Миры Доставки 1-14 - Юрий Иванович

Вывело Менгарца из задумчивости деликатное покашливание Фериоля.

– Уделите нам несколько минут?

– Да, конечно. Обнаружили что-то интересное?

– Как сказать. – Диониец пригласил жестом все к тем же столам с картами, где стоял его коллега. – По состоянию воды можем сказать, что скорей всего в ней плавает огромная масса непонятных отходов животного происхождения. Очень напоминает отмершие участки кожи не то рыб, не то змееподобных созданий. Причем никто из остальных рыб эти отходы не ест. Вот потому они так долго и разлагаются.

Дальше доклад продолжил Тернадин:

– Концентрация этих отмерших тканей за время нашего плавания увеличилась на добрую треть. – Старец расстелил на столе очень грамотно нарисованную схему. – Не знаем, с чем это связано, но мы подметили еще одну закономерность. Как хорошо здесь видно, покрытое водой дно вначале плавно опускается до определенной глубины, а потом резко проваливается вниз. Практически все островки возвышаются только на мелководном шельфе. Так вот линия явного обрыва дна начинает постепенно углубляться. По замерам людей адмирала Ньюцигена, на уровне королевства Гачи она находилась на три метра ниже уровня воды, напротив Чагара мы отметили четыре метра, тогда как на этом месте она уже достигает пяти метров.

– Да как раз в этом ничего странного нет. – Виктор приставил лист бумаги к столу и стал наглядно показывать: – Представьте, что вот это Первый Щит. Он отламывается от материка, а потом продолжает постепенно, но неравномерно проседать в середину. Все это длится миллионы лет, и никакой человеческой жизни не хватит, чтобы заметить эти изменения собственными глазами.

– Может, и так случается, тут нам спорить не стоит, – согласился Фериоль. – Но зато у нас в монастыре есть одна древняя рукопись, в которой утверждается, что данный пролив тысячу лет назад был как раз по уровню нижнего обрыва, вода в нем была соленая и неслась на север при внушительном течении. Рукопись очень напоминает обычную рекомендацию, в которой категорически запрещается купаться возле берега из-за огромной глубины и возникающих при сильном течении водоворотов.

– Хотел бы я посмотреть на эту инструкцию – признался Менгарец. – Но, с другой стороны, и это не отрицает сказанного мной прежде. Суша могла просесть как раз в период тысячелетней давности, а течение прекратиться по десятку других геологических причин. Но зато это дает намек на то, что какие-то вредные вещества, очевидно, перестали уноситься из этих мест мощным течением. Конечно, и соленая вода – не благо, но пусть уже была бы она, чем вот такая пресная и малопригодная для питья.

– Так что, нам продолжать замеры глубин?

– Конечно! В идеале не помешает и все дно Мирового океана измерить, а потом нанести на карту.

– Да как такое возможно? – удивился Тернадин.

– Все можно, уважаемые, все. Но не сразу.

Затем пришелец посмотрел в сторону берега и с большим сожалением признался:

– Здесь еще много чего следует сделать. В том числе и точную геодезическую маркировку всей местности и всего побережья.

– Для чего?

– А вот мы собрались строить порт-крепость на самом берегу. Но вдруг берег в том месте еле держится? При первом же землетрясении участок с постройками возьмет да и отвалится в пролив. Что тогда будет?

– Так ведь еще ни разу при землетрясениях ничего не отваливалось.

– Пока! А завтра? И почему вы уверены, что не отваливалось? – Виктор интенсивно жестикулировал. – И это у нас! А в других местах? Ведь никто ничего не знает. Народы разобщены, история как таковая уничтожена… Может, берега регулярно обваливаются? Может, как раз поэтому и существует в империи запрет о приближении к проливам?

Оба старца в ответ лишь переглянулись и пожали плечами. Но так как работы было непочатый край, не стали больше надоедать вопросами, а поспешили к своим приборам и приспособлениям на носу корвета.

Тогда как Менгарец бросил взгляд на уже возвращающиеся шлюпки и решил отправиться к своим помощникам, которые начали сегодня устанавливать пушки у бортов. Но не успел он сделать и нескольких шагов, как раздались крики марсового и еще нескольких матросов:

– Тревога! Атака из воды на шлюпки! Тревога!

– Смотри! Какие-то рыбины перевернули шлюпку!

– И вторую тоже!

– Люди за бортом!

– Готовить гарпуны и веревки со спасательными щитами! – заревел своим голосищем боцман. – Приготовить к спуску капитанский баркас!

От барахтающихся на поверхности шести матросов и двух офицеров осталось только три человека. А через несколько мгновений и они скрылись в окровавленных волнах с криками предсмертного, дикого ужаса.

Глава 11

ПЕРВОЕ ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ

На какой-то момент всех свидетелей ужасной сцены словно парализовало. Даже Менгарец застыл соляным столбом, вцепившись побелевшими пальцами в брус борта и расширенными глазами уставившись на успокаивающуюся поверхность пролива. Создавалось устойчивое впечатление, что несчастных моряков уволокли на глубину необычайно сильные и свирепые хищники. Никто из погибших ни разу больше не вырвался на поверхность. Только обе шлюпки, перевернутые вверх дном, сиротливо остались плавать на месте трагедии. Подобным методом нападения не пользовались даже акулы. Разве что сразу всплыл в памяти Виктора факт существования гигантских кальмаров, которые в одном из миров вот таким образом долго утаскивали купальщиков на глубину, пока их не уничтожили службы очистки агрессивной фауны и флоры.

А вот здесь на ум сразу приходили недавно замеченные им с высоты тени. Но самый неожиданный шок свалился не из-за появления страшных хищников и не из-за гибели шестерых людей, как это ни кощунственно. А только от одного воспоминания, что совсем недавно здесь же, совершенно не подозревая о смертельной опасности, проплывала Розалия, Виктора парализовало обволакивающим страхом. Услужливое воображение дорисовало женскую голову среди волн и ударило по ушам истошным женским криком. А он вот точно так бы, как сейчас, стоял на месте и ничего не мог сделать для той, что совсем недавно совершила величайший подвиг, спасая его. Да и дело не только в подвиге…