Фантастика 2026-149 - Кирилл Геннадьевич Теслёнок

Решение принял быстро:

– Уходим!

На выходе из переулка их встретил Санта, занимавший ключевую точку на случай непредвиденных обстоятельств, которому Аверин строго настрого приказывал, при любых обстоятельствах находиться на месте, главную дорогу выпасать. На подхвате у пулемётчика Орех был…

Двойка: Серый – Аппендицит

Стемнело окончательно. Часы на руке показывали – четверть двенадцатого. Можно сказать время детское, но село притихло, прижухло, и особо признаков кипучей деятельности не подавало. Собаки лениво лаяли, вот и вся деятельность, а вот люди нос за калитку двора не высовывали. Странно как-то и необычно для современного населённого пункта. Напоминает осадное положение и комендантский час.

Двинулись вглубь села, в сторону, где полтора часа назад дрон при свете заходящего солнца выявил большое присутствие военных. Задача была не сложная. В случае выдвижения противника к месту пребывания объекта, основную часть военных пропустить к Санте, ударив в спину, задержать и по возможности по максимуму уменьшить количественный состав.

Сначала решили разведать обстановку и определиться на месте, где лучше всего устраивать засаду, если что-то пойдёт не по плану и командир решит тотально зачистить село от людей в форме и с оружием. Прошлись к основному месту обитания военных. Их, кстати, в селе ещё при свете дня не больше трёх десятков душ насчитали.

Два здания из силикатного кирпича. Двухэтажное сравнительно большое. Одноэтажка по габаритам существенно меньше – администрация поселения. Правое, которое побольше размером, всеми окнами светило оглашая музыкальным фоном часть пространства рядом с ним. Народ в военной форме, как и положено в такой, ещё не поздний час барагозит, но без надлома и крайностей. Чувствуется война, но относительно этого места она всё же не близко.

– Пшеки! – поморщившись, определился Аппендицит.

– Форма хохляцкая. – Констатировал визуальное наблюдение Серый.

– Форма хохляцкая. – Согласился напарник. – Но ты к говору прислушайся.

– Хоть папуасы, – решил старший. – Ждём. Не дёргаемся. Время позволяет.

Ждали. Присматривали. Не дёргались. Дождались до того, когда среди праздношатающихся представителей польского народа появился кто-то обличённый властью, повысил голос, напряг подвернувшихся под руку и добился того, что европейская военщина в отдельно взятом уголке украинской территории остепенилась, угомонилась и втянулась в жерло двери двухэтажного строения. Примерно через десять минут стихла музыка, потух свет в окнах и наступила иллюзия сонного царства. Ещё через десять минут оба диверса увидели мелькнувший силуэт человека под одиноко мерцающей в темноте лампочкой над входом. С того места, где они находились, здание стало напоминать заброшку. Странно всё! Куда караульного определили?

По этому поводу Серый высказался…:

– Мля, бардак! Ни караульного не видно, ни стоящей рядом техники.

…и услышал в ответ пояснение Аппендикса:

– Чай не немцы, Серый. Это поляки. Они всегда себе на уме были.

– Ладно, глянем что там.

Второе здание, напротив, «бодрствовало» светящимися окнами. Вот как раз рядом с ним парный патруль продефилировал и за углом скрылся. На полузакрытой стоянке для транспорта, густо обсаженной высокими, но всё же подрезными кустами какой-то поросли, явно виднеется бампер внедорожника.

Серго вспомнил картинку с ноутбука. Мимо стоянки по заросшей и неухоженной дорожке можно было пройти к ангару на заднем дворе. Судя по всему, военные приспособили его для чего-то им нужного. Склад, что ли? Вокруг него, ещё раньше отметил, даже больше охраны выставлено было, чем около двухэтажки, когда военные ещё бодрствовали, снуя в ангар и обратно, а значит, внутри явно что-то ценное есть.

Стараясь не шуметь, проскочили к большому строению, но вот поправку на присутствие животины за прилегающим к основной деревенской магистрали забором не сделали. Учуяла зараза! Залаяла. Заставила поторопиться, чтоб к стене прижаться, присесть и затихариться, ведь ведение боевых действий в селе не планировали. Просто проверка на всякий случай, чем таким интересным военные в этом глубоком тылу заняты.

Послышались шаги. Тихий голос, считай совсем рядом, на польском языке произнёс окончание фразы:

– …Я точно слышал!

– Ну, так поднимай тревогу, – усмехнулся второй. – Что? Теперь не так уверен?

– Ты же сам знаешь, что нам от пана подполковника будет за ложную тревогу, – обиделся тот. – Ладно, может, и правда, кто-то из местных поссать вышел, а я тут страху нагоняю.

Молодец, не доверять собственным органам чувств – это хорошо. И всё бы у этих придурков хорошо и осталось, сдай они назад, и пройди по освещённой фонарём дорожке. Так ведь нет! Попёрли через палисадник, рядом со стеной. Решили сократить путь по тропке. Сократили! В звенящей ночной тишине раздались два приглушенных щелчка, один за другим.

– Придеживаем!

Серый с Аппендицитом метнулись к заваливающимся трупам. Подхватили безвольные тела и высвободившееся из их рук оружие. Положили на траву.

– Мудаки? – сделал вывод Аппендицит.

– Точно. Устав караульно-постовой службы никогда не открывали. – Шёпотом согласился Серый.

– Чего здесь полякам делать?

– ХЗ. Наёмники, наверное.

– Старый сердиться будет, что этих завалили.

– Однозначно. Теперь-то, уж чего! Они хоть и мудаки, но глаза-то у них не на жопе. Идём, посмотрим, что там в ангаре.

– А охрана?

– Одним больше…

– Там не один охранник.

– Ну, двумя-тремя больше, какая теперь разница? Пошли.

Аппендикс противоречить не стал. Начальнику, как тому жирафу из песни Высоцкого – видней, он же старший.

Ангар, представлял из себя прямостенную, быстровозводимую конструкцию из металла. Судя по вечерней съёмке с квадрокоптера, поставили его недавно, а использовали и того меньше. Вот только не понятно, что внутри хранили или производили. Наружная охрана по ночной поре велась тоже парным патрулём. Присмотревшись к охранникам, Серый сделал вывод, что служба полякам мёдом казаться должна. Судя по всему, здесь они уже не меньше двух недель кукуют. От передовой далеко. Село для противника укрорейха, ничего из себя не представляет, а значит никаких опасных «подарков» с неба на голову не сыпется. Лафа, короче!

– Обоих берём! – решил Серый. – Твой худой высокий, мой крепыш.

– Принято!

– Как только поравняются, работаем.

Польские ребята действительно зажрались. Начальство ставку на хорошее освещение периметра сделало, пару видеокамер поставило, пустило вдоль стен пару вот таких охламонов и решило, что в захолустной деревне кроме селян, никаких неприятностей не может случиться. Кроме того, по летнему времени само гуляние вооружённого патруля под луной, да и днём, растягивалось на три часа…

Крепышу сразу не повезло, упокоили на «холодняк». Длинный прожил дольше.

– Сколько вас в ангаре? – допытывался Серый.

– Пятеро. – Не стал запираться испуганный молодой поляк, на грудную клетку которому давило колено неизвестного напавшего, страшного, с лицом покрытым боевым гримом.

– Кто?

– Инженер-американец, два техника, хорунжий Чесьляк и рядовой Новак.

– Инженер зачем?

– Так, новый беспилотник