"Фантастика 2026-182". Компиляция. Книги 1-31 - Татьяна Петровна Крылова

Его худощавый усатый советник, отводя взгляд, о чём-то продолжительно умалчивал, и, видя беспокойство на нерешительном лице Эсва, не выдержал и выплюнул:

— Ну что ещё⁈

— Прошу меня простить, это касательно пленной Энегвы… — опасаясь получить затрещину или тяжёлый «втык», чуть отдалился от Визирия Змей.

— А с ней-то что?

— Принц Карл изъявил желание видеть у себя почётную пленницу и…

Лицо Колда Эсва побагровело, пальцы, державшие поводья, побелели от напряжения, а сам советник уже подумывал, что тот вот-вот хватится за меч и кинется на своего господина, требуя вернуть его законный трофей. Визирий был очень жадным человеком, особенно когда вопрос касался женщин, взятых именно им, и для его же извращённых целей. Зимий Трэсдэс частенько был свидетелем зверств своего господина и даже порой присоединялся к тем, когда у Эсва было хорошее настроение. Змей, в отличие от Визирия, не любил полуживых или вообще мёртвых женщин. Предпочитая развлекаться с молодыми красотками до того, как их покромсают, он из-за своей похоти и неосторожности случайно угодил в ловушку, раскинутую церковью и местным магическим орденом, носившим гордое имя Ливии. По факту, все Ливийцы считались в магических кругах третьесортным мусором, которому предстояло на войне доказать свою значимость для зачисления в ученики архимагов. Сидевшие и державшиеся в Колде всё время тише воды и ниже травы Ливийцы при виде Гвиния тут же побежали тому жаловаться на пропажу своих сестёр. И если прошлые маги, прислуживавшие Августу, были подкуплены Эсва и игнорировали все доводы «низших», то верный до зуда в костях Гвиний решил воспользоваться представившейся ему возможностью.

Старый маг-целитель со своими мелкими приспешниками фактически взял Змея за яйца, поставив того перед фактом: или он доносит на планы Визирия, или позже отправляется вместе с ним на костёр. Любой из двух предоставленных Гвинием вариантов был смертельной ловушкой для Змея, попавшего в ситуацию, из которой сухим не выбраться.

Для магов-церковников одних лишь слов Змея для казни именитого герцога, героя востока Визирия, не хватало. Требовались улики, тела, захоронения и неопровержимые доказательства, что именно Визирий убивал магов. И даже когда те появятся, орден сперва обязан отправить прошение о разбирательстве принцу Августу, и лишь потом, с прибывшим одобрением от имени наследника, тот мог отправиться на плаху. Всё данное разбирательство могло затянуться на долгие-долгие месяцы, при том условии, что если Визирий узнает о предательстве Змея, скорее всего, голова последнего окажется на земле в ту же секунду.

Пока ещё в этой ситуации Колда Эсва твёрдо стоял на своих ногах, но конфликт с принцем из-за полуэльфийки мог сильно пошатнуть стул под его господином.

— Прошу вас, ваше сиятельство, одумайтесь, эта женщина не стоит того, чтобы из-за неё ссориться с господином Карлом, — повторял из раза в раз Змей, глядя на то, как Визирий направляет лошадь к вратам.

— И без тебя знаю, — усмирив гнев, остановил скакуна и спрыгнул прямо на череп какого-то бедолаги, погибшего у врат, Визирий.

Голова покойника, как лопнувший спелый арбуз, размазалась по подсохшей от огня дороге. Данный поступок слегка остудил Колду, и после того, как он ещё пару раз пнул мёртвое тело ногами, здоровяк окончательно выпустив пар, наконец-то пришёл в себя и полностью успокоился.

Принц Карл.

Общаясь с окружившей меня знатью, я не сразу заметил подобравшегося ко мне со спины бесшумного громилу Визирия. С ног до головы мужчина был залит кровью, на длинной бороде слипшимися комками висели чьи-то мясные остатки. Выглядел он крайне свирепо, озлобленно. Не будь рядом со мной Магнуса и Августы, вполне возможно, тот прямо сейчас скинул бы меня с этой треклятой стены.

— Колда Эсво, друг мой, позволь поздравить тебя с прекрасной победой. Если бы не самоотверженность твоих бойцов, вряд ли враг поверил бы в то, что мы вывели всю армию из крепости! — подойдя к застывшему на расстоянии Визирию, взял того за руку я. — Уважаемые лорды, бароны, графы… Вот кто настоящий герой, а я всего лишь прикрывал нас со стены, когда элита востока громила врага в лесу!

Моя лишняя скромность сработала как надо. Льстивые крысы, как по команде, переключились на подошедшего Визирия, позволив мне наконец-то покинуть эту чертову стену и отправиться к ангарам, осматривать новые трофеи в лице полутора тысяч пленных и их непосредственного командира, которого моим людям пришлось вырывать из рук подопечных Колда чуть ли не с боем.

Не успел бой закончиться, как Энегва попала в наши руки. Гвиний чётко дал мне понять, что женщина, командующая зорфами, слишком ценна и не должна попасть в руки «Нашего друга». В этом вопросе я мага полностью поддерживал. Безумец Визирий мог сотворить с уважаемым зорфами командиром что угодно: казнить, отдать своим бойцам, друзьям, пытать, лично изнасиловать и растерзать, или банально продать интересовавший меня экземпляр за какие-то копейки странствующим торговцам. Ни один из этих вариантов меня не устраивал.

Я, в свою очередь, мог использовать её не только как подстилку-рабыню, коих в Колде и так предостаточно. Заранее обговаривая данный сценарий в нашем с Гвинием спрогнозированном будущем, Энегва приобрела статус дорогостоящего при обмене экземпляра. Так, например, ценой жизни полуэльфийки я намеревался выторговать дополнительные ресурсы, дополнительное время, если нас разобьют или осадят. Мог отдать её в обмен на какой-нибудь отряд, окружённый или попавший в плен, ну или попросту обменять, если у зорфов найдётся какой-то подходящий по статусу человек. К примеру, если не дай Бог, Августа, Магнус или Гвиний попадут врагу в лапы, я мог с лёгкостью обменять Энегву на дорогих мне людей. Точно так же, как и на кого-то вроде мага, шамана и прочего, обладающего высоким боевым или целительским потенциалом… Хотя по поводу последнего я особых иллюзий не питал. Из рассказов того же Гвиния, зорфы тотчас расправлялись со всеми, в ком видели подобную силу и опасность. Но так было ранее, пока люди даже не пытались с ними как-то меняться пленными. Сейчас же именно благодаря Энегве, попавшей в мои цепкие ручонки, всё может кардинально измениться!

Смуглая беловолосая лиса по прозвищу Энегва — заклятый «друг» принца Августа. Сколько раз старший брат пытался загнать ту в угол, прижать к стене, и каждый раз этой женщине удавалось не только ускользать, но и даже наносить крайне болезненные удары по позициям империи.

Умная и образованная долгожительница. Полуэльфийка с богатым боевым опытом, занявшая высокий пост среди мужчин Зорфов. Её поимка и пленение стали моей козырной