Фантастика 2026-130 - Ал Коруд

— Некротическое… — пробормотал я, отступая от лужи. — Понятно.

Это сходство вряд ли было случайным. Некротическая субстанция, шипящая на камне, была вырождённой, извращённой версией той самой «грязи», которую отбрасывало человеческое тело, эволюционируя в Системе. Разница — в источнике и цели. Наша Система выжигала слабость, концентрируя суть. Эта же дрянь, порождённая Источниками Зла, не очищала, а замещала. Она не улучшала материю, а разлагала её, подчиняя чужой, отторгающей вселенную воле.

Голос, прозвучавший у меня в голове, не был лишён какой-либо иронии или ехидны, но говорил по существу:

Похоже, наконец-то шевелишь извилинами, догадался наконец. Я не буду рассказывать тебе о том, как работает технология Системы. Мне самому известно это лишь частично. Если выразиться грубо — ДНК, сжатый код. Можешь думать в том направлении. Ну и накинь что-то связанное с компьютерными вирусами. Хотя, нет, это всё не важно. Не забивай себе голову, там… тут и так уже практически под завязку всё. Мне сесть негде.

Дальше, когда Йон заткнулся, пошло веселее. Пауки атаковали группами — по трое, четверо, иногда больше. Выскакивали из паутины, падали с потолка, выползали из трещин в стенах. Я двигался быстро, не останавливаясь ни на секунду.

Удар мечом — паук разлетается на части. Уклон влево — избегаю плевка костяным шипом. Прыжок вперёд — раздавливаю ногой ещё одного, использую его как опору, чтобы допрыгнуть до плюющихся в меня с потолка. Скинув уродливого вида гирлянду — намотавшихся на свою же паутину уродцев, оставляю им несколько гранат и отпрыгиваю в сторону, за поворот, приседаю и призываю из инвентаря наушники с активным шумоподавлением.

Раздаётся взрыв, пещеру содрогает, и из-за поворота вылетают осколки костей вперемешку с внутренностями. Возвращаюсь туда и добиваю выживших. Сработал чисто.

Опыт капал стабильно. Сорок пятый уровень у монстров давал приличные цифры, но до следующего уровня мне было ещё далеко. Шестьдесят четвёртый требовал почти двадцать четыре тысячи, а я получал по триста-пятьсот за паука.

Коридоры здесь были не прямыми. Они петляли, разветвлялись, уходили вверх и вниз. Я быстро понял, что это не просто пещера — это рукотворный лабиринт. Как если бы в пещере гоблинов взяли и потушили все огни, а затем заплевали всё паутиной. Настоящий, полноценный лабиринт из паутины, костей и камня.

Спасала только системная карта, обновляющаяся по мере моего продвижения, но даже её не получалось закрепить в голове — приходилось постоянно к ней возвращаться и крутить перед глазами. Некоторые проходы были слишком узкими, а в других я терялся, забывая, в которую из щелей влез.

Это было бы в разы легче, если бы было задание от Системы с её маяком и направлением к Источнику Зла, но чего нет — того нет.

Инстинкты подсказывали (мои, а не Инстинкты Охотника), что нужно идти глубже, туда, где паутины больше всего. Логика простая — чем ближе к центру гнезда, тем больше паутины. А в центре должен быть либо Источник Зла, либо главный босс. Или и то, и другое в одном лице.

Прошло минут двадцать блужданий. Может, полчаса. Время здесь тянулось странно. Пауки продолжали атаковать, но я уже привык к их тактике. Они были быстрыми, но вполне предсказуемыми. Уже вскоре я смог запомнить своего рода паттерн. Прыжок сверху — уклон. Атака сбоку — блок и контрудар. Плевок шипом — уворот или отражение мечом.

Сказать, что вездесущие пауки мешали ориентироваться ещё больше в трёхмерной карте, — не сказать ничего. Это бесило жутко. И ещё сильнее бесили комментарии Йона.

Он реально какой-то психанутый наглухо. Если раньше, когда я с Порохом и Морфеем зачищал разломы, он спокойно подсказывал и даже чему-то учил, то сейчас попросту в открытую издевался надо мной.

После того, как я последовал его совету и разделал некротического паука по некому «специальному ритуалу», просидев потом минут пятнадцать в медитативной позе, он просто начал ржать, как ненормальный. Разломав уродливый и вонючий алтарь, продолжил путь по пещерам, как следует перед этим обматерив сущность, сидящую у меня в голове.

Мне ответили в стократ, и некоторые новые обращения как следует запомнил. Будет чем потом бойцов Легиона погонять…

Возможно, дело было не только в Йоне. Сейчас, в этой гниющей подземной тиши, на меня давило всё, от чего я сбежал. Каждый глухой удар меча по костяной броне отдавался в висках эхом неотправленных приказов, несогласованных бумаг, немых и невысказанных упрёков от командиров.

Мысль завернула к недавнему инциденту.

Повстанческие ячейки в Судане блокировали железную дорогу. Нужен был силовой ответ, но любая жёсткость рождала десять новых мучеников. Я приказал не стрелять. Вместо этого — блокада и переговоры. Легион роптал: «Слабость!». А я видел в отчётах фотографии детей среди этих «бандитов». Казнил бы я их лично, как того чинушу с поездами? Нет. Это другой, чуждый для меня мир. А значит — двойные стандарты. Значит, моя вертикаль власти уже дала трещину, ещё не успев построиться…

Но я всё же старался не думать об этом слишком сильно, возвращаясь к сражению.

Я углублялся в пещеру, следуя инстинктам. Где-то впереди должен был находиться Источник Зла, а значит, и самые сильные противники. Коридоры становились шире, паутины всё больше, пауков — всё меньше.

И это было странно. Обычно монстры однотипные. Да и Йон на пауков не реагирует, что ещё более странно.

Я замедлил шаг, вглядываясь в темноту. Либо мне показалось, либо Инстинкты Охотника предупреждают об опасности. Конкретного источника не было видно, но какое-то шестое или седьмое чувство заставило меня остановиться, приготовиться к чему-то отвратительному.

Не зря.

Паутина под ногами дёрнулась, и я мгновенно активировал Кристальную Твердыню. Пол подо мной обрушился, открывая огромную яму. Я упал вниз, в пещеру побольше, но неуязвимость спасла от повреждений при приземлении.

Когда я поднялся на ноги, увидел её.

[Матриарх Костяного Гнезда (уровень 65)][Серебряный]

Заражённая древним артефактом, принесённым тварями Хаоса из-за Предела, проклятая тварь

УБИТЬ ЛЮБОЙ ЦЕНОЙ

Очки Здоровья: 32 000 000/32 000 000

Огромная паучиха размером с грузовик. Восемь глаз горели красным. Костяные пластины покрывали всё тело вперемешку с каменными, образуя естественную броню. Хелицеры были длиной с мою руку и выглядели высохшими.

— Ну здравствуй, мамаша, — сказал я, сменяя Меч Охотника на клинок Эсгард.

Матриарх не стала разговаривать. Она плюнула в меня густой паутиной, которую я едва успел разрубить мечом. Нити прилипли к лезвию, и мне пришлось потратить секунду на то,