Фантастика 2026-146 - Николай Скиба

найти ответы. И знаешь, пришёл к неожиданному выводу. Это меня ошеломило и встревожило, но, будучи честным с собой, я принял его, ведь, как и тебе, мне плевать на всех этих людей поблизости, да и во всём городе. И во всех этих мирах. Ничего, ведь они — простые люди, которые умрут завтра или в ближайший месяц, почему бы не от моей руки, не так ли? Сравнять город с землёй займёт у нас сколько?

Он поднял руку и посмотрел, будто бы на часы, которых не было. Какого?!

— А, точно, их же нет, ну, на вскидку могу сказать, что примерно минут три-четыре. Представь, диаметр окружности около трёх километров — мы с тобой сделаем из города оплавленный котлован. И всё из-за чего? Из-за того, что тебе нужны ответы, и мне они тоже нужны, ты понимаешь? Но!..

Он встал со стула, подошёл к окну, и его голос словно стал старше и грустнее, чем до этого.

— Но мама учила меня, что моя сила дана мне не ради того, чтобы я убивал или калечил людей или других шиноби. Моя великая, как она говорила, сила дана мне ради защиты. Защиты семьи, клана и деревни. Планеты, в конце концов. Но мамы нет, понимаешь, её нет. И в моей голове уже лет десять роились мысли: а что, если он был бы? Что, если он показал бы, как защищать, что мне делать и как поступить? Он пропал, когда должен был быть нужен нам в самый трудный момент. Мама не справилась, никто не смог справиться. Лишь один он смог, но его не стало. Я ведь защитник, Оками, защитник обделённых, слабых и всех, кто не сможет защитить себя сам. Так меня нарекли. Но что, если…

Он повернулся ко мне, а мои попытки выпутаться из неизвестной техники, которая парализовала меня, не увенчались успехом, даже чакра будто застыла. Сперва мама, потом он — что несёт этот безумец?

— Что, если появится тот, кто станет врагом для всех? Твои записи дают понять, что у тебя были такие же мысли. — Откуда он?!.. — Общий враг, от которого нужно защищаться, ведь либо так, либо я не понимаю, что делать, не понимаю, как их объединить перед такой угрозой… Они не хотят единства, они не могут быть едины, они словно стаи разных животных, которые не могут ужиться вместе, я не понимаю, что мне делать. Они словно не видят того, что вижу я, они слепы. Они…

Его голос звучал плаксиво. Что это с ним? Он упал на колени, и его капюшон упал, показывая мне его лицо.

— Что мне делать, отец?!

Моя протянутая рука к лицу мальчишки, что был похож одновременно на меня и Мито, начала исчезать. Золотые частицы были словно насмешка. Его красные волосы струились до плеч. Глаза, в которых горели фиолетовые круги, смотрели на меня с надеждой, которую забрал свет перемещения.

Время вышло, и мой крик не успел раздаться, как я очутился в какой-то знакомой местности. Была ночь вместо того дня, потрясение от увиденного ударило меня посильнее, чем любые раны. Мой крик уже раздался в пустыне, и я упал на колени.

— Нет!

Наш с Мито сын?

---

Глава 31

— Это что-то новое, не думал, что у тебя получится создать такую сложную фуин-печать, совмещённую с другим далёким направлением от нашего искусства. Всё же это довольно высокий уровень, внук, и я рад, что ты развиваешься…

— Ну что сказать, старик, твои рассказы про мастеров гендзюцу заинтересовали меня, вот и появилась эта печать. Ушло, конечно, на неё времени довольно прилично, но оно того стоило.

— Понятно-понятно, но ты уверен, что хочешь это сделать сейчас? Всё же новая печать, и такая сложная — тянет на мастера, кстати. Может, сперва испробуем на каких-нибудь заключённых? Всё же никто не застрахован от несчастных случаев.

— Да, не переживай, я более чем уверен в своих руках и в твоих. Просто нанеси печать по схеме, если что — отрежешь мне язык и отрастишь новый.

— Это так не работает…

Горький вздох раздался в комнате главного врача больницы клана Узумаки. Такой же, но противоположный смех раздался в той же комнате…

---

Вертя в руках свиток с отчётами и всеми техниками, которые я посчитал нужным передать, Ашина Узумаки смотрел на меня с какими-то странно сверкающими глазами исследователя. Мой рассказ про то, что я оказался в том времени, не на шутку заинтересовал его, и он вытряс из меня душу после моего прибытия в клан. Уже час пытаюсь донести свою мысль, что его сын и глава разведки — предатели, которые убьют его, а тот словно услышал, что сегодня хорошая погода, и просто отмахнулся. Боже…

— Говоришь, другой мир?

— Да. — Уже который раз я говорил ему это, а он всё не мог успокоиться. Ох, уж эти учёные до мозга костей, благо в своё время я не стал типичным представителем этой касты. А то, что у нас назревает переворот и ослабление клана, его не волнует.

— И будущее?

— Всё верно, Глава.

— Хм-м-м. — Протянул он и закрыл глаза. Открыв их вновь через секунд десять тишины, он выдал: — Идёшь со мной, тебя осмотрят.

Чего?!

— Кто осмотрит? Дедушка?

— Нет-нет. — Он отрицательно махнул рукой и поднялся. Сложив печати, он открыл потайную дверь с лестницей, которая вела вниз. Слева шла лестница вниз, освещённая факелами. Атмосферно, прямо как в фильмах про злодеев. — Более компетентные в пространственных перемещениях Узумаки должны понять, что это было и как это использовать во благо клана. Всё же такие возможности…

Ну да, ну да, всё во благо клана. Следуя за мечтающим Главой, я испытывал мигрень. Ей-богу, как дитя малое, которому дали новую игрушку. После того как я очутился в пустыне Страны Ветра в десятках километров от Роурана, который снова ожил, будто ничего не было, я выдвинулся обратно домой. Быстрый бег успокоил мои мысли, но не сердце.

Переживания насчёт случившегося я запихнул глубже, туда, где были мысли о своих детях в прошлом мире. Добавив туда мысли о ребёнке с тяжёлой судьбой в этом мире, я оставил