Фантастика 2026-107 - Наиль Эдуардович Выборнов

поводу того, что в ту сторону. В первую очередь гостиницу надо обойти стороной, — предупредил Лёха. — Потому что там сидят резкие ребята, их почти полсотни, и хватают они народ только так. На самом деле думаю, они бы давно всех прихватили и вывезли в этот коттеджный посёлок, но тут ещё куча пидорасов с калашами ходит. Да и военные опять же не дают им разгуляться. Торгуют, конечно, помалу за еду. — Лёха ухмыльнулся: — Но не напрямую.

А Жирный стал людей покупать. Не для них ли? Хотя отношения у него с левобережными натянуты, иначе нас бы не отправил. Черт ногу сломит в этих отношениях. Если думать, то голова заболит. Но надо. Информация — это жизнь и оружие.

— Дальше, в посёлке, в принципе, всё нормально. Снайперы бывают, но если на открытую местность не выходить, проблем не будет. Главное — по шоссе не идти: затея так себе, сразу говорю. Блокпосты стоят да и вообще.— Военные эти блокпосты организовали? — удивился я. — А зачем это им?— Да они возят что-то, — ответил Лёха. — Я сам только краем глаза видел — мне жить не насрать; при первой же возможности съебал, когда наткнулся.

Вообще, об этом стоило подумать. Это раньше я на отшибе жил — в Родине, где людей практически не было и ничего не происходило. А тут такое ощущение, будто из какого-нибудь провинциального райцентра в столицу перебрался. Постоянно движ какой-то: рынок вон, бандиты туда-сюда бродят, вояки тоже. Они же и на территорию, которую наша банда контролирует, заходили.

Да, наша банда. Ну а как теперь иначе скажешь? Кто я, если не бандит? Да ещё и убийца, блять? На свой счёт сегодня троих уже записал. И что дальше будет?

Но, если честно, вроде как не горюю — жить хочется больше. Да, именно жить, а не выживать. А я это только сейчас почувствовал, когда к Секе с его парнями прибился.

Ладно. Но то, что военные ведут какие-то дела, ставят блокпосты… Я так понял, в этой части города их присутствие ещё больше выражено. Если на том берегу они в основном на юге, где военная часть и дальше к фронту, ну и в госпитале, то здесь — повсюду.

Хотя нас ведь встретили за госпиталем. Тот снайпер-то военный был, однозначно. Повезло, что не попал. Иначе сейчас валялись бы там тремя тушками — на радость собакам, а может, ещё кому-нибудь.

— Ну что, солнце скоро вставать будет, — проговорил Жора.Да, верно. Рассветы сейчас ранние, всё-таки середина лета. Настоящих белых ночей в Пскове, конечно, нет, но всё же садится солнце поздно, светает рано. Ну а что ещё поделать — такая жизнь.

— Лёха, ты не против, если мы у тебя здесь переночуем?

Ну, передневаем, конечно, вернее было бы сказать. Короче, поспим, отдохнём. — Да, конечно, без проблем, — ответил тот. — Чем могу. Остаётся надеяться только, чтобы хозяева сюда не заявились. — В смысле? — удивился я. — Ты типа хозяин не хозяин здесь, что ли? — Не, — покачал он головой. — Откуда? Да это пацанов одних нычка. Я с ними дела веду, вот и передали они мне ключи. Но за то, что я сюда посторонних привёл — они по головке меня не погладят, сам понимаешь. Место хорошее, безопасное. Но вообще, как я против могу быть — ты же всё-таки врач. Рёбра вот почти не болят. Укол у тебя волшебный, что ли? Может, оставишь мне пару ампул, чтобы я поправиться мог потом? — А ты укол себе сможешь сделать? — удивился я. — Да, конечно. Приходилось уже, даже антибиотики колол. В задницу, стоя. — Ладно, оставлю, — кивнул я.

Его много в том грузе, который мы взяли у военных. Обезболивающих, в принципе, было много. Потому что вещь распространённая, идёт очень активно — не на продажу, а, в смысле, для внутреннего пользования, для военных. Что уж поделать, кеторол — штука действительно мощная. Его даже в таблетках в военные аптечки кладут вместо промедола, в АИ-8 и «девятые».

При оторванной руке он, конечно, не поможет, но укол может от шока спасти. И если там вовремя перемотать, то есть шанс у человека выжить.

— Вы можете на втором этаже расположиться, — проговорил Лёха. — Там, если что, кровати, матрасы, всё есть. Единственное — может быть жарковато будет. Солнце греет крышу, рубероид сами понимаете. — Да нам без проблем, лишь бы живыми остаться, — ответил Жора.

Он, кажется, немного расслабился. Я понял, что толком-то ничего и не поел. Банку этой сайры открыл, так и сидел, разговором увлёкся. Так что принялся за еду. Перекинул несколько кусочков в рот. Мясо плотное, но пересоленное.

Хотя, любые консервы пересолены — что с ними поделать. Да и рыба же: соль — это природный консервант. Без засолки такого же эффекта не добиться, никакая пастеризация не поможет, разве что в детских пюре. Хотя я не представляю, чем у них там срок годности в два года обеспечивается.

Глотнул водички, после чего снова посмотрел на Лёху.

У него на лице появилось какое-то странное задумчивое выражение, как будто ему от нас что-то нужно. Конечно, не знаю, помогать мы ему будем или нет, но выслушать можно. — Видно, что ты попросить хочешь, — сказал я. — Что такое-то? — Мне в этом районе никак оставаться нельзя, — ответил Лёха. — Я бы, если честно, на тот берег перебрался, если есть такая возможность. — И тебе типа сопровождение нужно? — усмехнулся Игорёк. — Ну, вроде того. Вы парни боевые, кровь лить не боитесь — это сразу видно. Особенно Рама.

Блять, вот насколько же человек неправ. Кровь лить я не боюсь? Да меня чуть ли не трясти начинает от одной этой мысли. Но когда доходит до дела — рука не дрогнет. Да уже и не дрогнула, как выяснилось.

И тут с улицы послышались шаги. Я тут же поднял руку — мол, все замолчали. Народ заткнулся. Преследователи или хозяева нычки объявились.

Шаги были торопливые. Я бы даже сказал, кто-то бежал. И причём немало народу. Толком различить, сколько именно, я не смог — я всё-таки не спецназовец и не профессионал. Но человек семь-восемь там точно пробежало, может, даже десяток.

И послышались крики: — Они не могли уйти далеко! Так, Газ, Швед, вы направо! Мы с остальными налево! Если что