Фантастика 2026-83 - Алекса Франс

Да, у мимика есть отличия. Печень слева, поджелудочная справа. В петлях кишечника скрыт кислотный пузырь, который я уже взорвал. Он напрямую сообщался с желудком и дыхательной системой.

Но в остальном передо мной обычный человек. Такое впечатление, будто он мутировал. Превратился во что-то иное.

Я заметил блеск в области солнечного сплетения. Будто под несколькими листками брюшины был скрыт какой-то драгоценный камень. А вот это уже интересно…

Мои руки работали автоматически. Пока скальпель пробивал путь к найденному мной камню, я завёл разговор со Стояном.

— Раз уж мы теперь Скитальцы, может, расскажешь, что означал тот рисунок, который ты показал мне на втором этапе? — бросил я.

Стоян как раз закончил отрезать щупальца и уже начал потягивать какое-то пойло из своей фляжки.

— А-а… Ты о происхождении жизни? Занятная штука, согласен, — произнёс он. — Не думал, что ты запомнишь этот рисунок. Других Скитальцев вся эта наука не особо интересует. Я просто большой любитель трудов Зорана Крутоярского. Он был одним из первых Скитальцев, парни. Очень уважаемый засранец. Умный! Не то, что вы. Да и мне до него далеко. Зоран за свою жизнь написал столько книг, что я до самой смерти их не прочитаю. А жизнь у меня будет недолгой, в этом я уже давно убедился.

Похоже, Стояну хмель ударил в голову. Слишком уж он разговорился. Хотя я уже давно заметил, что он всё время себя так ведёт. Не уверен, что его убьёт быстрее — монстры или его настойки, которые он глотает чаще, чем воду.

Однако Зоран Крутоярский меня заинтересовал. Прямо-таки местный Чарльз Дарвин. Надо бы тоже ознакомиться с его трудами.

— Дашь почитать его книги? — пересекая последние связки, спросил я.

— Если руки отмоешь после того, как копался в потрохах монстра, может быть, и дам! — усмехнулся Стоян. — А чего это ты вдруг так заинтересовался трудами Зорана, Лад?

— Интересно, почему он связал монстров и людей через общих предшественников, — отметил я.

Давно уже хотел узнать, что означает эта схема.

На ней люди и некоторые монстры разветвились на уровне обезьян. То есть тому же мимику или болотному упырю я могу быть близок по генотипу, как человек к шимпанзе.

Эх, аж вспомнились активные обсуждения из прошлого мира! Противники теории Дарвина приводили в пример исследования бананов. Утверждали, что человек схож с обезьяной чуть ли не так же, как и с бананом, если судить по генам.

Правда, в том случае люди совершенно не поняли суть исследования. Примерно с тем же успехом можно сказать, что банановому дереву нужна вода, а значит, оно идентично человеку. Для многих это может быть непонятно, но генетика очень сложная наука. Совпадение генов — не показатель родственности. А вот их сочетание — совсем другой вопрос.

Но доступа к генетическим анализам у меня нет. Я сужу по внешнему виду. Упыри и мимики очень похожи на людей. Возможно, в этом мире у нас и вправду есть общий предок.

— Зоран Крутоярский считал, что все живые существа произошли от одного общего предка, — заключил Стоян.

— И… Что это значит? — напрягся Радко. — Мы тоже монстры?

— Вот тебе я точно свои книги читать не дам! Никакого понимания темы. Да, Лад? — Стоян звучно икнул.

— Радко не в курсе, о чём идёт речь. Он не видел те схемы, — отметил я. — Если тебе интересно моё мнение, Стоян, я могу сказать, что на самом деле означают эти рисунки. Спорим, я даже без чтения его трудов смогу описать, что он там пытается донести до своих читателей?

— На что спорим? — хмыкнул Стоян. — Давай, Лад. Тебя никто за язык не тянул. Чего ты хочешь?

— Хочу, чтобы ты научил меня снимать трофеи. А затем выслушал моё мнение на счёт того, как лучше делать это на самом деле, — заявил я.

— Хочешь сказать, что я всё это время снимал трофеи неправильно? — нахмурился Стоян.

— Узнаем после спора, — ухмыльнулся я.

— Ладно, чёрт с тобой! — отмахнулся Стоян. — Хорошо, Лад. Тогда, если не ответишь правильно, будешь выступать в роли тренировочного манекена сегодня вечером.

— А у нас сегодня будет тренировка? — вскинул брови Радко.

— О, это хорошо, — сдержанно кивнул Искус. — Мне бы не помешало отточить удары. Я ж привык только по дереву бить. С монстром мне просто повезло.

О-о! Только этого мне не хватало! Ещё меня самого топором не перерубили. Хотя вряд ли имеется в виду именно это. Скорее всего, Стоян подразумевает, что меня какое-то время будут колотить тренировочными мечами.

Нет, на такое я точно не подпишусь! Но ответ на вопрос я знаю. В споре он меня победить не сможет.

— Значит, забились? — ухмыльнулся Стоян. — Я же знаю, что у тебя не может быть копий этой книги, Лад. Их в королевстве очень мало. Вряд ли твой отец смог их где-то приобрести. Давай! Рассказывай. Ну и что же, по-твоему, имел в виду уважаемый Зоран?

Хороший вопрос. Ещё не факт, что я сейчас скажу то, что рассчитывает услышать Стоян. Но я скажу правду. По той схеме мне уже удалось понять, как на самом деле развивалась жизнь в этом мире.

Поначалу я сомневался, правдивы эти тексты или нет. Но теперь после вскрытия я убедился. Передо мной тот же самый человек. Самый обыкновенный «хомо сапиенс». Вот только он претерпел такой ряд мутаций, что узнать его уже практически невозможно.

Искус и Радко с интересом ждали моего ответа. И думаю, он их удивит. Ведь я опишу произошедшее своими словами. Даже средневековые люди поймут, что имеется в виду.

— Ответ очевиден, Стоян, — сказал я. — Ещё до того, как люди стали людьми, часть из нас оказалась заражена чем-то, что делает монстров монстрами. Про каких-нибудь прибрежных кусачей или гигантских комаров я не говорю. С ними всё ясно. Эти существа точно так же произошли от других животных. Смысл как раз в том, что монстры и люди имеют общее начало. Но что-то нас раскололо. Разделило вид людей и подвиды монстров.

— Тьфу ты! — выругался Стоян. — Чёрт тебя подери, Лад, признавайся. Всё-таки ты это читал, да? Откуда-то же ты должен был узнать об этом!

— Обычная логика, — улыбнулся я. — Ничего особенного. Тем более видно по внутренностям, что монстр