Фантастика 2026-4 - Артемий Скабер

в редакции строчить сенсационные заметки. «Первое покушение на независимого земельного аристократа. Граф Магинский убил фанатика на ступенях суда!» — завтра вся столица будет только об этом и говорить.

— Павел Александрович, — тихо сказал Сюсюкин. — Это правда была самооборона?

Я посмотрел на него долгим взглядом.

— А как вы думаете? Мужчина стреляет в меня из револьвера четыре раза. Я должен был стоять и ждать, пока попадёт?

— Нет, конечно… Но в конце он уже…

— Он был вооружён и опасен до последней секунды, — перебил я. — И готов был убить меня ради своих убеждений. Таких людей останавливает только смерть.

Адвокат кивнул, хотя в глазах ещё читались сомнения.

— Вы же хотели работать на меня, — сказал я. — Поверьте, трупов и убийств будет только больше.

Сюсюкин проглотил и напрягся. Пусть привыкает, это большая часть моей жизни.

Тем временем ветер уже разогнал запах пороха и крови.

— Дальше, что? — спросил я сам у себя тихо.

Много планов, много врагов, много неопределённости. Но я жив, свободен, и у меня есть ресурсы — неплохое начало для независимого правителя. Первый большой шаг в моём плане, чтобы стать истинным монархом.

— Павел Александрович, — обратился ко мне Сюсюкин.

Адвокат шёл рядом, то и дело оглядываясь на толпу за нами. Лицо его было серьёзным, но в глазах читалось восхищение происходящим.

— Вы возьмёте меня на работу? — спросил он тихо.

Вопрос был ожидаемым. Сюсюкин доказал свою компетентность, лояльность и храбрость. Такие люди на дороге не валяются.

— Да, — кивнул. — И не просто на работу, а приму в род. Вот только вы понимаете, что дальше опасностей и сложностей будет только больше?

Глаза адвоката загорелись:

— Конечно! Я смогу писать историю нашей страны вместе с вами. Это… То, о чём мечтает каждый юрист. Я не боюсь!

В его голосе звучала искренность. Мужик действительно горел идеей, а не просто искал выгодное место.

— Верю, — кивнул я. — Тогда добро пожаловать! У нас много работы.

С чего начать? С подписания договора с империей или отправиться к монголам и попытаться остановить войну? Мои земли в Османской империи, их нужно укрепить. Думается мне, что султан очень скоро попытается забрать территорию обратно.

Есть ещё одно новшество, которое я хочу привнести, — открытие свободного рынка покупки магических кристаллов. Оно сильно ударит по монарху, но обогатит меня и даст возможность заключить много союзов.

Создание собственной дипломатической службы. Разведка, армия. Флот, если удастся добраться до моря. Пока с Ростовским мы на одной стороне, нужно пользоваться. А потом… будет потом. Сейчас я выжму из ситуации и его положения всё.

На улице нас ждал кортеж машин. Чёрные лакированные автомобили выстроились в ряд, водители стояли возле открытых дверей.

Тут же выскочил Булкин.

— Павел Александрович! — схватил он меня за руку.

Аристократ выглядел ужасно: похудел, осунулся, глаза воспалённые. Костюм висел мешком, руки дрожали.

— Вы обещали мне кое-что, — продолжил он, глядя умоляюще.

— Конечно, — кивнул я.

Мой партнёр хочет избавиться от яда, но у меня теперь есть много новых желаний и потребностей. Так что наш союз будет пересмотрен. Независимость — это дорогое удовольствие, и платить за неё придётся всем.

— Присаживайтесь! — указал он на открытую дверь самого большого автомобиля.

Как только мы оказались внутри, Булкин тут же стал серьёзным. Перегородка между нами и водителем была опущена, салон звукоизолирован.

— Нам лучше обсудить всё, что случилось, — начал мужик. — И… вам срочно нужно уезжать.

— Уже? — поднял бровь.

— За вашу голову объявили цену, — хмыкнул имперский аристократ. — Миллиард, лишь бы вы не доехали до своих земель.

— Сколько? — подавился Сюсюкин. — Кто? Как они смеют⁈

Адвокат покраснел от возмущения. Видимо, ещё не до конца осознал, во что ввязался.

— Миллиард рублей, — повторил Булкин мрачно. — Информация достоверная. Мои источники в столице подтвердили буквально полчаса назад. Все наёмники, убийцы, имперские аристократы, да что там, земельные… Все хотят получить такие деньги.

— Хм! — улыбнулся я. — Наконец-то цена за мою голову выросла.

— Вы радуетесь этому? — посмотрел на меня Сюсюкин.

— Конечно! — кивнул в ответ. — Столько сил вложил, чтобы начали ценить, и, кажется, этот момент настал. Кто заказчик? — спросил у своего партнёра, хотя уже примерно догадывался.

— Неизвестно, — покачал головой Булкин. — Заказ размещён через посредников. Но уровень цены говорит о том, что за ним стоят очень серьёзные люди.

— Условия? — сухо поинтересовался.

— Мёртвый или живой — неважно, главное, чтобы до своих земель вы не добрались. Деньги выплачиваются по факту подтверждения смерти или пленения.

Сюсюкин нервно поправил очки:

— Но это же… Это покушение на независимого правителя! Акт агрессии!

— Юридически вы пока ещё подданный империи, — напомнил Булкин. — Независимость нужно оформить документально, а до тех пор…

— До тех пор я законная цель, — закончил за него мысль.

Ситуация становится всё интереснее. Видимо, мои враги решили не дожидаться, пока я добегу до своих земель и укреплюсь там.

— Путешествие домой будет очень непростым, — поморщился Булкин. — Очень!

— Хорошо, — кивнул я. — А то засиделся.

Глава 2

— Господин, — обратился ко мне Сюсюкин. — Это что такое выходит? Как так? За вашу голову назначили деньги, да ещё такие большие.

— Жизнь… — хмыкнул я, глядя в окно на проносящиеся мимо здания. — А вы думали, что суд — это конец?

— Да! — кивнул адвокат, нервно поправляя очки.

— Официальной части — да, теперь неофициальная началась. Есть место, где мы можем переждать? — повернулся к Булкину.

— Я арендовал нам небольшое помещение рядом, через подставных людей, — ответил аристократ, промакнув платком вспотевший лоб. — Вы уберёте… ваш подарок?

Я ничего не ответил. Закрыл глаза и сосредоточился на внутренних ощущениях. Яд в теле Булкина пульсировал, как второе сердце.

Что касается событий, то примерно этого и ожидал — охоты на меня после суда. Льстит немного, но сейчас главное — добраться до безопасного места и заняться делами.

Машина вдруг резко затормозила. Водитель выругался под нос, объезжая телегу с углём. Лошади хрипели, поднимая пыль копытами. А город за окном поменялся: центральные улицы с их мраморными фасадами и золочеными вывесками сменились чем-то более