"Фантастика 2026-160". Компиляция. Книги 1-28 - Вахтанг Глурджидзе

металлу, но от сердцевины шел ощутимый жар. Я подкинул украшение на ладони и зажал в кулак. Тут-то обкуренные товарищи оживились! — А я не голодная! — заявила та, с пухлыми губками, и попятилась к голубятне. — Он один, — рыкнул волосатый. — Без псов и без оружия! Я же не желал ни слушать, ни участвовать в их споре. Поднял Harley — показалось, что прошла вечность. Но они занимались рассуждениями и будто не замечали моих передвижений. — Доложит своим, — вступил в разговор блондин, что появился позже. — Нам не стоит так рисковать. — Что же, простых людей вам мало? — поддержала его подружка. — Я за то, чтобы посетить вечером клуб или бар. Тихо и без этих. Тут она стрельнула глазками в меня, и вся компания заметила бесцеремонный побег. Я захлопнул забрало и без прощаний убрался из душного дворика. На этот раз никто не бросился под колеса, отчего рот сам собой растянулся в улыбке. До письма из адвокатской конторы моя жизнь казалась наискучнейшей. Теперь же я постоянно влипал в странноватые переделки. Мало того, я стал обладателем погреба с пыточной камерой. Подозревал мать в сектантстве, читал абсолютный бред про жаждущих крови поганцев. Кстати, это слово я уже где-то слышал! Так еще и столкнулся с ребятами, желающими меня сожрать. За кого же они меня приняли? Шутили? И что увидели в клятом перстне? Машинально надел его на палец во время побега, теперь заметил, что камень остыл. Украшение удобно сидело, будто сделанное специально для меня. — Заразно это, что ли? — пробурчал себе под нос, но свист ветра от быстрой езды заглушал слова. — Обычно сходят с ума поодиночке. Но я своими глазами видел выступившие на коробке узоры и свечение вокруг камня. И когда подкатил к ювелирной лавке, засомневался в необходимости показывать наследство специалисту. Массивная дверь, кричащая о довоенной истории города, пропустила меня внутрь затемненного помещения. В современном мире редко встречались стены, обитые тканью, но здесь время замерло. Шоколадный шелк практически сливался с темным деревом витрин, искажая пространство. А в дальнем углу за большим столом трудился сутулый мужчина с проседью в аккуратно расчесанных на пробор волосах. Гладко выбритое лицо испещряли мелкие морщинки. Мне захотелось угостить его томлеными ребрышками и горячим яблочным взваром из паба «Алхимия», чтобы залить под кожу хоть немного жизни вместе с необходимой здоровому человеку жировой прослойкой. Он бы сразу сделался моложе. Так казалось. Опять странные мысли. Чтение сумасшедших мемуаров точно повлияло на мою собственную психику. — Добрый день, — обратился я к ювелиру, подходя ближе. — Меня зовут Радомир Вронский. Нашел вас в интернете. Николай Яковлевич? — Он самый, — мужчина чуть отодвинул яркую лампу, которая нависала над маленькими тисками на длинной ноге, прикрепленными к краю стола. Я вынул коробочку, открыл ее, стянул перстень с пальца и положил в специальное углубление. Поставил на стол перед ювелиром и заметил непривычное сожаление — хотелось срочно вернуть вещицу на место. — Мне нужна оценка, — коротко пояснил мастеру. Тот смотрел внимательно, но молчал и почему-то не брал изделие в руки. Наклонялся над столом, вертел лампу, чтобы свет падал под разным углом и золотил вкрапления в камне. — У вас не получится продать это через мою мастерскую, — наконец произнес он. — И в мыслях не было, — ответил резче, чем собирался, колкое нежелание расставаться с имуществом взяло верх. — Мне бы хотелось узнать о камне. И примерный возраст изделия. Оно досталось мне по наследству и дорого как память. Жаль, я не знаю, как далеко уходят корни семейной реликвии. — Кольцо не слишком старое, — дернув уголком рта, поведал Николай Яковлевич. — Его выполнили на заказ. С внутренней стороны есть клеймо мастера. Я приподнял перстень и разглядел эмблему в виде трех листиков, почти как у клевера, но чуть заостренных. — Камень — разновидность кристаллического гипса, — продолжал ювелир. — Непрочный, поделочный. Используется в бросовой бижутерии. Но само кольцо выполнено искусно. Серебро. Вставка дешевого камня обусловлена прихотью заказчика. — На семейную реликвию не тянет? — усмехнулся я. — Его сделали в ваш год рождения, — заключил Николай Яковлевич и пристально вгляделся в мое лицо. — Для вас. И с чего вдруг такая уверенность? Или радиоуглеродный анализ у таких людей шел встроенной функцией зрения по умолчанию? — Вы узнали клеймо и видели такое же плетение узора раньше? — догадался я. — И сильно рискую, разговаривая с вами, — кивнул он. — Но вы, Радомир, не один из них, раз задаете вопросы. И я не хотел грубить. Но больше сюда не приходите. — Один из них? — повторил я. — Кто они? — Охотники, — крякнул он, направляясь к двери. — Спрячьте кольцо и забудьте. Жили же вы столько времени без этих родственников, раз ничего не понимаете. Вот так и продолжайте. Я подхватил коробочку с перстнем и поспешил за ним. — Готов поклясться, что видел светящиеся узоры на дереве, — выпалил перед дверью, ведь чувствовал, что мастер знает больше, чем пожелал рассказать. — И почудится же такое, — притворно вздохнул Николай Яковлевич, но я заметил, как у него дернулся глаз. — На кого они охотятся? — я не сдавался. — Понятно, что не на кабанов, раз вы юлите и выгоняете меня. Но мне нужно разобраться. Просто дайте адрес того, кто это изготовил. Потряс коробкой и надел перстень на палец, дабы продемонстрировать свою решительность. — И что ж ты такой настырный? — сменил тон ювелир, опасливо глянул в окно, плотнее сомкнул жалюзи и запер дверь изнутри. — Нет его больше. — Кого? — рыкнул я, теряя терпение, но тут же сообразил. — Яков Малинин, мой отец, ушел из жизни раньше, чем мог бы. Он верил, что помогал праведному делу, — наконец признался ювелир. — Но я не считаю охоту на непохожих — благородным занятием. Не вмешивайся — целее будешь. — Секта? — озвучил волнующие меня догадки, перстень тут же показался тесным. — Фанатики мучили неугодных? По какому признаку? — Вампиры, — выдохнул Николай Яковлевич. — Они верили, что охотятся на вампиров. А я не удивился. После того, что видел в дневниках матери, даже подобное заявление показалось нормальным. — «Optimi vampiras mortui 3». Так они говорили, — припомнил ювелир. — Но как по мне, лучше: «Учись слушать, если не умеешь говорить». Ведь «Лучшие советники — мертвые». И я научился слышать и видеть чуть больше. Слушай и ты, Радомир. Слушай внимательно, а когда услышишь, действуй без промедления. *** Вечерело, когда я наконец вышел из ювелирной мастерской. Рассказы Николая — он попросил впредь обращаться менее официально, ведь нас объединил сумасшедший секрет — расставили недостающие акценты в записях. Мать состояла в клане охотников на вампиров. Перстень обладал магическими свойствами, помогал обнаружить неугодных и временно лишал