Фантастика 2026-141 - Сергей Витальевич Карелин

Имперские солдаты замерли. Да, конечно… конечно они прекрасно видели, что их командующая на последнем издыхании стоит на коленях. Вся в крови. Безмолвная, потерянная, разбитая.

Хэ Лао продолжил:

— ПОСМОТРИТЕ НА ЭТУ ТВАРЬ! БЕСПОМОЩНАЯ СКОТИНА, ЗАСЛУЖИВАЮЩАЯ ГЛОТАТЬ ПЕСОК! ДАЖЕ НЕ ЧЛЕН ХА-ХА-ХА! ЕЁ РОТ СЛИШКОМ ГРЯЗНЫЙ! ВЫ ВИДИТЕ⁈ ОНА НЕ МОЖЕТ ДАЖЕ ВСТАТЬ НА НОГИ! ПОДНЯТЬ СВОЮ САБЛЮ! ВОТ ЧЕГО СТОИТ ВАША ИМПЕРСКАЯ ШКОЛА! ВОТ ЧЕГО СТОЯТ ВАШИ ЛОРДЫ! НИЧЕГО! АБСОЛЮТНО НИЧЕГО! ВЫ ВСЕ ПОЙДЁТЕ НА УБОЙ! ВАШ ВЕК ОКОНЧЕН!

Сержант Кузьмин тихо выматерился. Петька Терехин зажмурился, чтобы не видеть. Поручик Голицын продолжал смотреть, по щекам текли слёзы.

— ОНА УМРЁТ! — Хэ Лао лыбился во все кривые зубы. — ПРЯМО НА ВАШИХ ГЛАЗАХ, И ВЫ НИЧЕГО НЕ СДЕЛАЕТЕ, ЧТОБЫ ПОМЕШАТЬ МНЕ! А ПОТОМ — МЫ ВОЙДЁМ ВНУТРЬ! И ВЫЖЖЕМ ВАС ВСЕХ! ТЕ, КТО БУДЕТ МОЛИТЬ О ПОЩАДЕ, МЫ ОСТАВИМ В ЖИВЫХ — ОНИ СТАНУТ НАШИМИ РАБАМИ! БУДУТ ЧИСТИТЬ НАШИ СТОЙЛА, ТАСКАТЬ НАШИ ТЕЛЕГИ, ОБРАБАТЫВАТЬ НАШИ ПОЛЯ! ЛИЗАТЬ НАШИ САПОГИ!

Он усмехнулся, а потом произнёс ниже, с рыком:

— ПОСЛЕ — МЫ ПРИДЁМ ЗА ВАШИМИ СЕМЬЯМИ! ВАШИМИ ЖЁНАМИ, ВАШИМИ ДЕТЬМИ И ВАШИМИ МАТЕРЬМИ! ЗАЙДЁМ В КАЖДУЮ ДЕРЕВНЮ! ВЫРЕЖЕМ ВАШИ ФАМИЛЬНЫЕ ДРЕВА ДО КОРНЯ! ВАС НИКТО НЕ ЗАПОМНИТ! О ВАС НЕ ОСТАНЕТСЯ НИ ИМЕНИ, НИ МОГИЛЫ! ВЫ ИСЧЕЗНЕТЕ ТАК, КАК И ПОДОБАЕТ ОТРЕБЬЮ! УЗРИТЕ ЖЕ, ВАРВАРЫ, КОНЕЦ ВАШЕЙ ВЕЛИКОЙ! — ревел он и, подняв арбалет к плечу, взял на прицел Екатерину.

Неподалёку от Лордессы, у обломка обрушенной стены, сипел генерал Разин. Грубые ладони прижаты к животу, кровь сочилась и сочилась, без остановки. Он пришёл на помощь командующей, но не продержался и двадцати секунд — ещё бы, без эфира. Теперь не мог встать — арбалетный болт прошил пузо насквозь. Но стоит отдать ему должное — он всё ещё был в сознании. А потому наблюдал, как китаец поднял арбалет и нацелился. Из последних сил, через кровь в горле, через всю боль, сквозь всё, что у него ещё оставалось, он выдавил хриплый, безнадёжный крик. Хоть и знал, что это ничего не изменит и она не увернётся, но пусть хоть погибнет не в тишине:

— КАТЬКА… ЛОЖИСЬ, ДУРА!

Та кашлянула, видать хотела сказать, что сам он дурак, но не могла. Просто подняла голову и одним зрячим глазом посмотрела в лицо смерти, как и подобает командующей. Губы прошептали:

— Отлеталась… кажись…

Палец Хэ Лао лёг на спусковой крючок, когда вверху, у самого-самого свода Домена, прозвенел треск.

ДЗУН!

