"Фантастика 2026-114". Компиляция. Книги 1-30 - Екатерина Владимировна Скибинских

— Ну, так и думай, решай, я тебя не тороплю, до завтрашнего утра мне они не понадобятся.

Я хлопнул его по сухенькому колену и направился к харчевне. После купания в ручье все тело чесалось, надо помыться, просушить доспехи и… и даже не знаю что дальше. Планы на сегодняшний день у меня закончились.

Ответ на это затруднение пришел, не успел я протопать и с полсотни шагов. Со стороны таверны не шла, а просто бежала Алёна. Я вытащил щит, нащупал топор, выглядывая, кто за ней гонится, подспудно ожидая увидеть гигантскую фигуру ее мужа, но никого не было, и улыбка на лице девушки свидетельствовала о том, что переживал я зря.

— Ты сделал это! — Воскликнула она на последних шагах, стремительно бросаясь ко мне на шею и просто впиваясь в мои губы.

— Офторофно дефуфка, — я с трудом отстранил возбужденную Алёну, — вы меня своими сосками сейчас насквозь проткнете, что я такого сделал?

— Ты сделал это! Не знаю как, но сделал! Я свободна!

Она начала покрывать мое лицо поцелуями, перешла на шею, рванула на мне застежки брони.

— Стоп, стоп, стоп, успокойся! Здесь же дети кругом, что случилось, от тебя муж ушел?

— Ушёл, — подтвердила Алена, крепко хватая меня за руку и таща за собой, — как ты это сделал? Сегодня с утра он пришёл к старосте и стал требовать немедленного развода. Староста попытался отказать, но тот чуть на него с кулаками не набросился и вытребовал-таки нужную бумагу. Затем бросился домой, запряг в телегу лошадь, забрал с собой все вещи и деньги, и бросился догонять ушедший с утра обоз. Догнать вряд ли догонит, слишком много всего загрузил, но с его силищей ему тут никто не страшен, сам до города доедет. Вот и все что я знаю, так как ты это сделал?

— Я? Да никак, просто письмо ему написал.

— Письмо? С угрозами? Ты обещал его убить?

— Нет, зачем сразу убить? — Я остановился припоминая, — как же там было?

«Если ты стар и уродлив, убог, грязен и не благороден, но твоя душа и тело трепетно вожделеют настоящей мужской любви, то столичный клуб истинных джентльменов с нетерпением ждет тебя в своих рядах. Тебя ждет сладостная боль и неземное наслаждение в наших садах мучительного унижения.

Если ты не замаран порочащей связью с женщиной, мы удовлетворим твои самые грубые, глубинные желания. Спеши скорее под наше мужественное крыло.

Столица империи. Улица маркиза Де Зада. Клуб истинных джентльменов.

Ждем тебя с нетерпением, Шалун».

— Ну, как-то так, — прочитал я по памяти, или что-то похожее было.

— И что? Я ничего не поняла из того, что ты сказал.

— Это хорошо, что не поняла, только, когда соберешься в подвал его спускаться, подружку с собой возьми, для моральной поддержки… да и ей там может приглянуться что-то из оборудования. Она же у тебя рёхнутая совсем, глядишь объяснит поподробнее что там и к чему.

Внимание! Задание: «Избавление» выполнено.

+3 к отношению с представительницами прекрасного пола (НПС).

— А ты меня куда тащишь? В таверну?

— Нет, там сейчас Дуболом со старостой ругаются, всех посетителей разогнали. Старосте приказ из столицы пришёл на постройку школы, вот он с Дуболома двадцать золотых и требует, тот хочет отдать только десять, думаю через полчасика воплей и ударов в грудь кулаками на пятнадцати сойдутся.

Я широко улыбнулся: вот так дядя Дуболом, отлились кошке мышкины слезы. Ну, ничего, не обеднеет, у него сейчас посетителей постоянно полный зал, проспонсирует программу образования.

— Так куда ты меня…

— Заткнись, — мягко оборвала меня Алёна, заталкивая в густые кусты сирени, и впиваясь зубками в ухо. — Должна же я как-то отблагодарить своего избавителя, — прошептала она и, спустившись на колени, начала стягивать с меня штаны.

— А…

— Заткнись, я сказала.

Я замолчал, положив руки на светлые вьющиеся локоны.

Мимо, что-то живо обсуждая, прошла пара мужиков с большими топорами на плечах. Нас они, слава богу, не заметили, хотя светлые Алёнины волосы даже в тени кустов должны были быть хорошо видны. Я как смог прикрыл их руками все сильнее вжимая пальцы в пышную прическу. Ее пальчики тоже впились в мои ягодицы, придвигая их ближе к себе, пока не заставила меня судорожно содрогаться, изливая весь накопившийся за сегодня негатив.

— Ну, вот, — Алена вскочила на ноги, быстро чмокнув меня в щеку, — это был аванс, теперь ты сможешь спокойно дождаться основной награды. Иди в таверну, искупайся, мы скоро.

С этими словами девушка упорхнула, оставив меня одного, судорожно цепляться за ствол сирени.

— Этим бабам от нас только секс и нужен, — наконец, пожаловался я сам себе, пытаясь одной рукой поднять сползшие штаны, — изнасилуют и бежать…

Хотя жаловался я, конечно, зря, запах собственной горящей кожи в носу, не смытый даже святой водой, испарился, в тело вернулась былая легкость, поспать бы сейчас еще полчасика и совсем хорошо будет.

Я потопал к харчевне, по пути минут на десять затормозив на пустыре, где мужики в два десятка пар рук возводили большой дом. Стоящий рядом писарь, комкая в руках папку с бумагой, неверяще смотрел, как копают фундамент, а рядом с ним венец за венцом поднимают сруб будущей избы.

Надеюсь, весть о деревенской школе никогда не дойдет до столичного начальства, и они не испортят это начинание. Впрочем, по словам Алены, тут до столицы одного пути только два месяца, так что этой новости, как и бывшему мужу Алены предстоит далекий путь. Надеюсь, его там будут не сильно обижать и не кинут в психушку, как сумасшедшего, когда он будет бегать по столице в поисках улицы маркиза Де Зада и лиги настоящих джентльменов.

— Добрый день, господин Дуболом! Я слышал вы сегодня свершили богоугодное дело, помогая сподвигнуть на путь истинный молодое поколение, позвольте поддержать вас на этом благом пути.

Я положил на прилавок две серебряные монеты, — это за ванную и все лучшее, что у вас есть на кухне. Добавлю еще серебряк, если найдете три хрустальных фужера и отнесете их в мою комнату.

Не слушая ответный рык Дуболома, я направился в ванную с удовольствием окунаясь в теплую воду. Зашел пацан, притащивший пару ведер кипятка, и уже собирался юркнуть обратно за дверь, но я его остановил.

— Слышь, Санек вроде, у тебя ведь брат кузнечными делами подрабатывает?

— Да, господин.

— Бросай все, беги к