руках. И у рыжего норда не было за спиной ни одного другого принца или принцессы Обливиона, чтобы позволить себе наплевать на Ноктюрнал.

-Скорее бы наши пути разошлись, парень, ты мне совсем перестал нравится, - пожал плечами вор и огляделся вокруг.

-Уже сегодня вечером сможешь свалить от меня на все четыре стороны, если не лажанешь свою часть плана. С тебя останется всего два очень больших одолжения и три небольших кражи, - что мне должен Бриньольф и как он мне будет возвращать долг за мою информацию мы договорились ещё на первых порах каждой из двух сделок.

Было не сложно, мне нужно было три небольших предмета из чужих карманов и тайников за информацию, предоставленную вору в Рифтене. Совсем простые кражи для вора его уровня, разве что ворожея изгоев может доставить ему проблем, но ни лесоруб их Морфала, ни бандит из Фолкрита не были чем-то особенным, кем-то кого он не смог бы обвести вокруг пальца и забрать их имущество для меня. А чтобы повысить его шансы на успех выше небес я для этого поделился с ним информацией о том, как лучше всего подступится к каждой цели ограблений.

А вот за то, что я поведал ему в Маркарте с него была стребована действительно большая, но соответствующая даваемой информации цена. Всего-то нужно было достать для меня меч Сияние Рассвета из старого храма Меридии. Естественно, о некроманте я умолчал, но упомянул нежить. Для него стало неприятным сюрпризом появившиеся из ниоткуда даэдрическая принцесса и не самый добрый маг в сердце её храма, что использовал меч, как источник сил для своего мерзкого колдовства. Впрочем, мне нужно было, чтобы он просто забрал меч у некроманта, лишил его источника сил, чтобы я мог убить его, и в этом он получит всю необходимую помощь. Так что, отбросив всю шелуху он мне нужен был, как помощник на битву с боссом подземелья, чтобы лишить того источника бесконечной магии, а кража меча была лишь предлогом. Но этого Бриньольф не знал, а я не спешил его просвещать, иногда очень полезно, когда исполнители не знают настоящих причин и целей действий и запросов нанимателя.

Принести Скелетный Ключ Ноктюрнал на парочку недель, а может даже куда меньший срок, смотря насколько быстро я смогу использовать его ради своего “очень хитрого плана”, что был придуман ещё в далёком Мзулфте. Ссориться с госпожой теней мне совсем не хотелось, лишь во благо себе использовать один из её артефактов, всё равно она весьма наплевательски относилась к тому, кто ими владеет и что ими делает пока это не противоречило её интересам. Ключ открывал не только материальные двери, да и не только “двери”, он был отмычкой от всего, что было “спрятано” или “закрыто”.

Третьей же действительно крупной уступкой, что сумел выбить из Бриньольфа была кража двух фалмерских глаз, обломись Мерсер, мне они нужнее. И нет, я не думал их продавать, чтобы резко взлететь в объёмах личного богатства до уровня скайримского ярла или сиродильского графа. Хотя продать их всегда успеется, но сперва нужно было узнать, работоспособна ли одна из моих идей, что возникли у меня ещё в прошлом мире. У меня на этих два огромных алмаза были совсем иные планы, куда более масштабные, чем простая продажа ради гор золота.

-Поскорее бы, - сухо заметил Брин.

Оставив его ремарку без ответа, я положил обе руки на створки небольшой железной двери, это явно был не главный вход в комплекс, но мне было как-то всё равно на это. Не знаю, как закрывали главный вход в прошлом, когда этот храм кипел от жизни благодаря постоянному потоку почитателей блудной дочери Магнуса, но открыть даже попавшиеся мне двери оказалось неожиданно сложно, пришлось навалится всем телом, уперевшись ногами в землю и что есть сил толкать вперёд заржавевшие в петлях от времени стальные створки.

С пронзительным скрежетом и стоном металл открылся ровно настолько, чтобы можно было боком протиснуться не сильно крупному мужчине. Для меня было как раз достаточно места, а вот крупному норду придётся втянуть живот, так как дальше метал дверей не поддавался и открываться отказался наотрез.

С неба светило яркое солнце, огромная дыра в Обливионе прямиком в Этериус посылала энергию аэдрического плана нам на голову в виде лучей теплого света, а вот дальше за дверью царила девственная тьма, тьма в которую нам нужно было войти и выйти победителями всех её обитателей.

Но ни я ни Брин не вошли в образовавшийся проход, первым кто нарушил покой заброшенных руин стал огненный атронах возникший, как огненный факел посреди бескрайней темнейшей ночи. Свет от его огня тут же осветил проход, в котором