Тренировочный день 1-17 - Виталий Хонихоев

— Вот-вот. — соглашается с ней рыжий. — И много лет живя в плену не раз мечтал повеситься…

— Наши так их всухую выиграют.

Глава 17

Айгуля Салчакова, центральная блокирующая

Прибой меняется не сразу — и в том его коварство; море ещё гонит волну за волной на берег, ещё кажется, что оно наступает, что вот-вот и зальёт, и возьмёт своё, — а оно уже отступает, уже тянет назад, и только тот, кто стоит по колено в воде, чувствует, что вода под пеной — откатывается назад с каждой волной.

Ты еще пытаешься плыть, еще перехватываешь весло, гребешь против отступающего прибоя, пытаясь что-то сделать, но вода отходит и вместо твердой почвы под ногами — зыбучие пески, поглощающие каждое действие, каждый шаг, каждый удар… все — бесполезно. Все — зазря. Это знакомое чувство, именно так она себя всегда и чувствовала. Что бы она ни пыталась сделать — ее засасывали эти зыбучие пески, это проклятое болото.

И вроде все было как всегда, вроде бы все так же подкидывала мяч на ладони Юлька Синицына, хмуря брови и готовясь выдать свою фирменную подачу «Отравленный Дар», все так же мгновенно передавала быстрый пас Дуська Кривотяпкина, Снежная Королева команд, все так же вбивала «молнию» в площадку Лилька «Шаровая Молния» Бергштейн, все так же неприступной стальной стеной выпрыгивали в тройном блоке блокирующие, отражая попытки новосибирской команды перевернуть ход игры. И все так же приносила результаты «Атака Птичьей Стаи», когда вся команда в едином порыве — рвалась к сетке, чтобы дать возможность Дусе передать быстрый пас Лильке. Но что-то было не так. Третий сет, два предыдущих они выиграли едва ли не всухую и обычно на этом этапе любая команда соперников уже сломалась бы. Но не эти.

Айгуля выпрямилась, отдыхая, и бросила взгляд на противоположную сторону площадки. К середине третьего сета новосибирские девчата не выглядели усталыми или подавленными, как можно было ожидать от тех, кто продолжает пропускать мяч за мячом. Они оставались спокойными и собранными. Она посмотрела на девушку постарше с единичкой на футболке и капитанской повязкой на руке. Тамара Коржова, бессменный капитан «Труда», за все время этой встречи — ни разу не присела на скамейку запасных, оставалась на площадке в основном составе. Лицо бесстрастное, даже безмятежное, будто бы не она два сета подряд уходила на перерыв под улюлюканье с трибун и двухзначный разрыв в счете. Рядом с ней стояла, согнувшись пополам и уперев руки в коленки невысокая по меркам волейбола девушка с номером «четыре» на груди и надписью «Немчинова С.» на спине. Светлана Немчинова, или как ее называла Лилька — «Сова». Откуда Лилька так хорошо знает связующую команды соперников Айгуля не знала, не спрашивала. Но Лилька «Светку-Сову» знала и уважала, отзывалась восторженно, в стиле «она такая милая, что не могу!» а когда Лилька так про человека говорила, то как правило имела в виду и профессиональные качества. Пока же «Светка-Сова» ничем особенным себя не проявила. Чуть подальше, во второй линии стоит Оксана Дерябина, лучшая по статистике из всех игроков новосибирской команды и в первых сетах она старалась блокировать ее выпады больше всего, ведь на брифинге они просчитали тактику «Труда», связующая в восьмидесяти процентов случаев передает пас именно Дерябиной, а та уже — атакует. Но и Оксана Дерябина, лучшая из «Труда» — ничем особенным себя не проявила. Все домашние Витькины наработки — работали на «Труде» как будто те и не играли вовсе, как будто «Птицы» были стальным бульдозером, а команда из Новосибирска — всего лишь куклами из папье-маше и сейчас стальной отвал сминал соперниц, превращая их в кашу.

Все идет хорошо, подумала Айгуля, мы выигрываем, идет третий сет, и мы выигрываем и в нем. И если все продолжится так же — то все. Победа.

Тем временем сторона соперников попросила о замене, и судья поднял руку, возвещая технический перерыв. Она облегченно вздохнула, сгибаясь вниз и упирая руки в наколенники, промахнулась, пошатнулась, выправилась. Бросила быстрый взгляд за линию, не увидел ли кто, Витька или Жанна Владимировна… или эта новая помощница тренера Нина.

— В круг. — коротко бросает Маша и она послушно плетется в круг, чувствует, как на плечи ложатся руки подруг, сама кладет руки на плечи, слева — Арина Железнова, справа Маша Волокитина.

— Не расслабляемся, курицы. — говорит Маша, оглядывая их всех. — Устали, я понимаю, но это последний сет. Они тоже устали и в отличие от нас они — проигрывают. Им еще хуже, чем нам. Мы — лучше, чем они, вы же видите это. Это не «медведи», эти не смогут Лилькину «молнию» отразить или «Атаку Птичьей Стаи» разгадать… каждая такая атака — результативна. Так что соберитесь, девчата.

— «Медведи» на матч пришли. — невпопад говорит Лиля Бергштейн и сверкает усталой улыбкой. — Я видела! На пятом ряду сидят.

— Тем более. — кивает Маша. — Нельзя сейчас проигрывать. Все ясно? — она снова окидывает всех взглядом и кивает. Снимает руки с плеч у соседок и хлопает в ладоши.

— Сыграем в волейбол!

— Сыграем! — дружный хор голосов и хлопки в ответ. Айгуля хлопнула вместе со всеми, опоздав на долю секунды.

Она снова становится на свое место, наклоняет шею влево, потом — вправо, протирает щеки ладонями, переминается с ноги на ногу. Подача — на нашей стороне, думает она, вместо либеро выходит Синицына, удачно вышло что ее подача. «Отравленный Дар» выведет из строя связующую Немчинову, уведет мяч за пределы площадки и если повезет — то будет очередной «эйс», подача навылет, сколько они уже таких видели за сегодня? Что-то скребет ее изнутри, когда она смотрит на команду противника, они все такие же — бесстрастные как те самые куклы, будто не чувствуют, что проигрывают, что стальной отвал бульдозера сминает их игру. Неужели им совсем не страшно? В тот раз Маша уронила что команду «Радиотехник» из Риги все за глаза называют «андроидами» и «роботами» за их одинаковый экстерьер и бесстрастность