Фантастика 2026-153 - Павел Смолин

— Спасибо.

— Женихов? — переспросил Мадиш. — А у нас как раз есть один хороший жених, да, Лирой? — он приобнял друга за плечи.

— Да он уже занят, ты забыл? — Эдар шкодливо подмигнул. — Ну та, рыженькая.

— Прекратите! — рассердился и смутился Лирой.

— Да он её до сих пор на свидание не позвал, — отмахнулся Мадиш. — Хочешь, я схожу приглашу её за тебя?

— Так, не суй в мои дела своё породистое лошадиное лицо! — с угрозой протянул Лирой.

— У-у-у, какие мы неприятные! — Мадиш с наигранной обидой отвернулся и вдруг как завопил: — Эй, красавица! Да-да, ты, огненновласая!

Побелевший Лирой схватил друга, зажал ему рот и испуганно осмотрелся. А затем скривился и сплюнул, сообразив, что его надули.

Глава 76

Пожар

Господина Зээхея пропустили в сыск беспрепятственно, дежурный только один раз с сомнением взглянул на помощницу харена. А вот господина Вирая не пропустил и, судя по ехиднейшей улыбке оборотня, его дежурный и по приказу самого харена впустил бы с крайней неохотой. Пришлось господину Зээхею возвращаться и клятвенно обещать, что он лично убьёт братца, если тот что-то натворит.

— Виидаш сказал, что господин Зээхей приехал смотреть женихов. Может, он имел в виду невест? Или в Салее смотрины и для женихов устраивают?

— Зээхей устраивает. У него сейчас девять дочерей на выданье. Конечно, его интересуют достойные молодые люди. А в следующем году поспеют ещё две дочери, и будет их одиннадцать.

— Ну к тому времени кто-то из-за старших уже замуж выйдет.

— Майяри, — лекарь посмотрел на неё, как на глупенькую, — самая старшая достигла брачного возраста ещё двадцать лет назад. Ты думаешь, почему Зээхей не очень хорошо относится к женщинам? Ему не нравится их воспитание, он считает их глупыми, необразованными и испорченными светскими манерами. А тут его дочки, умненькие воспитанные красавицы, которых он холил и лелеял и растил из них идеальных женщин. Думаешь, он согласится отдать кого-то из них мужчине, который бы довольствовался и испорченной женщиной из общества? Тому, кто не пожелает оценить всех их достоинств? Нет, Майяри, к мужчинам он ещё более предвзят, чем к женщинам.

— Какой-то он совсем-совсем странный.

— Почему если кому-то не чужды доброта и желание творить добро, то он сразу странный? — весело приподнял брови лекарь. — Зээхей просто добряк. С детства таким был. Тащил в дом зверушек, букашек, раненых птиц, новых братишек и сестрёнок…

Майяри поражённо уставилась на него, и господин Шидай совершенно серьёзно сказал:

— Я не шучу. У этих двоих пять приёмных братьев и три сестрички. Тебе сейчас вниз?

— Да, мы с Йоном продолжаем биться над печатью, — девушка поморщилась, — но никак не можем понять, как же пользоваться алфавитом хайрена Игренаэша. Уже по-разному сочетали символы, они должны работать, но не работают. И мы не понимаем, чего не хватает.

— Тебе, кстати, Ранхаш рассказывал… — господин Шидай умолк и осмотрелся.

— О чём? — прищурилась Майяри.

— Похоже, нет. Я тебе потом скажу. Не то место, знаешь…

Лекарь осёкся и прислушался к усиливающимся крикам. Майяри тоже прислушалась. Голоса доносились с той стороны заднего двора и звучали гневно, с нотками паники.

— Оставайся здесь, — велел лекарь, и Аший с Редием тут же шагнули ближе.

— Нет, я с вами!

Майяри припустила за недовольно на неё зыркнувшим лекарем.

Запах дыма сразу ударил в нос, стоило распахнуть дверь. По двору рядом с драконьим ангаром в панике носились оборотни, подбегали к зданию, замирали в саженях четырёх от него, судорожно дёргаясь, и отскакивали, злые и ничего не понимающие.

— Чт… — лекарь охнул, а затем и присвистнул.

Над крышей ангара уже плясали языки пламени. Внутри оглушительно рычали перепуганные драконы, снаружи главный драконий смотритель драл на себе волосы от отчаяния.

— Где эти пинтюхи-маги, когда они нужны⁈

— Тащи воду, так плескать будем!

— Да толку? Оно изнутри горит.

— Эх, не прошла… — выплеснутая вода растеклась по невидимому барьеру и ушла в землю.

— Что произошло? — Шидай поймал за локоть одного из сыскарей.

— Да Жидрай со своим отрядом наконец поймали того гения, что в прошлом году подшутил и вокруг городской сокровищницы барьер установил, — сплюнул тот. — Его в допросную отволокли, а мешки с артефактами в ангаре забыли, в седельных сумках. Похоже, ящеры барьеркой и закусили. И не только ей… Полыхнуло в один миг!

— Там мой дракон, — едва слышно прошептала Майяри.

— Вот растяпы! Повесил бы! — Шидай сильно расстроился. Больше из-за бедных зверушек, которые теперь поджаривались на огне. — Можешь что-то сделать?

Майяри силами потянулась к барьеру, но ничего не нащупала. Подошла ближе, раскинула щупы аж вглубь ангара, наконец что-то этакое ощутила, но поймать не смогла.

— Что такое?

— Вот и наши так, — заметил оборотень, рассказавший им про забытые артефакты. — Хитрость там какая-то, а какая именно, этот прощелыга не говорит. В сокровищницу тогда едва-едва пробились день на пятый.

Сквозь треск огня прорвался вой боли, когтями вошедший в сердце. Майяри упрямо склонила голову и раскинула свои силы по всему ангару. В какой-то момент она что-то нащупала, и барьер больно ударил её прямо по носу, а потом так неожиданно исчез, что девушка провалилась внутрь. Но вот метнувшиеся за ней охранники пройти не успели и знатно зашиблись о преграду.

— Майяри, живо назад! — зарычал господин Шидай.

Девушка было отступила, но потом опять шагнула к зданию.

— Майяри! — совсем уж по-звериному зарычал лекарь, но девушка только нахмурилась.

— Я наброшу на себя защитку и хотя бы огонь прихлопну.

— Ах ты мелкая дрянь! — взвился перепуганный лекарь, и Майяри оскорблённо воззрилась на него. — Живо вернулась! Если сделаешь ещё хоть шаг — высеку так, что ходить не сможешь!

Ну если только высечет, то не страшно. Секли её часто.

— Я быстро, — пообещала девушка, накинула на себя щит и, подобравшись к пышущему огнём окну, сунула в пламя руку, ответственно проверяя действенность собственной защиты. И только после этого прошла в задымлённый ангар.

Едучий дым мгновенно вызвал слёзы и кашель, и Майяри запоздало достала платок и прижала его к носу. В запертых денниках бесновались драконы, проход застилал