Миры Доставки 1-14 - Юрий Иванович

пригласили в Гачи для командования строящимися кораблями, подборки экипажей и их начального обучения, Виктор был знаком почти два года. Именно ему он в свое время и передавал лично в руки свои чертежи первых боевых кораблей этого мира. А потом еще неоднократно встречался в процессе уточнения деталей постройки. Так что сейчас время на знакомство и привыкание друг к другу они не тратили.

В Речном проливе никогда не было даже слабого подобия пристани, поэтому причаливать было некуда. Вся погрузка и сообщение с берегом осуществлялись с помощью шлюпок. И как только отряд достиг берега, а монах Менгарец переговорил с адмиралом Ньюцигеном, который привел флотилию из Гачи, начался интенсивный перевоз на борт кораблей многочисленного и весьма важного багажа. Караван с этим багажом опоздал всего лишь на полчаса. Пользуясь тем, что на море пока не было никаких соперников, Виктор взял из своей лаборатории все создаваемое, частично прошедшее или не прошедшее пока испытаний оружие, огромные запасы пороха, детали для нескольких дельтапланов и уже почти готовое летательное устройство. Помимо этого на корабли грузились лошади, фураж, запасы чистой питьевой воды. Ведь по всем здешним меркам пить воду прямо из Речного пролива не рекомендовалось. Частенько это приводило к расстройству желудка, да и на вкус она была довольно неприятной. Следовало вначале ее перекипятить, а то и дважды.

Еще раньше Виктор пытался изучить этот феномен и понять, почему вода в проливе совершенно пресная, но грязная. По совокупности всех данных и неполных карт древности получалось, что во всем виноваты реки, а вернее, наклон всех трех частей материка внутрь. В итоге вся дождевая вода стекала только в проливы, за исключением нескольких горных речек гористых окраин. А так как морского течения через проливы не было, то пресная вода там, несмотря на солидную глубину расщелин в континенте, достигала стопроцентной концентрации, а уже оттуда понемногу попадала в мировой океан.

Казалось бы, в таком случае не было угрозы загрязнения, ведь гибельные отходы тяжелой промышленности на планете отсутствовали. Но факт оставался фактом: странная слизь, мутные взвеси[5] и неприятный привкус в воде пролива. По большому счету ничего страшного. Но если к этому добавить странный запрет со стороны империи Сангремар на плавание, рыбную ловлю и строительство прибрежных поселений, то возникала мысль, что завоеватели знали нечто особенное про вредоносность больших водных просторов. Но так ли это, пока оставалось неясным. Все пленные словно заводные игрушки повторяли одно и то же:

– В воде проливов нельзя даже купаться! Иначе – смерть! По велению императора – туда лучше и не смотреть!

Как ни странно, но те из крестьян Чагара, кто жил недалеко от пролива, частенько отправлялись туда для прогулок, купались и даже занимались браконьерством, вылавливая довольно крупную рыбу. Особенно в те нечетные годы, когда Львы Пустыни не приходили за данью. Многие дети вырастали, купаясь с маленького возраста, но никогда при этом не болели чем-то, отличным от других. Да и продолжительность жизни этих крестьян никак не отличалась от им подобных тружеников полей. То есть и купаться и пить воду все-таки было можно. Но почему так боялись имперцы?

Именно это и хотел выяснить Менгарец. И очень надеялся на помощь врачевателей из монастыря Дион. Старцы до сей поры никогда и пролива-то не видели в своей жизни, но заинтригованы оказались предостаточно. Оба начали исследования сразу, как только приблизились к берегу. Пока плыли на шлюпке к флагману, Виктор успел дать ответы на множество вопросов, которые Тернадин и Фериоль задавали с поразительной очередностью и завидной скоростью. Так и казалось, что они готовились к этому моменту несколько последних суток. Но скорей всего врачующие жрецы понимали, что в ближайшие дни Менгарец не сможет им выделить ни единого часа. Он сразу предупредил, что все силы у него уйдут на отладку совместных действий флотилии, установку пушек и доведение строительства дельтаплана до конца.

И как только пришелец ступил на палубу флагмана, самого большого фрегата «Сражение», так с этого момента и началась его нелегкая работа в качестве морского инструктора. Задача усложнялась еще и тем, что особых знаний у Виктора по мореходству не было. Так, легкие воспоминания из фильмов, книг и учебных программ школы. Чего для полноценного командования морским соединением явно не хватало.

Помогало, правда, знание силы ветра, умение вычислить наклон парусности и прочие сопутствующие аэродинамике знания, но их еще следовало переложить на существующую действительность, а потом обучать начинающих капитанов. Если учитывать, что высокоманевренное парусное судно – это совместные действия всего сработанного экипажа, то и для простых моряков тоже предстояли самые тяжелые деньки, пропитанные потом, смертельной усталостью и недосыпанием.

Первым делом Менгарец обучил умению походного строя, атаки и своевременного отступления с места сражения экипажи двух яхт и двух корветов. Тех самых, на которых расположились всадники со своими лошадьми. Этим четырем кораблям предстояло первыми отправиться к другому берегу пролива и уже там сделать соответствующую разведку. В идеале им следовало сообщить о победе Союза Побережья Первого Щита и поднять королевства Второго Щита на борьбу с империей Сангремар. Если там, конечно, стояли оккупационные войска. Если нет – то попросить посильной помощи в виде войсковых подразделений, которые тамошние государства могли бы отправить к пересечению проливов. Для штурма, завоевания и последующего удержания Шулпы не стоило пренебрегать никакими союзниками. Да и два огромных парома, которые осуществляли сообщение через Змеиный пролив между Шлемом и Вторым Щитом, следовало бы тоже захватить с другой стороны. О паромах, передвигающихся на толстенных тросах, перекинутых с берега на берег, более подробно сообщили плененные представители имперской знати, из чего выходило, что простые воины в армии Гранлео знали поразительно мало о собственном государстве.

К концу вторых суток слаженность действий экипажей достигла отметки «удовлетворительно», и корабли разделились. Четыре отправилось на берег Второго Щита, а остальная флотилия из тринадцати боевых единиц отправилась догонять объединенное войско Союза Побережья, которое огромной массой передвигалось вдоль пролива. Догнали их на следующий день, как раз в том месте, где на северной границе королевства Бонтинеры стояли передовые заслоны союзников. Когда Гранлео недавно проходил здесь со своим войском, ему преднамеренно уступили дорогу, а потом опять наглухо перекрыли, отсекая возможные подкрепления или отставшие резервы и возведя второй рубеж на случай отчаянного прорыва остатков Львов Пустыни из окружения.