Будто с небес жахнула молния! Братья Хэ машинально подняли головы. Да и имперцы на стенах. Даже Екатерина, уже распрощавшаяся с жизнью, вздрогнула и попыталась посмотреть сквозь слипшиеся кровью волосы.

ЧЕГО…

Крыша Домена лопнула⁈

Не вся — только одна точка. Купол, который не мог пробить ни один эфирный удар, ни одна стрела, вскрылся. А следом в этот пролом, рухнуло что-то.

Никто не успел разглядеть, что ЭТО БЫЛО!

БУМ!

Удар о землю столь мощный, что взметнулся столб пыли! Ударная волна разошлась по всему Домену, отбросив братьев Хэ. Арбалет Лао дёрнулся — палец, уже нажимавший на спусковой крючок, довёл дело, и болт с противным визгом полетел в Екатерину.

Шмяк!

И тишина.

Пыль оседала. Слой за слоем, обнажая человека.

Совсем мальчишку.

КОТОРЫЙ ПОЙМАЛ БОЛТ ГОЛОЙ РУКОЙ!

Все вытянули шеи, пытаясь разглядеть его в этой пылюке. Тёмные волосы. Рубаха, простые штаны. Штрафбатовские сапоги заляпаны грязью. На щеке пятно от пыли. На лбу — полоска от пота, перемешанная с грязью. А глаза — просто человеческие глаза уставшего мужика. За спиной огромный чёрный арбалет, у пояса меч с кинжалом.

Но самое-самое…

Чёрная накидка на нём, с эмблемой Чёрного Лебедя на плече.

— С-сержант… — прохрипел Петька. — Это же…

Сержант Кузьмин стоял как заворожённый.

— Будь я проклят… Этот арбалет… И накидка… В-воробей⁈

А внутри Домена, Аркадий Степанович, не моргая, через боль в животе, поднял голову. Зрение было затуманено, кровопотеря давала о себе знать, но он всё равно смотрел на фигуру в чёрном.

И старое, усталое сердце пропустило удар.

Разин угадал бы его средь тысячи. Особенно этот чёртов арбалет…

'Вот оно как, — намокли его глаза, — Вот оно, значит, как. Ты пришёл, малец. К своим. Спустя девять лет… спасибо, сынок… спасибо."

Из его рта потекла струйка крови, но он улыбнулся.

Мальчишка тем временем отбросил болт. Отряхнул плечо от пыли, и шагнул из кратера на ровную брусчатку, встав прямо между Екатериной и Хэ Лао. Ленивым взглядом обвёл всё вокруг. Коленопреклонённую Екатерину уже видел. Теперь же взглянул на сидящего окровавленного Разина. Потом — наверх, на тысячи имперских солдат и китайских пехотинцев, а после — перевёл спокойный взгляд на двух братьев Хэ.

И только после этого, в полной тишине, раздался его голос, при чём хоть и негромкий, но его услышал каждый живой человек в крепости.

— Ну и? Кто тут такой грубиян, оравший без умолку?

Петька, сам не зная почему, вдруг всхлипнул, прижал к груди лук и прошептал:

— Слава тебе, Господи…

Сержант Кузьмин сжал кулаки. Надежда. Этот человек… наёмник Воробей только что принёс странную надежду:

— Не «Господи», Петька. Это, наёмник Воробей… Легенда битвы в Долине Костей.

Хэ Лао же пришёл в себя. Ошеломление прошло, теперь в нём закипала ярость.

Рядом его брат Хэ Лю вздулся венами.

— Ты, блядь, кто ещё такой?

Мальчишка посмотрел ему в глаза и сухо произнёс:

— Я? Да так. Ненормальный Практик, заглянувший к своей стае… Не туда вы забрели, карапузы, ох не туда…

Глава 10

Слова Александра повисли в тишине Домена, что уже затянул дыру в потолке.

Все молчали.

Братья Хэ пытались понять, какой ещё нахрен Ненормальный Практик?

Однако, позади Сашки раздался хрип:

— Малец… — Катерину было еле-еле слышно, — Зря ты… сюда… пришёл…

Она лежала на брусчатке, сплёвывая кровь сквозь разбитые губы. Сухожилия на запястьях и лодыжках перерезаны и подгнивали без эфирной регенерации. Но взгляд… в нём ещё тлела искра. Живая, злая, готовая идти до конца, если б только была способна. Через боль, командующая нашла в себе силы прохрипеть ещё кое-что.

— Этот Домен… Он всё блокирует. Эфир… Техники… Слияние. Ничего не работает. Я не смогла. И ты… Уходи, малец. Пока можешь…

Александр, так и не обернувшись, ответил:

— Да, я уже понял, командующая.