Последний из младшей ветви - Юджин Никитин

— Хорошо если так — проронил Савельев и о чем-то своем задумавшись, замолчал.

Алексей тоже молчал, смотря в окно на мелькающий однотипный пейзаж и чувствовал, как в груди колотиться сердце. Было стойкое ощущение что он сейчас невольно заступил туда куда ему лезть на самом деле не стоило вообще. Но слово не воробей — выпустишь не поймаешь. Так что сожалеть уже поздно, осталось надеяться, что он не поставил какие-то неизвестные ему планы этих двух господ под угрозу. И очень надеялся на то что его не воспримут как препятствие. А то каторга она такая. И вроде бы далеко и тем временем рукой достать можно. А ребятки напротив организовать вояж могут в любой момент при своем настойчивом желании.

Но в то же время какое-то иррациональное чувство протеста против того что его использовали как пешку в чьей-то игре поднялось в нём и заставило повернуться к двум обличенным властью дворянам что сидели на диване напротив него. Да он ничего из себя для них не представляет. И никаких иллюзий на этот счет Алексей не питал. Было бы глупо думать иначе. Просто сейчас, сегодня им было выгодно его участие в какой-то своей партии. Да эта партия, сыгранная ими, пошла ему однозначно на пользу, будет точнее — просто спасла его от крушения всех надежд. И дала возможность для наказания его недругов замысливших пакость в отношении него.

Но что мать вашу он должен теперь бояться и унижаться? Да ни хрена. Смысла тогда в такой жизни нет совсем. Для чего быть дворянином, представителем благородного сословия если не иметь гордость и твердость собственных убеждений. И именно это озарение изнутри заставило Белова расправить плечи и сесть в спокойной ровной позе напротив этих двоих сильных мира сего. Без показного вида, а спокойно уверенно и достойно. Как и положено уважающему себя представителю множества поколений аристократов. Аристократов что вели свою родословную от гордых воинов славянских дружин. Пусть и не князей, но зато не теряющих свою честь на протяжении долгих веков.

Его новая метаморфоза не укрылась ни от внимания Данилова, ни от внимания барона. И его спокойный уверенный взгляд с некоторым удивлением отметил довольные улыбки одного и второго. Молчание в карете так и тянулось дальше. Но атмосфера пусть и неуловимо, но резко изменилась, как будто облако нервозности и тревоги развеяло в один момент. А двое взрослых мужчин стали смотреть на него более благожелательно с немалой долей уважения что проскальзывало в их взгляде. Не мгновенно, но по мере того как они фиксировали для себя произошедшие в нём изменения и новое для него в этот момент состояние. Наверное, можно было бы сказать, что злость в очередной раз сожгла какой-то новый слой ненужной шелухи что его покрывала и он обновился. Как минимум обновилось их отношение к нему. Так сильные признают достойных, и в этот момент не важно силен ли человек. Важен его дух и готов ли он стоять за себя до конца, невзирая на трудности.

— Я смотрю Вы успокоились от переживаний Алексей Николаевич — спросил его с легкой улыбкой Данилов.

— Я спокоен, как удав Александр Сергеевич — усмехнулся Алексей, и осознал, что произнес одну из фраз своего прошлого мира.

Причем помог ему осознать, как раз-таки сам Данилов что, услышав ответ Белова нахмурился, видимо пытаясь поймать смысл его фразы и не поняв до конца решил уточнить.

— Как удав? Что Вы имеете ввиду?

— О. — протянул Алексей, судорожно пытаясь найти удобоваримый ответ на этот вопрос. Хвала небесам память Белова старшего в этот критический момент не подвела.

— «Спокоен как удав» — это фраза, означающая крайнюю степень невозмутимости, хладнокровия и уравновешенности, даже в стрессовых ситуациях. — вспомнив что она дословно значит, стал выкручиваться из скользкой ситуации Белов — Выражение связано с флегматичным характером удавов, которые медлительны и не проявляют агрессии, пока их не спровоцируют. Особенно когда сыты и лежат себе на солнышке и переваривают пищу. — добавил он немного шутки в свой ответ.

— Не слышал раньше. Как говориться век живи, век учись — пробормотал Данилов, наверное, стараясь запомнить определение этому состоянию, что только что озвучил Алексей.

— Да Алексей Николаевич. Чего у Вас не отнять так это способность удивлять — обратился к нему Савельев. — А скажите мне такую вещь. Что по Вашему собственному мнению эта вся ситуация означает для Вас лично?

— Дмитрий Андреевич ну — это конечно хороший вопрос.

Белов воспрял духом, тон Савельева был достаточно благожелателен и располагал к нормальному общению. Значит удалось избежать в этом шторме всех подводных камней.

— Смею подозревать что сотворенную пакость своими вассалами и тем более сложившуюся ситуацию с их возможным наказанием. Да еще плюс с однозначными потерями в репутации и скорее всего потерями в экономическом плане Глава Рода Борисовых мне однозначно не простит. — Белов улыбнулся сказанным самим же словам и продолжил в поучительном тоне — А значит, что мою дальнейшую жизнь в школе постараются сделать как можно короче и даже этот короткий жизненный промежуток как можно печальней.

— И Вы молодой человек так спокойно об этом говорите — в очередной раз удивился барон.

— Ну а смысл мне Дмитрий Андреевич сейчас переживать? Я по этому поводу буду переживать завтра, ну или послезавтра — Белов махнул рукой — Ну или тогда, когда вернусь в школу. Сейчас то зачем портить себе нервную систему?

Вот теперь уже оба его собеседника можно сказать сидели в глубочайшем удивлении и смотрели на поразившего их парня.

— Удивительная легкомысленность — протянул пораженный Данилов.

— Никакой легкомысленности Александр Сергеевич — вмиг ставший серьезным Алексей уже ни капли не был похож на шутника.

— Просто у меня будет время для переживаний по этому поводу и немало. Скорее всего даже будет это всё сопряжено с борьбой за жизнь. Не подумайте я ни капли не сомневаюсь, что со мной будут теми или иными способами пытаться свести счёты. И пока у меня одна единственная надежда — что это будет происходить не в школе. Иначе шансов выжить там, оставаясь у меня нет совсем. Вот такая проза жизни. Но и учиться там это сейчас то единственное что у меня есть из поддержки. Как, и в виде возможности учиться, так и банально в виде крыши над головой и хлеба насущного.

Алексей на миг замялся. Невольно делая паузу в своей речи, но его никто перебивать и сбивать с мысли не стал.

— Как я понимаю,