Старс 7 United - Алекс Кин

Сидя на кровати прямо с ногами, она смотрела перед собой, куда-то в бесконечную даль, подбирая нужные слова для того, чтобы заговорить со своим человеком, которого обманывала все это время. Задумчивая маленькая девочка с волосами цвета звездного неба.

— Я не обманывала, — буркнула Юки. — Просто скрывала от тебя часть правды.

— Зачем? — беззлобно спросил я, усаживаясь на пол подле своей Звезды.

— Чтобы ты стал сильнее.

Она вздохнула, поворачиваясь ко мне. Звездные глаза взглянули на меня, она насупилась, совсем как человек, едва сдерживающий слезы.

— Ты — ограниченный остолоп, врушка и прохиндей.

— Вау! Вот это оценка. Я думал мы команда, Юки!

— Это — твои человеческие качества, — она меня будто и не слушала. — Но плюс ко всему этому, в тебе есть потенциал. Вот именно он мне и нужен.

Она вскочила с кровати и ткнула меня в грудь.

— Вот там вот, внутри, живет тот самый Кир, который мне нужен. Но этот Кир не привык вылезать на свет. Он привык слишком дофига думать и принимать малодушные решения. Мне необходимо было ограничить тебя, закрыть от всех глупостей и заставить сконцентрироваться на том, кем ты можешь стать. Потому что сам по себе ты никогда и не хотел быть героем…

— Почему? — невольно спросил я.

— Потому что ты трус, — честно ответила Юки. — Ты всегда боялся реальной жизни и находил спасение в виртуальных достижениях. Но самое смешное то, что и там ты никак не смог проявиться! Великолепный потенциал в обоих мирах, которые ты удивительным образом похерил, пытаясь балансировать на границе. Как вы там, люди, говорите? Усидеть на двух стульях? Так вот — у тебя не получилось. И ты закрылся от всего. И не журналист, и не профессиональный игрок.

— Дэн сказал, что я на канал устроился, — вспомнил я свой сон и бывшего… тиммейта?

— Ты его обманул! — крикнула Юки. — Ты наплел ему с три короба, а потом тебя замучила совесть и ты хотел все рассказть. Сразу, после того как вернешься домой! Ты хотел связаться с ним, все объяснить и попросить Дэна помочь тебе с работой! В Москве ты решил задержаться буквально на пару дней, прожечь последние деньги, но хотя бы заценить второй день…

— Открытия Эклипса Земли…

Воспоминания снова волной захлестнули меня, унося куда-то прочь. От них было больно, неприятно и как-то горячо в области глаз. Я взглянул на Юки, пытаясь понять, зачем она это сделала.

— Я расскажу, так уж и быть. Но после этого я задам тебе вопрос, Кир. И ответ на него будет очень важен. Обещай мне, что не станешь отвечать необдуманно.

— Обещаю, — прошептал я, чувствуя, как к горлу подступает комок.

Мама. Папа. Я и вас забыл?

Глава 27

Старый я

Я помнил, но не знал. Поток воспоминаний, смывающий все без остатка. Кем был тот Кир? Каким человеком? Кем вообще мы являемся без наших воспоминаний? Я упал на колени перед девочкой с космическими волосами и звездными глазами, пытаясь увязать свое украденное прошлое с невероятным настоящим.

На моем лице застыл один простой вопрос: «Зачем?» Зачем ей понадобилось красть мои воспоминания? Зачем было вырезать из моего сознания бо́льшую часть жизни и подсовывать взамен какие-то огрызки, на которых вряд ли можно выстроить полноценную личность? Я искренне надеялся услышать объяснения от нее. От существа, обладающего такой невероятной властью на нашей планете, что оно смогло удалить с хирургической точностью столь значимую часть меня, да так, что я и не заметил этого.

— Чтобы ты стал сильнее. Это — правдивый и самый ясный ответ, — вздохнула Юки, усаживаясь передо мной. — Ты гений, по-своему, но гений. Правда, в тебе сокрыто очень много блокираторов потенциала. Мы, Звездные Ассистенты, способны различать многообещающих игроков и звать их, как я позвала тебя.

Этот момент я помнил так же ясно, как если бы это случилось вчера.

— И ты ответил на мой зов, потому что в глубине души тоже почувствовал, что хочешь сыграть со мной в эту игру. Но когда мы впервые соприкоснулись, я увидела, как много внутри тебя сомнений, ограничений и лени. Твой потенциал никогда бы не раскрылся, ты бы никогда не стал Золотым Киром, если бы я не убрала лишнее. Поэтому мне пришлось это сделать.

Я не верил. Просто не мог до конца поверить в то, что это была единственная причина. Девочка сжала губы, ожидая, когда я заговорю. Но я продолжал молчать, выжидая, когда она решится сказать правду.

— Ладно. Мне необходимо было забрать часть твоих воспоминаний, оставив только самое важное для эволюции. Ограничить тебя, чтобы ты засиял. Что еще ты хочешь услышать?

— Я хочу знать, какой способностью обладает моя звезда и почему она посчитала нужным скрыть от меня настолько важные детали.

— Вот как? — нахмурилась Юки. — Это не входило в мои планы, Кир. Мой ответ может поставить под угрозу все, ради чего мы работали все это время.

— И все же, я предпочитаю знать.

— Хорошо. Если ты настаиваешь. Я расскажу.

И она заговорила. Длинный монолог, от которого волосы встали дыбом, а каждый сантиметр моего тела покрылся «гусиной кожей». Зато теперь она говорила правду, ничего не скрывая. Хотя, думаю, какая-то часть все же осталась недосказанной.

Сейчас я хотя бы понимал, почему она все это сделала.

— Ну как? Оправдано мое решение или нет? — она устала говорить и еле сдерживала слезы. Ей не хотелось, чтобы все так произошло.

— Обалдеть, — у меня не было слов. Я оказался обезоружен той истиной, которой поделилась со мной Юки. Более того, я не знал, что теперь делать дальше. Тяжело понять, куда двигаться, когда тебя внезапно перестали вести за ручку к обещанному величию.

— Вижу, ты в замешательстве, — вздохнула Юки. — Я предупреждала.

— Тебе вообще можно было все это рассказывать? — удивился я.

— Нет. Но мои силы позволяют немного обманывать Систему. Я обещала, что скажу тебе всю правду. Вот она.

— И что мне с ней делать? — неужели я так привык быть парнем, за которого все решает космическая Звезда в груди?

— У тебя есть два варианта, — Юки поднялась и подошла к окну, сквозь которое на нас глядело бескрайнее небо, наполненное сиянием дальних звезд. — Ты можешь оставить эти знания себе, и тогда я потеряю власть над твоей судьбой, не смогу контролировать и просчитывать грядущие события. Либо ты можешь убить себя