Фантастика 2026-95 - Павел Шимуро

боитесь. Рад, что у Виталика есть такой товарищ, но знайте: я категорически не поддерживаю его увлечение аномалиями. Он должен заниматься совершенно другим и вливаться в семейное дело.

Я пожал плечами оставив его слова без ответа. Лезть в их семейные отношения – последнее, что мне бы хотелось. Зато я мечтал о том, чтобы Лера подлатала меня, а потом съесть жирный сочный бургер.

Павел Игоревич по-своему расценил моё молчание и добавил:

— И вы ведь понимаете, что Витале не следует знать о моей затее. Что это я подговорил Кирилла. Тогда я буду выглядеть глупо, а это я вряд ли стерплю, и полетят головы. Надеюсь, мы понимаем друг друга?

Да уж, этот дядька умеет внушать.

Набрав полную грудь воздуха и выдержав небольшую паузу, я кивнул

— Да, я вас понял.

— Вот и славно, — мужчина отпустил меня и направился к сыну.

Лера, тем временем, закончила приводить Виталика в чувства и передала бедолагу в руки силовиков. Отец Виталика ушел с ними, увлекая за собой приведённую мини-армию.

Так мы и остались вдвоем с моей новой знакомой.

Встретившись со мной взглядом, Лера смущенно опустила глаза, но я успел заметить улыбку на её губах.

Она подсела ко мне и провела рукой над кровоточащим следом что оставил мне монстр. Задержав руку над раной она прикрыла глаза и я почувствовал тепло, исходящее от ее ладони. Но не обжигающий жар как от воспламенившихся рук рыжего задиры на Думской. Это было именно тепло, оно пульсировало и давало облегчение измученному телу.

Энергия разливалась во мне, гася боль и напряжение.

— Спасибо, — только и сказал я улыбнувшись.

Щеки девушки налились краской и она спрятала лицо за прядью густых волос.

— Не ожидала тебя здесь увидеть, — произнесла она.

— Я тебя тоже, — улыбнулся я в ответ. — И на этот раз, я тебя провожу до дома.

Она жила на Лиговском в паре километров от моего старого офиса. Райончик так себе, конечно, особенно ночью. Не зря именно в этих местах появился термин “гопники” еще в начале ХХ века.

Хотя с учетом моего внешнего вида у меня было стойкое ощущение, что завидев нашу парочку люди переходили на другую сторону улицы: рваное, полу-военное обмундирование, обильно приправленное следами крови, грязи и остатками тварей из разлома. И присутствие милой девушки рядом никак не делало мой образ менее пугающим. Кто знает, может я её похитил и собираюсь съесть?

— Ты работаешь в отделе К? — спросил я.

— Нет, я работаю в Мариинской больнице, а еще меня часто привлекают, как одаренного лекаря разные государственные службы.

— Это принудительно? — интересуюсь я.

— Да вообщем-то нет, но они всегда так вызывают... будто лучше не отказываться.

— Да уж. А плюшки с этого какие получаешь?

— Эммм, да честно говоря нам еду и не предлагают, да и вечером стараюсь не есть.

Я посмотрел на неё как на блондинку, уже собираясь объяснить значение слова “плюшка” в контексте выгодоприобретения. Но она заливисто рассмеялась, не дав мне открыть рот.

— Посмотри на часы, уже 1 апреля наступило, — хихикнула она.

Действительно, время перевалило заполночь.

Мы подошли к старому дореволюционному дому недалеко от Московского вокзала.

— Мы пришли, я тут живу. Спасибо большое что проводил, и вообще спасибо, что тогда вступился за меня.

Не дав мне ответить она быстро, но крепко обняла меня и забежала в ближайшую парадную.

***

Сердце бешено колотилось, а щёки горели. Молодая девушка стояла прижавшись спиной к тяжелой железной двери подъезда. За дверью на улице послышались удаляющиеся шаги. Как же ей хотелось быть смелее, не сбежать и дать ему шанс на поцелуй.

***

Меня разбудил ранний телефонный звонок. Ранним он был только для меня, на часах было уже одиннадцать часов и все нормальные люди, не дравшиеся с тварями третьего уровня уже давно проснулись.

— Привет Сань, — неожиданно услышал я голос папы.

— Оу, привет, рад слышать.

— Слушай сын, ты вроде рассказывал что девочкой из мариинской больницы познакомился, можешь узнать получится ли нашу Катю привезти к ним на приём?

— Конечно пап, я спрошу у неё в ближайшее время об этом, а что случилось? — встревожился я.

— Мы за Катю беспокоимся, она уже больше месяца простуду не может вылечить, мама, наверное, рассказывала. А вчера, ты только маме главное не говори, в обморок упала. Катя еще молодая совсем, значения всему не придает, а у меня на душе не спокойно. Хочу её в Петербург к вам свозить показать другим врачам, а то у нас в Петрозаводске у всех спецов были и все безрезультатно.

— Ого, конечно надо бы на всякий случай показать её специалистам, получается что больше месяца простуда не проходит и состояние ухудшается? — старался собрать начальную информацию, чтобы расспросить Леру.

— Ну да, она с друзьями ездила загород месяц назад и простудилась там. Кашель не проходит, и мне кажется, что она какая-то уставшая всё время ходит, хотя сама говорит что всё нормально. Да и обморок вчерашний меня не на шутку перепугал. Ты лучше ей сам позвони, попробуй расспросить.

— Понял, тогда займусь этим. Как будут новости – позвоню.

Закончив разговор с отцом призадумался – меня не отпускало ощущение, будто мне нужно что-то сделать. Похоже силы после ночи еще не восстановились полностью и я не могу сконцентрироваться.

Телефон снова зазвонил. Это был Виталик.

— Саня привет! Ты в курсе?! Видел новости? Это же просто трындец! — выпалил Виталик в своей манере, давая мне понимание, что он в полном порядке.

— Привет. Рад, что ты в норме. Честно говоря, только проснулся и не видел новостей никаких.

— О-о-о, тогда сразу говорю, что это не первоапрельская шутка! Вообще разлом, где мы вчера были закрылся!

По его голосу я понял, что он действительно не шутит, да и для Виталика все эта тема с разломами слишком важна, чтобы вот так шутить.

— Ого, это действительно интересные новости, — заинтересовался я, продумывая, где можно узнать подробности. — Интересно, что такого мы сделали. Ты, кстати, дома? Отец тебя не прибил?

— Нет, как слышишь живой, — возбуждённо тараторил парень. — Меня после отдела К отвезли в больничку. Сказали надо полное обследование пройти. Приезжай ко мне как будет время, тут такая скукотища, очень хочу обсудить вчерашнюю вылазку.

—