Фантастика 2026-107 - Наиль Эдуардович Выборнов

Ооо, братан… До каких мыслей мы дошли? Значит, недавно отказывался себя убийцей считать, а теперь уже людей пытать собираешься?

Ну, похоже, ты совсем в бандита превращаешься, Рамиль. Да. И кличка эта дурацкая уже прилипла, представляешь? Рама, бля.

Да нет. Такое маловероятно провернуть. Они ведь большими толпами ходят, да и вообще… А украсть кого-то с базара самого — это однозначно навлечь на себя гнев Жирного. Если узнает, что против его людей кто-то залупнулся — он нас на том свете достанет.

Да, единственный вариант тогда будет — из города валить.

А это… Провернуть пока маловероятно.

Стоп. Из города валить.

А вот эта мысль пришла мне в голову только сейчас. Нет, не в том плане, чтобы самому съебаться — хотя это было бы тоже неплохо — а в том, что Жирный ведёт свои дела с военными именно для того, чтобы уйти. Получить билет на ту сторону? Есть такая вероятность? Не знаю.

Если бы военные могли, они бы, наверное, сами давно покинули пределы осаждённого города. Почему не могут? Не могут на прорыв пойти? Что, они штурмовать разучились, что ли? Да нет, однозначно не разучились. Значит, они что-то охраняют. Что-то очень важное. То, что сдавать нельзя любой ценой.

И получается, что и помощь нам сбрасывают именно из-за этого. Ну, точнее, не нам — а военным. На гражданских-то все давным-давно забили.

Да. Интересную схему придумал Жирный. Базар устроил для того, чтобы заработать.

А что, если он уже заработал достаточно? Вон, какими суммами разбрасывается. Полтора миллиона за лекарства. Миллион двести за простую доставку. Это значит, что что-то очень важное должно быть в этом грузе. Что-то чрезвычайно важное.

Так что, может быть, он соскочить захотел?

Поговорить с ним об этом напрямую, что ли? Зачем — не знаю. А сказать, что тоже подвязаться хочу. Что мне тоже здесь надоело.

Но тогда… Банда Секи здесь при чём?

Чёрт ногу сломит — что-то не сходится. Хотя одно с другим, может быть, и вообще не связано. Жирный может захотеть свалить, а ещё они хотят подмять под себя школу. И то, на чем банда Секи там сидит. Я так понял, — склады на самом деле какие-то или ещё что-то, что захватить удалось.

Но пока что на базаре я ещё покручусь. Послушаю, попытаюсь выяснить, как дела идут. О чём там говорят. Уже выяснил немало. А потом — да, назад в школу. Только вот не учиться.

Ладно, в общем-то это не так важно.

— Пошли, пацаны, быстрее, — решил я. — Чем раньше доберёмся, тем лучше.

И мы ускорили шаг.

Глава 12

Обратный путь до базара прошёл скучно, я бы даже сказал — как-то рутинно. Но пошли мы другим путем, не по своим следам, потому что я искренне опасался наткнуться на какую-нибудь засаду. Мало ли — кто-то заметил, что мы проходили, и решил перекрыть дорогу, чтобы встретить нас на обратном пути. Тем более несложно было догадаться, что туда мы шли порожними, а вот обратно с грузом.

Опасался я людей. Привык за год выживания в осаде. И правильно на самом деле, доверять никому нельзя. Иногда даже самому себе, своим ощущением.

Но прошли кружным путем, снова сделали широкий крюк вокруг гостиницы, чтобы точно никому не попасться. И на этот раз обошли ещё и район, где заправляло то бычьё, у которого мы отбили Лёху. Даже если нас не ищут, они вполне могут выйти по каким-нибудь своим делам. И закончится наша встреча перестрелкой. А если у них в пяти минутах пешком еще двадцать стволов, то исход, мягко скажем, предсказуем.

Челнок вёл нас вполне уверенно — знал дорогу, и я даже не понимал, зачем ему на тот берег. Он ведь сам просился довезти его до базара. И что-то мне подсказывало, что дело здесь не совсем чисто, спиздил он, скорее всего, что-то у тех гопников. Хрен его знает, что там может быть, но это, очевидно, что-то очень важное.

Только вот поводов выражать своё недоверие у меня не было. Был бы за ним хоть малейший косяк — я бы заставил парня вывернуть рюкзак, показать всё, что у него есть. Да только вот не было за ним ничего, чист от с людской точки зрения, так что я так поступить не мог. И дело даже не в том, что пацаны не поймут, им как раз плевать, они его гопнуть собирались изначально.

Было у меня какое-то убеждение, что если он не виноват — будет мне потом нестерпимо стыдно.

Стыд. Да… Странное это чувство для бандита. Стыд. Придумал, надо же. Но поступать так я пока не умел. Наверное, в будущем научусь. Если проживу достаточно долго.

Ну вот мы добрались до переправы, и там паромщиков не оказалось. Лодка, похоже, ждала кого-то на том берегу. Зато нас встретил один из их парней, который прятался до этого где-то в складках местности. Причём — узнал. Тот самый молодой, болтливый, который всё расспрашивал, откуда мы и зачем на тот берег. Что-то проговорил по рации — и уже минут через пять из темноты показалось суденышко.

Рации у них были — это тоже интересно, причём военные. Связь сейчас вообще большая редкость — практически всё ведь сгорело во время электромагнитного импульса. Даже у Секи и его банды ничего такого не нашлось, пусть они и потрошили всю гуманитарку, до которой могли дотянуться. Как ламповой всеволновой радиоле-то радовались. А у этих есть. Тоже плюс в копилку к мысли, что их крышуют военные.

Потом — короткий марш-бросок дворам, и вот мы оказались возле торгового центра, который все уже привыкли называть просто базаром.

Здесь, на моё удивление — надо же — встретил знакомого. У входа на посту снова стоял Марат. Едва он увидел меня, как расплылся в улыбке. Ну да, мы же теперь типа кореша, бухали вместе.

Вообще, в целом, для русского человека совместное возлияние значит достаточно много. Сколько раз бывало такое, что на работе выделяли не действительно добросовестного и порядочного сотрудника, а попросту собутыльника. Уверен, постоянно такое.

Даже у меня на работе такое встречалось — хотя у нас, в целом, коллектив был женский, и там те ещё змеи, которые плели постоянные козни друг против друга.

— О, исенме, Рамиль, — проговорил он, едва увидев меня.— Ну, да и тебе салам, —