Фантастика 2025-138 - Владимир Владимиров

Обстановка сменяется, нас переносит в другой мир. Мир гигантских джунглей и черных цветов в форме тюльпана. Я не знаю, что ответить Нине. Это все равно, если бы насильник спрашивал жертву «зачем ты меня соблазняла?»

— Нет, не это, — Нина уловила мой мысленный ответ, — а вот это.

Минуту назад они были абсолютно голыми, один из них лежал на полу, меня положили сверху, остальные четверо плотно обступили мое тело. И вот на них стала появляться одежда. Синие комбинезоны. Затем скафандры, в синюю полоску.

— Скажи, ты испытываешь любовь к кому-то, кем не можешь обладать?

Я могла не отвечать, но тогда сознание вернется в тело… что угодно, только не этот ужас!

— Да, это так.

— Вы не можете жить без любви?

— Можем, но всегда стараемся ее найти. Без любви плохо.

— Ты можешь научить меня любви? Как к ней прийти?

— Я могу попытаться. Но только если ты прогонишь их.

— Навсегда?

От подобного вопроса сбивается дыхание:

— Это возможно? Ты можешь прогнать навсегда?

Нина молчала.

— Тогда я научу тебя любить. Я сама буду тебя любить, только убери их!

В этот раз Нина ответила:

— Но ведь ты нематериальна. Как ты сможешь меня любить?

— Я не материальна здесь. Но там, в большом мире, куда мы летим, я вполне материальна.

Нина смеялась.

— Тут ты более материальна, чем в большом мире. Там ты редка как облако и не организована как вода. Как может быть материальным облако и вода? Как может быть разумным облако и вода?

Я пытаюсь понять услышанное… Нина считает меня водой и облаком? Они, в синих комбинезонах, идут спиной вперед, а лицом ко мне, как будто при обратной съемке. И постепенно скрываются за деревьями.

— Ты бываешь в том мире? Ты тоже есть там?

— Конечно. Иначе как я узнала, что они нападут на тебя?

Лес мгновенно пропал, корабль визжит, как будто его рвут на части.

Удар Хаоса!

…

…

…

С трудом открываю глаза, мы всплыли. На часах — 64 минуты.

Мое тело начинает сотрясать дрожь.

***

Ранее, на 2 суток

Лакайль-9352

Этот прыжок страшно затянулся, навигационные часы показывали 40 часов и 20 минут. Это близко к номинальному значению длины прыжка, с такой скоростью преодолевают варп рейсовые баржи, курсирующие по постоянному маршруту, но не исследовательские корабли. «Черная птица» — быстрый корабль, а Ядвига Хонганнаронг — отличный навигатор, расчётное время прыжка предполагалось в районе 10-12 часов. Спросить было некого, навигатор пребывала в ступоре. Не в беспамятстве и не в отключке, а именно в ступоре: она дышала, глотала витаминизированную минералку, когда подносили стакан, ходила, когда ее вели. В остальном, смотрела вперед широко раскрытыми глазами, не реагировала на вопросы и действия.

Убедившись, что все показатели здоровья в норме, кроме высокого истощения, Капитан увел Ядвигу в их общую каюту и уложил спать. Корабль получил множество легких повреждений, поэтому корабельный механик Алекс Мёрдок также покинул мостик, предварительно активировав маленькую армию из трех дроидов. На мостике остались ученые: корабельный биолог и заказчик миссии — планетолог Оливия Авери.

Биолога звали Маца́л Ливси, он был высок, худощав и ладно скроен. Будучи уроженцем Новой Селены, планеты багровых туч, он обладал аномально светлым оттенком кожи из-за малого количества ультрафиолета. Хотя руки и ноги были заметно длиннее, чем у обычных людей (а по сравнению с марсианами — сильно длиннее), но за счет общего роста это выглядело вполне естественно. Их пара смотрелась Дюймовочкой и великаном со стороны — Оливия была марсианкой. На особенности физиологии они совершенно не обращали внимания, перед ними была прекрасная и удивительная планета. Выпустив спутники и задав параметры их орбит, оба отправились спать.

***

Ранее, на 1 сутки

Лакайль-9352

И оба одинаково проснулись в 4 утра следующего дня, это было 12 мая. Спутники закончили сбор информации. Мацал и Оливия смотрели запись, как рождается гигантская буря в северном полушарии и летит против вращения планеты, постепенно приближаясь к экватору, поднимаясь все выше и выше, и как следствие, охлаждается в высоких слоях атмосферы. Над зоной экватора она превращается в грозовые тучи, чтобы выпасть в виде холодного, но непродолжительного ливня. Данное грандиозное явление происходило по расписанию, начиналось в местный полдень, а заканчивалось через 7-10 местных дней ливнем на закате. Таким образом, была целая цепочка бурь: зарождающаяся, набирающая силу, несущаяся над океаном, возвысившаяся для охлаждения и грозовая.

— Тут, наверное, можно строить молнии-уловители для энергоснабжения. Уровень атмосферного электричества невероятно высок, — Оливии нравилась ее работа, она смело выдвигала идеи, — а у тебя как успехи? Мы сможем гулять без скафандров?

— Доктор Авери, я как раз занят изучением микробиологии в атмосферных пробах.

— Простите, магистр Ливси, не смею вас отвлекать.

— Приму извинения в виде чашечки кофе.

— Оу, с удовольствием! Кухонный комбайн у вас ведь тут? Не отвлекайтесь, не отвлекайтесь, я уже нашла, — Оливия принялась доставать чашки и нажимать кнопки, — ты предпочитаешь аэльский или альдейский?

— Наш капитан с Аэллы-2, а поэтому признает исключительно альдейский кофе. Боюсь, что выбора у нас нет.

— Я совершенно не против и такого.

В разгар приготовления, когда благоухание аромата свежезаваренного кофе висело в воздухе, в кают-компании появился Капитан. Оливия улыбнулась и, под его одобрительным взглядом, достала третью чашку.

Скай Ридере благодарно кивнул, затем вывел на большой экран параметры корабля и вид с обзорных камер. Капитан был свеж, подтянут, в идеально отглаженном мундире и в неизменных черных очках.

— Мистер Ливси, вы что-то упоминали про атмосферные пробы?

— Да, сэр. Анализатор еще работает, но уже сейчас выявлены все основные патогены, скоро будет готова программа для метаболического импланта. Надо подготовить инъекцию для Ядвиги?

— Полагаю, да. И медпак тоже.

— Будет сделано, сэр.

— Мисс Авери, каковы ваши пожелания относительно высадки? — это была изыскательская миссия, вылет частично оплачивался планетологической лабораторией Клондайка. Последнее слово все равно останется за Капитаном, но проявить учтивость всегда приятно.

— Полагаю, мне было бы интересно взять пробы на одном из северных островов, чтобы проверить гипотезу о вулканическом происхождении.

— Их там тысячи.

— Я отметала тот, что мне интересен.

— Благодарю. Мистер Ливси!

— Да, сэр?

— Какие пожелания будут у вас?

Мацал почесал подбородок…, а затем затылок.

— Если честно, сэр, то все равно. Тут так