Приграничье 1-13 - Павел Николаевич Корнев

как маленький? — вздохнул Кузьминок. — Ты же сам сказал, что надо отследить связи. Сами по себе в такие дела не влезают, кто-то из этой троицы был связан с нехорошими людьми. Охранники к нам недавно попали, но стажировались в Патруле, могли там с кем-нибудь знакомство свести. Остапенко, водитель-экспедитор, раньше в охранной конторе Жилина работал — не в "Поляне", в "Жилин-Сопровождение". Надо узнать, почему уволился, возможно, за ним что-то с того времени тянется.

Я кивнул, но без особого энтузиазма. Личные дела работников — это одно, а на деле попробуй их связи вычисли и обработай! У Платона столько времени точно нет.

Тем временем внедорожник тронулся с места и покатил меж разной степени обветшалости цехов, Григорий выдернул из крепления тангенту автомобильной рации, но связаться с участком не сумел из-за помех.

— Оружие отследить не получится? — спросил я тогда.

— Обрез не отследить. Чаромет старый, Братство такой хлам со складов тоннами распродавало при переезде, — разочаровал меня Григорий. — Нет, можно, конечно, по комиссионкам пройтись… Да, отправлю людей, хуже не будет. И по маршруту надо контейнер поискать…

Контрразведчик явно разговаривал сам с собой, и я встревать с расспросами не стал. И так ясно, что один из контейнеров с отходами должны были подменить, и провернули это уже после выезда с промзоны.

— Тебя куда сейчас, в бар? — спросил Кузьминок, когда автомобиль подъехал к Центральному участку.

— Был бы премного обязан, — улыбнулся я. — Как-то нет желания пешком через полгорода топать.

— Отвези и возвращайся, — приказал Григорий водителю, а сам выбрался из машины вместе с сидевшим рядом со мной на заднем сиденье подчиненным.

"Хантер" тронулся с места и покатил прочь от Центрального участка.

К моменту моего возвращения в бар расстрелянный "кайенн" уже увезли, только на дороге остались россыпи битого стекла, обломки пластика, пятна машинного масла и брызги крови.

Надо бы песком присыпать, чтобы не так заметно было. Нечего посетителей распугивать.

Впрочем, посетителей в баре, несмотря на ранний час, оказалось с избытком, и, разумеется, основной темой разговоров была вчерашняя перестрелка. Но это не страшно, пару дней поговорят и забудут. Не такое уж и происшествие великое по меркам Форта.

Куда больше меня удивило, что разносили пиво и протирали столы две симпатичные девчонки, рыженькая и шатенка, а Иван с гордым видом собственника стоял за стойкой.

— Здравствуйте, дядя Слава! — поздоровались со мной добровольные помощницы.

Я улыбнулся в ответ, пожал руки знакомым завсегдатаям, но ни с кем разговаривать не стал и подошел к Грачеву.

— Подруг эксплуатируешь? — усмехнулся, расстегивая куртку.

— Сами напросились, — пожал тот плечами и тихонько хохотнул: — Обещали прикрыть…

Я только головой покачал.

Хотя — почему нет? Девчонки проходят обучение в Гимназии, кто знает, на чем именно они специализируются? К тому же элементарные навыки самозащиты прививаются будущим колдунам сразу после зачисления, а по мере роста способностей они дополнительно шлифуются и улучшаются. Постоять за себя гимназисты могли, при этом в прямом криминале оказывались замешаны весьма и весьма нечасто. Слишком уж просто было вычислить заклинателя по остаточным следам его ауры и обрывкам заклинаний. Никакие отпечатки пальцев не нужны.

— Как скатались? — спросил Иван, протирая пивную кружку.

Я пожал плечами.

— Даже не знаю. Митя наверху?

— Нет, — покачал головой Грачев. — За машиной пошел. Сейчас уже подъехать должен.

— Как он вообще?

— Контуженный. В глазах сосуды полопались, но в госпиталь идти не хочет. Говорит, само пройдет.

— Рассосется, ага.

— Да ему Саня каких-то таблеток дал.

— Гордеев не возвращался?

— Не было.

Я вздохнул и поднялся на второй этаж. Убрал в шкаф куртку, револьвер вытащил из сумочки и сунул в нацепленную сзади на ремень брюк кобуру. Потом посмотрел на свое отражение в зеркале, задумчиво потер длинную щетину на подбородке, но решил не бриться и спустился вниз. Выгонять из-за стойки Ваню не стал, надел фуфайку, нахлобучил ушанку и с метлой, лопатой и ведром песка вышел на улицу.

Осколки стекол "буханки" смел в одну кучу с обломками "кайенна" и побросал в снег на обочине, потом засыпал песком масляные и кровавые пятна, заодно обработал тротуар и дорожку к бару.

Свежий воздух прочистил голову, и как-то даже особо не хотелось возвращаться в тепло; я задумался, не сходить ли за ломиком, но в этот момент с Красного проспекта вывернул УАЗ "Хантер" в бело-синей раскраске Дружины.

Автомобиль заехал на парковку, и с пассажирского места на улицу выбрался Владимир Ханин.

— Весело живешь, Хмель! — рассмеялся он. — Никого еще не убил сегодня?

— День только начинается.

— Это верно. — Начальник отдела собственной безопасности встал рядом и огляделся по сторонам. — Здесь все случилось?

— Здесь, — подтвердил я.

Владимир Михайлович покачал головой.

— Весело живешь, — повторил он, потом посмотрел на меня и спросил: — А не просветишь меня, из-за чего весь сыр-бор начался? Что за человечек этот такой золотой, твой поставщик? Непростой ведь человек, так?

Я поморщился. Иной раз обращаться за помощью в Дружину себе дороже выходит. Даже если помогут, что вовсе не факт, потом такие условия сотрудничества выкатят, хоть на стену лезь. Пивоварню отжать не получится, есть не менее серьезные покупатели, с которыми при всем желании не договориться, но вот прижать к ногтю важного поставщика и дальше диктовать свои условия — это запросто.

— Фальстарт, — поморщился я.

— Извини? — не понял меня дружинник.

— Фальстарт. Человека еще не нашли, а уже под меня копать начинаете? Зря.

— Плохого же ты мнения обо мне, — прищурился Ханин.

— Да ладно! — махнул я рукой. — А насчет Платонова поинтересуйтесь у Кузьминка Григория Алексеевича. Деятельность моего поставщика, как оказалось, наша доблестная контрразведка курировала. Курировала, курировала да не выкурировала.

Дружинник никак не выказал своего разочарования, лишь удивился:

— Зачем тогда меня дергать было? Обратился бы сразу к Кузьминку!

— А я знал, кто там кого курирует? У меня с вами деловые отношения, не с контрразведкой.

— Хорошо, — кивнул Ханин, — уточню. — Он хлопнул меня по плечу: — Береги себя, Слава, — и вернулся к автомобилю.

Когда УАЗ выехал с парковки, я с облегчением вытер со лба пот — неужто отбрехался? — собрал инструмент и вернулся в бар.

Инструменты и фуфайку вернул в подсобку, потом спросил Ивана:

— Ты нормально или сменить?

— Нормально.

— Тогда посплю немного. Разбудите, как Митя вернется.

Голова и в самом деле была тяжелой; из-за вчерашней нервотрепки толком не выспался, да и Кузьминок ни свет ни заря разбудил. Сделав на кухне пару бутербродов, я накачал себе бокал пива и поднялся в спальню. Наскоро перекусил, разулся и улегся в кровать.

Проснулся рывком, сначала не понял, что насторожило, потом сообразил —