"Фантастика 2026-114". Компиляция. Книги 1-30 - Екатерина Владимировна Скибинских

— Тонизирующий и укрепляющий настой, тебе надо, заодно и простуду подлечит. — В темноте примериться и впихнуть горлышко бутылки точно в рот Арриса было не так просто. Хорошо, что еще связан оставался: судя по протестующему мычанию и попыткам крутить головой и плеваться, он заранее знал, что за вкус будет у этого напитка. Ну да… известный состав на крайний случай — вкус и запах как у протухшего баклажана, только еще горький, вяжущий и жгучий одновременно.

— А ну, не капризничать! — Арриса пришлось ловить за волосы и придерживать, чтобы не отворачивался. — Два глотка. Живо!

— Ар-рк-кх-х-х-х… Да ты садистка похуже этого предводителя личей, чтоб тебя! — прохрипел рейнджер, когда отдышался. — Что ты делаешь?

Я как раз нашла у него чуть ниже солнечного сплетения узел, которым были стянуты путы, и наклонилась, чтобы помочь себе зубами. Учитывая, что старший шлимазл так и остался голым, выглядело, должно быть, крайне неприлично. Да вот только мне на то катить по Дерибасовской аж до самого синего моря. Подумаешь, голый связанный мужик, что я, такого чуда не видела в жизни? Ой, да я вас умоляю!

— Развязываю тебя. Не прыгай, тогда не откушу ничего важного. И веревку не рви, потом сделаем как было, чтобы псих не догадался. Все, сам дальше распутаешься или помочь?

— Так меня еще ни разу в жизни не опускали, — фыркнул Аррис, но без особой злости.

— Все когда-то бывает в первый раз… На. — Я выудила из потайного кармана то, что в моем мире называлось «одеяло спасателей», — тончайшую зеркальную пленку размером три на три метра. В свернутом состоянии оно занимает место не больше пачки сигарет, но за счет отражающих свойств и того, что не пропускает воздух, здорово выручает, когда надо согреться. С помощью магии, такой-то матери и всего бытового факультета сие чудо удалось воспроизвести буквально на днях. Получилось даже лучше, чем на Земле, — мягче, прочнее и компактнее.

Поскольку Сай в это время уже откашлялся и притих, а об Аррисе больше нечего было беспокоиться, я вернулась к своему студенту и тоже сначала развязала, укрыла вторым зеркальным одеялом, а потом полезла в бездонный карман поясной сумочки за шоколадом. Благо она выглядела такой мелкой и безобидной, что у меня ее не отобрали. Обычную конфисковали, гады, так что палатка и прочие удобства помахали ручкой. Но я не первый раз замужем, у меня всегда есть запасной вариант.

— Ты полна сюрпризов, — выдохнул Сай, когда я достала из недр походной сокровищницы маленькую стеклянную баночку со светящимся грибом. Эта штука переваривала все, что попадало в ее компост, и выделяла средней яркости желтое свечение — как маленький диодный фонарик. Вот теперь можно и осмотреться.

— Тоже мне новость. Уф-ф-ф… Ладно, братцы-кролики. Рассказывайте, как мы дошли до жизни такой. В смысле — как нам от нее уйти обратно. А пока рассказываете, поворачивайтесь тылами вверх, надо обработать. Заражения крови нам только не хватало для полного счастья.

— Нормально все!

— Не надо ничего!

Отозвались они с завидной слаженностью, будто всю жизнь тренировались орать хором. Еще и под моим испытующим, самую малость удивленным взглядом оба синхронно сложили руки лодочкой и прикрыли спереди самое дорогое. Не удержавшись, я закатила глаза.

— Во-первых, света гриба недостаточно, чтобы рассмотреть все в подробностях. Например, я не смогу сказать, Аррис, сколько точно у тебя веснушек на заднице, — протянула я, почти не ехидничая, разве что самую малость.

— Откуда ты вообще про них знаешь? — опешил рейнджер, будто сейчас это было вопросом просто первостатейной важности.

— А во-вторых, я все рассмотрела, еще пока вы были прикованы к тем колоннам, толку сейчас смущаться? — заметила резонно.

В ответ мне досталось лишь сердито-смущенное пыхтение. Детский сад…

— Правда, Саяра, хорошо же сидели. Давай мы расскажем все, что успели узнать, пока были у этой мразоты, а ты поделишься тем, как сюда попала, за каким хреном не осталась в Академии, что с остальными и кто провалился вместе с тобой и деканом в воронку. Доверия он как-то особо не вызывает. Он точно с вами? — довольно миролюбиво предложил Сай, профессионально попытавшись увлечь разговор в сторону.

— Обязательно расскажете, и я поделюсь сведениями… Как раз после того, как вы сможете сидеть, не морщась от малейшего движения. Ладно, шутки в сторону. Сай, давай. — Я мотнула головой, подзывая его к себе, приметив у стены чахлую кушетку с остатками ветхого матраса. Жуть, конечно, но на колючей соломе вряд ли будет удобнее. Застелю третьим, последним, зеркальным одеялом — и порядок.

— А почему сразу я? Аррис вон дольше у столба пробыл! — тут же среагировал блондинчик, попытавшись первым бросить дядю на амбразуры. — И вообще, старших принято пропускать.

— Над моей задницей не трудились так тщательно, как над твоей, меня решили почти сразу превратить в лича, а тебя воспитывали, — тут же отбрил Аррис, кажется сильнее вжавшись в грязную стену камеры, в которой мы сидели.

— Вы издеваетесь? Кстати, вам вообще известно такое слово, как «сепсис»? Так я сейчас расскажу, — пообещала им ласково, вспоминая все, что знаю о заражении крови. Что не вспомнила — на ходу выдумала, не скупясь на подробности. Надолго парней не хватило.

— Ладно-ладно, мы поняли, штука крайне неприятная и нежелательная. Давай снадобье, я обработаю раны Сайрена, а он обработает мои, пока ты отвернешься, — предложил Аррис, искренне считая, что я сейчас с радостью ухвачусь за этот вариант.

— Во-первых, снадобья у меня мало, его нужно рассчитать до капли, точными выверенными движениями, а у вас после цепей и веревок еще руки дрожат. А во-вторых, должна же мне быть хоть какая-то компенсация за мои мытарства? Может, это мой фетиш — жалеть и лечить голых выпоротых мальчиков? — хмыкнула я, не удержавшись от подколки, забавляясь выражениями их лиц, вспыхнувших возмущением.

— Страшная ты женщина, — проворчал Сай, сверкнув голубыми глазами из-под светлой челки.

— Более чем. Ну так что? Кто готов получить порцию ласки от меня? Первого решившегося даже обещаю поцеловать в лобик. Потом, когда-нибудь, под настроение, — бросила уже практически игриво, стрельнув глазами в сторону рейнджера.

Тем удивительнее было услышать тихое и искреннее от Сая:

— Меня жалеть и целовать, раненого и лишившегося магии. К тому же я соскучился. — Он умудрился еще и улыбнуться, совсем как в прежние времена в Академии, когда вызывал в большей мере желание треснуть его чем-нибудь, да посильнее. Но, несмотря на кажущуюся веселость и браваду,