"Фантастика 2026-185". Компиляция. Книги 1-19 - Вел Павлов

только торс, а хвост женщины простирался на несколько метров прочь и скрывался во мраке помещения. Лицо и глаза могущественной горгоны скрывала маска и лоскут ткани, а чешуйчатые руки, тело и даже хвост были полностью обвиты кольцами и украшением из всё того же многострадального риарита и иллириума.

И чем дольше я наблюдал за женщиной в углу, тем больше укреплялся в мысли, что Морриган ограничивала себя так, как только могла. И нечто мне подсказывало, что прямо сейчас перед собой я видел одно из могущественнейших существ Вечного Ристалища, ведь протест в её присутствии тихо пульсировал. Впрочем, активизировался не только он.

Предлагаю… сожрать… сучку… В… ней… заключено… очень… много… мощи…

Уткни хлеборезку!

Никчёмная… тряпка…

Лоскут ткани на прикрытых глазах Морриган вдруг с интересом скользнул по мне, после та обнажила слабую улыбку, когда воззрилась на дочь, а под конец перевела своё лицо на Данакта.

— Значит, ты всё-таки пришел.

На удивление мягкий и слегка грудной голос столь устрашающего существа не клеился с её габаритами.

— Я дал слово и готов его сдержать, — смиренно произнес Дракон Ксанта, а затем неторопливо стал приближаться к горгоне. — Хотя бы в последний раз.

— Как понимаю, час пробил? — спокойно отметила женщина и неторопливо поползла навстречу.

— Да, время пришло, — тихо рассмеялся бывший глава, продолжая идти вперед, а после поднял взгляд на мать Кайсы. — Должен сказать тебе, Морриган, что ты так же прекрасна, как и в тот день, когда я встретил тебя.

— Лесть не спасёт тебя, — колко усмехнулась та.

Лишь через пару секунд я начал осознавать, что Данакт стал замедляться, а его стопы медленно каменели. Правда, замедлялся он не по своей воле, а из-за губительного влияния способностей горгоны. Теперь мне стало понятно, почему я ощутил ту тяжесть. Морриган не пыталась ограничить себя, она просто, как и я, не могла контролировать свои возможности до конца. Именно потому тут было столько риарита.

— Отец! Мама! — вдруг прокричала встревоженно Кайса. — Что тут происходит⁈ Что вы делаете?

— Ты плохо слушала меня, Кайсанари? — строго выдал Данакт, не глядя на дочь. — Это было предначертано еще задолго до твоего рождения.

— МАМА, ОБЪЯСНИ ХОТЬ ТЫ, ЧТО ТУТ ТВОРИТСЯ⁈

— Тут нечего объяснять, шипучка, — с виноватой улыбкой произнесла Морриган, медленно снимая с глаз риаритовую повязку, а её хвост стал быстро обвиваться вокруг тела мужчины. — Просто пришел час расплаты. Ты прекрасно знаешь, что мне пришлось пробудить свою кровь и принять такой облик, чтобы защитить Ксант от гибели. Но ты не знаешь того, что твой отец должен будет умереть в тот день, когда ты станешь новой главой дома. В прошлом Данакт совершил огромное количество непростительных грехов, и я не хочу, чтобы его кровь обагрила твои руки.

— Удачи, Кайсанари, — вдруг с тёплой улыбкой прошептал Дракон Ксанта, поднимая лицо на Морриган. — Теперь я уверен, что ты станешь сильнейшей главой нашего дома.

— СТОЙ, МАМА, ПОЗВОЛЬ МНЕ…

Кайса попыталась рвануть вперед, но в этот момент моя рука мёртвой хваткой легла на её плечо. Свой остервенелый взгляд та обратила на меня, а я в это время преспокойно наблюдал за тем, что творилось впереди.

— Не смей им мешать. Запомни, Кайса, без прошлого нет будущего. Это их выбор. Их прошлое.

Данакт широко улыбался, глядя на Морриган, которая неспешно разлепляла веки, а на лице взрослой горгоны царила только горечь и печаль. Женщина лишь наполовину приоткрыла глаза, но Дракону Ксанта подобного хватило с лихвой. Ядовито-изумрудная ослепительная вспышка озарила разом все покои. Всплеск света заставил прищуриться не только меня, но и Кайсу, а когда наше зрение, наконец-то, пришло в норму, наступил конец, который сопровождался тихим шепотом Морриган.

— Прощай, Дракон Ксанта…

Хвост горгоны ослабил хватку, а статуя Данакта так и осталась одиноко возвышаться в углу комнаты. До самого конца Кайса не могла поверить в то, что видела, а после с вопросом уставилась на мать.

— Неужели… всё? — пробормотала заторможено дочь Данакта не веря в происходящее.

— Для меня и для твоего отца, это действительно всё, — с печалью в голосе признала Морриган, медленно подползая к дочери и крепко её обнимая. — А вот твой истинный путь только начинается, ведь отныне ты правительница великого дома. Вся власть в твоих руках. Теперь же, моя милая шипучка, оставь меня наедине с Ранкаром, я хочу с ним кое о чем поговорить.

Растерянность и неверие. К выходу из покоев Кайса шла долго. Возможно, очень долго, потому как её взор то и дело возвращался к статуе Дракона Ксанта, но уже у самых дверей та резко к нам обернулась и тихо заявила:

— Мама, ты должна мне очень многое объяснить.

— Конечно же, с радостью, шипучка, — с любовью в тоне изрекла Морриган. — Как только мы закончим с Ранкаром я обязательно тебе всё объясню.

Стоило риаритовым дверям беззвучно закрыться, как образовалась гнетущая тишина, но затем с губ женщины сорвался протяжный горький вздох.

— Вы солгали, — спокойно отметил я. — Вы же не собираетесь ей ничего объяснять.

— Значит, молва не врала на твой счёт, — рассеяно улыбнулась горгона, убирая себе за спину длинный хвост, который то и дело позвякивал из-за риаритовых колец на нём. — Наследника Пятой Династии и вправду тяжело провести.

— Зачем вы солгали?

— Потому что моя шипучка никогда меня больше не увидит, — спокойно добавила женщина, — для Дракона Ксанта, как и для дочери Медузы, сегодняшняя ночь станет последней.

Не сказать, что её слова удивили, ведь в большей степени она пробудила во мне интерес.

— И почему же?

— Потому что я хочу помочь тебе, Ранкар, — тепло усмехнулась моя собеседница, а затем весьма очаровательно и по-женски присела на собственный хвост. — Именно для того, я и попросила Кайсу сопроводить тебя сюда.

— Вы хотите помочь? — слегка изумился я, присаживаясь на край огромной кровати. — Мне? И каким же образом? Кто вам вообще сказал, что я приму вашу помощь?

— Знаешь ли ты почему прародительницу всех горгон Медузу убили? Точнее знаешь ли ты для чего её устранили и по какой причине?

— Нет. Просветите.

— Сердце, — грустно хмыкнула Морриган. — Одному из уже почивших оберегов Аххеса понадобилось её сердце.

— Сердце? — нахмурился я. — Зачем богу понадобилось сердце Медузы?

— Прародительница была сильнейшей из нашего народа. Многие считали её ровней некоторым оберегам. Плюс ко всему она обладала запредельными ментальными способностями. И так уж вышло, что сердце такого создания как Медуза обладало воистину чудесной способностью. Оно могло не только укреплять разум, но и даровало пугающие ментальные возможности. Да, я наслышана о том, что твой разум нестабилен. И я готова отдать тебе добровольно