"Фантастика 2026-154". Компиляция. Книги 1-30 - Луций Корнелий

— Ты хотела, чтобы я пришёл? — увидев её неподвижную фигурку, волшебник на мгновение замешкался у двери.

— Садись, пожалуйста, — тихо попросила Рили, голос её звучал спокойно и даже немного отстранённо, но зелёные глаза не отрывались от собеседника. — Я хочу тебе кое-что рассказать, Ринал.

— Я слушаю, — он устроился во втором кресле, поняв, что настал решающий момент. За окнами быстро темнело, на небе проступали бледные зимние звёзды.

— Ты много рассказывал о себе, о том, почему появился в моём мире, и много спрашивал меня о детстве, о жизни в Нимелии. Но есть тема, которую ты никогда не затрагивал в наших разговорах. Почему тогда, в Мотаре, я пришла к тебе и осталась, — в висках начало покалывать, но Альмарис продолжила, не обращая внимания. — Не только потому, что с помощью Ламирона ты отнял у меня силу. Тогда я… — Рили запнулась. — Я попросила помощи, у одной вещи, которую дала тётя. Какой-то древний артефакт, и он дал мне возможность стать на какое-то время свободной, быть с тобой просто потому, что мне так хотелось. Но взамен Райантэа забрал чувства к Кендаллу, и сказал, что теперь я останусь с тобой до конца, каким бы он ни был и что бы ни случилось. Я тогда не очень поняла, только испугалась, и согласилась, думая, что делаю это для блага друзей, — Рили перевела взгляд в огонь. Ринал слушал, боясь даже пошевелиться, только с досадой отметил про себя, что этот мир оказался богат на пресловутые полуразумные магические амулеты, которые изучал его друг. — Только позже мне стало понятно, что Райантэа оказал огромную услугу, позволив наконец узнать, что же такое настоящие чувства, которые вдруг появляются, когда их совсем не ждёшь, — губы девушки дрогнули в улыбке. Покалывание превратилось в пульсирование, пока ещё терпимое. — Даже когда Артефакт ещё полностью контролировал меня, в нашу первую встречу, я что-то почувствовала к тебе, — зелёные глаза на мгновение встретились с его серыми, и снова вернулись к созерцанию огня. — Никогда не думала, что моё путешествие за Артефактом превратится в выбор между двумя мужчинами, — она негромко рассмеялась, но к облегчению Ринала в голосе Рили слышались весёлые нотки. — Причем одного из них мне навязал бесформенный кусок тумана, всеми силами пытаясь убедить, что он мой избранник, — ей пришлось прерваться и стиснуть зубы — в виски словно ввинчивались раскалённые свёрла. — У мамы приключения были куда более героические, она спасала мир хотя бы. А я… — Альмарис снова подняла взгляд на Ринала, и уже не отводила его. — А я всего лишь спасаю свою любовь. Здесь, в Херим Серте, я поняла, что мне всё равно, с кем там меня связали и почему, — от ворочавшегося в голове здоровенного ежа казалось, голова сейчас взорвётся, но принцесса вцепилась в подлокотники, продолжив. — Ты рискнул всем ради меня, нарушил все законы этого мира, и показал, как можно любить женщину, — Альмарис моргнула — от боли на глазах выступили слёзы. Ринал, заметив, что с ней происходит что-то неладное, дёрнулся к девушке, но она помотала головой. — Подожди!.. Я… — она запнулась, делая глубокие вдохи, от боли сводило челюсти. Волшебник, бросив мимолётный взгляд в окно, замер: с неба, усыпанного звёздами, медленно падал снег крупными хлопьями. Наступил критический момент, Артефакт уже почти не сдерживал равновесие в этом мире, и с природой начали происходить странные вещи.

Альмарис обмякла в кресле, и Ринал тут же оказался рядом, стиснув холодные ладошки.

— Я скучала все эти дни… — с трудом прошептала она, в глазах темнело. — Я хочу быть с тобой… мне не нужна магия, я не хочу больше быть волшебницей… хочу быть просто женщиной… — её голос становился всё тише, и Ринал не на шутку встревожился. — Твоей женщиной… — Альмарис затихла, закрыв глаза, и он на одно страшное мгновение подумал, что потерял её, что они не учли что-то, и отказ Рили от Артефакта убьёт её.

— Милая, пожалуйста, не уходи! — он прижался лбом к безвольной кисти. — Я не могу без тебя, мне не нужен этот мир, если в нём не будет тебя! Я слишком сильно люблю тебя, Альмарис!

— Я тоже… — Ринал подумал, что ослышался, так тихо прозвучало это долгожданное признание, в которое он уже почти не верил. — Я тоже люблю тебя, милый… — тонкие пальцы взлохматили ему волосы, и волшебник поднял голову. Зелёные глаза ещё лихорадочно блестели, но на щеках появился румянец, а на губах — слабая улыбка.

— Как ты себя чувствуешь? — он не мог оторвать от неё взгляда, ещё не до конца веря, что всё закончилось.

— Уже лучше, — Альмарис выпрямилась, её вдруг охватила удивительная лёгкость. Она с опаской прислушалась к себе, ожидая, что произойдёт что-то особенное, означающее, что Артефакт больше не имеет над ней власти, но единственные признаки перемен были за окном.

Там неожиданно пошёл дождь, несмотря на то, что небо оставалось ясным. Принцесса тихо рассмеялась, и на какое-то мгновение чуть не задохнулась от обрушившегося облегчения и счастья, что теперь она свободна. Свободна сама выбирать, как жить дальше и с кем.

— Так просто, — Рили наклонилась и обхватила ладонями лицо Ринала, вглядываясь в его глаза, одновременно слегка растерянные, удивлённые и радостные. — Это оказалось так просто, видишь? И никакой катастрофы не случилось, как меня все пугали.

— Ну не совсем… — пробормотал Ринал, чувствуя, что утопает в зелёной глубине её глаз. — Но мы поговорим об этом завтра, ты права.

Не дав ей ничего ответить, волшебник наконец прижался к губам Рили в долгом поцелуе, бесконечно нежном и страстном. Словно со стороны девушка услышала собственный тихий стон, а по телу прокатилась жаркая волна.

— Я слишком долго спала одна, — чуть охрипшим голосом сказала Альмарис, когда волшебник наконец оторвался от неё, только затем, чтобы встать и потянуть за собой.

…Они никуда не торопились, будто впереди у них была вечность вдвоём. Рили никогда ещё не было так хорошо, и впервые ей ничего не мешало наслаждаться каждым моментом, каждым прикосновением и поцелуем — ни тягостные мысли, ни чужая воля. Сладкое слово "люблю" музыкой отдавалось в ушах, и она готова была повторять его сотни раз. Время словно остановилось, и никому не было дела до сходящей с ума природы, до внезапной жары, растопившей почти весь снег, а потом вдруг снова ударили морозы, одев деревья в хрупкий наряд из инея.

Несмотря на усталость, Альмарис не хотелось спать.