Фантастика 2026-2 - Олег Велесов

— Работа будет готова в срок, — кивнул Яр на прощание и скрылся за дверью. Себастьян устало выдохнул.

Эх, надо бы с ними в следующий раз помягче, а то они, походу, переволновались.

Ишь какие напряженные! Наверняка из своей деревни дальше, чем на десять километров ни разу не уезжали. Хотя такая встряска им же на пользу — оба в следующий раз сто раз подумают, прежде чем лезть на других с беспочвенными обвинениями!

Надеюсь, в фоксах просто взыграли эмоции, и они в целом хорошие люди… В смысле, нелюди. Кузнец, да еще и глава общины, на новом месте лишним не будет.

— Вот бука, эта Камилла! — посмотрела им вслед Метта. — Хотя ей есть за что на них обижаться.

— Как там Геллер? — спросил я Женю, когда дверь за здоровяком закрылась.

— Дыхание ровное, ворчит и курит как паровоз. Жить будет. Шах тоже.

— Ты молодец, — сказал я и положил руку ему на плечо. — Они оба теперь твои должники.

— Думаешь, они станут моими слугами? — хмыкнул Устинов.

— Так, господа, было очень приятно поболтать, — сказала Камилла, поднимаясь, — но, думаю, нам пора. Аки скажи «спасибо» за то, что Женя спас тебя от той птицы, и пойдемте.

— Аригато… в смысле, спасибо, — сказала Аки, поклонившись. Однако в ее глазах остался какой-то незакрытый гештальт.

— Не за что… — проговорил я.

Вдруг Аки глубоко вздохнула и, подхватив свой кривой меч в ножнах, сделала осторожный шаг вперед.

— Я…

Она набрала она в грудь побольше воздуха, и не успел я удивиться, как японка упала на одно колено.

Меч Аки протянула мне на вытянутых руках.

— Я ваша навек, господин.

Глава 7

Повисла пауза. Даже Ленский немного охренел. Метта хихикнула и шлепнула меня по колену:

— Берите, чего хлопаете глазами? Не каждый день такая милашка дарит такую красоту да и себя в придачу. Нашему-то мечу все равно кирдык!

Аки продолжала молча держать свой клинок в строгих черных ножнах.

— Ну не настолько же ты ему благодарна, Аки? — удивленно приподняла бровь Камилла. — Он, конечно, герой и всем накостылял, но…

— Я ваша навек, — тверже проговорила Аки и требовательно качнула ножнами с мечом.

Когда я взял подарок, девушка тут же подскочила на месте. На ее устах заиграла торжествующая улыбка. Я все еще не понимал, и за нее ответила Александра:

— У Аки в клане, если юноша спас девушку, она пойдет с ним хоть в огонь, — улыбнулась она. — И, похоже, вы, сударь Марлинский, только что приобрели верного союзника!

Аки покраснела и закивала.

— Повезло тебе, Илья Тимофеевич, — ухмыльнулся Ленский. — Мне бы такой союзник точно не помешал.

— Ладно, мы все же пойдем, пока она не предложила вам руку и сердце, сударь, — сказала Камилла, поднимаясь из кресла. — Она только недавно здесь и многого не знает. Мне дали задание и глаз с нее не спускать, пока не доберемся до Шардинска, но как уследишь за этой любопытной козочкой? Она весь поезд облазила — любит узнавать всякое новое, видите ли! Вот и попалась в лапы тем озверевшим типам, глупенькая!

— Так а в чем весь сыр-бор? — спросил я. — Яр упомянул про смерть отца и брата. Да и Тома ее явно ненавидит, и не просто так.

— Обычное дело среди нелюдей, — пожала плечами Александра. — Все же соотечественники Аки — тоже то еще зверье. Ой…

— Так, ты чего несешь⁈ — нахмурилась Камилла, и ее глаза вспыхнули. — Давно это было, поняла!

— Да не так уж и давно… Всего-то… Ой, зачем дерешься⁈

Однако Аки, словно ничего и не слышала — продолжала кивать и повторяла:

— Аригато! Я ваша навек, Марлин-сан!

И Мила с Александрой, подхватив ее под руки, решительно утащили подругу прочь из купе.

— Аригато! — раздалось из коридора. — Я ваша навек!

Ленский, наконец, не выдержал и, запрокинув голову назад, от души расхохотался.

* * *

Нет, все же Ленский оказался славным малым. Пусть он и себе на уме и немного заносчивый, но у кого нет недостатков? Я бы остался еще подольше, однако дело клонилось к вечеру, а тут еще и его гвардеец очнулся и потребовал всем покинуть помещение ссыльного.

Башка у него была перевязана платком, а сам он ни сном ни духом о том, кто ударил его по башке и расцепил локомотив с остальным составом.

Ленский зазвенел на него наручниками:

— Толку от тебя никакого, Степан! Как жизнь мне усложнять, так ты самый первый, а как террориста поймать, то… Эх, ни украсть, ни посторожить… Папиросы есть? Нет? А, и черт с тобой!

И мы с Ленским обменялись рукопожатиями. Он долго не хотел отпускать мою руку и спросил:

— Ваше благородие, надеюсь, хотя бы в Шардинске мы будем чаще видеться? А то так я точно сойду с ума…

— Без проблем, — кивнул я. — Мы в Шардинске надолго…

— Мы⁈

— В смысле я.

Я улыбнулся, а Метта хмыкнула.

— Я, наверное, никогда не смогу понять таких людей как вы, Илья, — задумчиво произнес Ленский. — Уехать из Петербурга не под дулом пистолета, а по собственной воле… Да еще и будучи студентом-рыцарем СПАИРа? Ах, ладно! В любом случае, я ваш должник. А Ленский всегда возвращает долги.

— Хех, ловим его на слове, — щелкнула Метта пальцами.

И мы распрощались.

* * *

— Болит? — спросил Женя, ощупывая мою руку, на которой затянулся хлыст птицы. На ней белел свежий бинт. Мы закрылись в нашем купе и вовсю готовились ко сну.

Я задумался. Как ни странно, да, боль ощущалась.

— К тебе окончательно вернулась чувствительность, — кивнула Метта. — Теперь я знаю, в чем была проблема изначально, и больше таких выкрутасов не будет. Следующее повышение ранга пройдет без сучка без задоринки.

— Думаю, иногда полезно отключить болевой порог, — задумался я. — Если мы ничего не поломаем, конечно же.

И, не обращая внимание на протесты Жени, я принялся разматывать руку. От раны остался только бледный шрам.

— Так быстро⁈ — удивился Устинов. — Как ты умудряешься?

— Видать, ты куда лучший лекарь, чем тебе