Фантастика 2026-90 - Василий Седой

– Дашкой, госпожа, – она склонила голову.

– Меня называйте Катерина Павловна, это ко всем относится, – я посмотрела на остальных и снова обратилась к ней, повторив вопрос: – Почему вы подрались, Даша?

Она посопела и призналась.

– Марфушка к мужу моему на сеновал бегала.

– Что ж, это уважительная причина, – кивнула я. – Сожалею, что ты не успела накостылять ей хорошенько.

Ожидающая выговора или чего похуже, Даша не сразу осознала мои слова. Её товарки смотрели недоверчиво, я вела себя не как госпожа. Зато Агата у меня за спиной негромко хмыкнула.

– И всё же здесь мы делаем одно дело, поэтому никаких драк! Понятно?

– Да, госпожа.

– Да, Катерина Павловна, – ответ был нестройным. Из пятерых только трое запомнили мою просьбу, остальные по-прежнему называли госпожой.

Но я уже не стала заострять на этом внимание. Рано или поздно выучат на примере других.

– Отлично! Тем более что нам потребуется больше места и больше огня. Теперь мы будем кипятить инструменты и бинты.

Я оглянулась на плиту, заставленную чугунами и чугунками, из которых доносились запахи еды.

– Давно они начали готовить?

– Не особо, Катерина Павловна, – Даша первой перестала меня бояться и стала отвечать.

– Тогда нам нужен очаг, а лучше – два, – я обернулась к Агате. – Сможете достать кирпичи?

– Сколько? – спросила она, даже не поинтересовавшись, для чего мне они.

– Побольше несите, я скажу, когда хватит. И ещё нужна лопата.

Небольшая лопатка нашлась прямо в летней кухне, ею выгребали золу из печи. Я определила место для очага и начала копать неглубокую яму, стараясь придерживаться квадратной формы, поскольку чаны были круглыми.

– Скажите, чего надобно, я вырою, – Даша, вернувшаяся с двумя красными кирпичами в руках, бросила их и попыталась забрать у меня лопату.

– Спасибо, Даша, но вместе мы быстрей управимся, носите кирпичи, – обратилась я к женщинам, которые с любопытством наблюдали за моими действиями.

Выкопав ямку для очага, я начала обкладывать её кирпичами. Подумав, решила, что два ряда будет достаточно. Конечно, три позволят развести больший огонь, и вода быстрее закипит. Зато два кирпича устойчивее, меньше вероятность, что наш чан с кипятком опрокинется нам же на ноги.

Закончив строительство, я велела одной из женщин:

– Разжигай костёр, – и указала на очаг, а сама начала копать второй.

Спустя несколько минут один костёр уже горел. Я приказала перенести на него чан с плиты. Вода в нём уже нагрелась и скоро обещала закипеть. Стоит поторопиться со вторым очагом.

Копала и строила я по-прежнему сама, хотя кирпичей принесли достаточно, и женщины только стояли рядом, наблюдая. Однако это был ответственный момент, и я не хотела его уступать. Так я буду уверена, что конструкция вышла прочной и не развалится в самое неудачное время.

Лишь закончив второй очаг, я сказала, чтобы в нём тоже развели огонь и поставили второй чан. А сама попросила Агату сопровождать меня в госпиталь. Мне нужно было найти Снегирёва.

Я угадала верно, фельдшер оказался сообразительным. Он с первого раза понял, чего я от него хочу. И даже сам вызвался собирать инструменты. Кажется, эмоциональная речь в хирургической палатке принесла мне не только врагов, но и поклонников. Вот и хорошо, что Снегирёв из вторых, а то я боялась, что придётся убеждать каждого хирурга.

Времени оставалось всё меньше. Обоз подъезжал к деревне. Гедеонова хорошо придумала с дозорными на вышке, так заранее можно подготовиться к приближению врага или новых раненых.

– Катерина Павловна, – впервые обратилась ко мне ключница.

Я решила, что она хочет спросить, нужна ли мне ещё.

– Спасибо вам, Агата, вы мне очень помогли. Дальше я уже справлюсь, – улыбнулась ей. Хорошая женщина.

– Позвольте дать вам совет? – вдруг спросила она.

– Совет? – я мысленно перебрала свои действия. Неужели ключница считает, что я где-то ошиблась?

– Попробуйте применять раствор соли для промывания ран. Его ещё моя бабка пользовала. И очищает, и гноиться не даёт.

Мне потребовалось несколько секунд, чтобы осмыслить услышанное. Я увидела в этой женщине себя. Я также знала то, что поможет. Однако мне пришлось пробираться сквозь заросли скептицизма и узколобия. На её лице отражались те же мысли. Она думала, что я не поверю, но не могла не попробовать.

Поэтому я ответила максимально честно.

– Я никогда не слышала о таком способе, но обещаю, что передам ваши слова доктору, которому доверяю. Он почти не оперирует, как раз лечит раны. Думаю, Мирон Потапович не откажется опробовать ваш метод. Но для этого нам понадобится много соли. Вы сможете достать?

– Смогу, – кивнула она.

Я кивнула в ответ. Больше ни она, ни я ничего не сказали. Это и не было нужно, две женщины поняли друг друга без слов.

Вода в обоих чанах забурлила. В первый мы переложили выстиранные сегодня бинты.

– Не вытаскивать, пока не закипят, – велела я. – Да и потом не сразу. А лучше всего – зовите меня.

– Катерина Павловна! – раздался мужской голос.

Я обернулась, отирая пот со лба. Платок давно лежал на лавке. Я подумывала снять и поддёву, но пока медлила, боялась простудиться.

В десятке шагов от меня стоял Снегирёв с молодым, незнакомым мне фельдшером. Оба держали заполненные хирургическими инструментами тазы.

Они словно не решались переступить условную границу между улицей и летней кухней, где всё парилось, кипело и варилось, где переругивались вспотевшие, раздражённые женщины.

– Несите сюда, – махнула рукой.

– Кидать? – Снегирёв затормозил у чана с кипящей водой, не дойдя пары шагов до меня.

– Сюда несите! – прикрикнула на него. Похоже, рано похвалила за сообразительность. – Ставьте на лавку.

Я кинула беглый взгляд на инструменты и ужаснулась. Большая часть пестрела пятнами засохшей крови. У единичных скальпелей было вымыто лезвие, но грязь или кровь скопилась в углах и выемках. У одного рукоять была обшита бархатом – какой ужас! Представляю, сколько бактерий скопилось в ткани. Вышитые инициалы «М» и «Д» наводили на мысль, кому этот инструмент может принадлежать.

– Быстро! Два таза, горячую воду, ветошь и побольше щёлока! – распорядилась я.

Надо успеть обработать инструменты до того, как раненые окажутся на операционных столах.

Первой подорвалась Даша. Забежала в кухонную часть, вывалила из таза очистки и бросилась обратно.

– Эй! – крикнула её соперница. –