"Фантастика 2026-190". Компиляция. Книги 1-12 - Роман Лукич Антропов

крови. Внезапно аппарат, считывающий мозговую активность, перестал подавать сигнал, линия стала ровной. Казалось, на Переправе повисла мёртвая тишина, гул в ушах начал медленно расти, Вега не могла дышать, с испугом наблюдая, как Элион превращался в мертвеца. Он был смертельно бледен. Кожа живого так не выглядит.

Кассия стиснула зубы, раскрыла глаза, и её наручи вспыхнули ярче.

– Можешь отпускать, – глухо бросила она Гипносу, и тот поспешно отступил, давая ей пространство для работы.

Подключённый к ней аппарат стал выдавать встревоженные сигналы: давление и температура её тела слишком быстро поднимались. Аппарат же, подключённый к Элиону, взвыл на одной пугающей ноте, когда все показатели упали до нуля. Ещё недавно дёргавшиеся линии превратились в ровные. Элион стал казаться каким-то прозрачным, ненастоящим.

– Заводись, заводись, заводись! – рявкнула Кассия.

Первым подал импульс мозг Элиона, сигнал вернулся и заработал стремительно.

– Дефибриллятор! – крикнула Кассия, и Дардан рванул с места, будто они не раз репетировали такие вероятности.

– Кас, ты его касаешься, – предупредил Дардан, замерев с включённым аппаратом.

– Плевать. Скорее, – велела она, и Дардан приложил дефибриллятор к груди Элиона. Кассия вздрогнула вместе с ним, словно её прошибло током, но после гримасы боли появилась немного безумная улыбка. – Работает!

Её слова подтвердил вернувшийся пульс у Элиона.

– Мозг, сердце, вены, лёгкие, – хрипло перечислила Кассия, и на последнем слове Элион жадно вдохнул и закашлялся. Коже начала возвращаться реальность и цвет. – Гелион… мне надо…

Она не смогла договорить, но, похоже, Гелион и так знал, что делать, – он тут же оказался рядом и вколол что-то Кассии в плечо.

– Обезболивающее, – объяснил он для остальных. – Пока всё идёт по уже предсказанным нами стадиям.

Возможно, это должно было успокоить, но Кассия с каждым мгновением выглядела всё хуже. Её руки и тело мелко дрожали, она вся нездорово покраснела и так сильно вспотела, что влажные пятна появились на майке, выбившиеся из косы пряди липли к лихорадочно разгорячённой коже. Подключённый к ней аппарат буквально выл, подсказывая, что состояние критическое.

Изредка с губ Кассии срывался то ли хрип, то ли сдавленный крик, она дышала натужно, но продолжала цепляться за Элиона, взгляд которого то и дело становился стеклянным. Он отключался.

– Веста, нить!

В руках Весты появился кубок, она извлекла какой-то сверкающий моток и вложила в дрожащую руку Кассии. Элион, кажется, пришёл в себя, уставился на нить, растерянно моргая. Он тоже выглядел измотанным, но после возвращения дыхания не казалось, что испытывает хоть малую долю той боли, через которую проходит Кассия.

– Кай, перстень. Снимешь его, когда я скажу, – дрожа, попросила Кассия.

Кай подошёл к Элиону, готовый помочь.

– Снимай, – велела она, и Кай тут же подчинился.

Обе руки, ноги Элиона моментально начали распадаться на лёгкие хлопья. Это произошло не так, как с Вегой, не постепенно, а одномоментно. Он рассыпа́лся. Кассия закричала, свет наручей стал ослепительнее, и за миг все отделившиеся части Элиона соединились обратно, словно ничего и не было.

Вега вздрогнула, когда оказавшийся рядом Кай взял её за руку и надел перстень на средний палец правой руки – все остальные почти распались. Вега с ужасом осознала, что она даже не заметила исчезновения всей левой ладони, но стоило перстню оказаться на пальце, как растворившиеся в воздухе хлопья вновь появились, и за пару ударов сердца её руки вернулись в нормальное состояние. Вега вскрикнула, ощупав пальцы: они были плотными и чувствительными. Давление в груди пропало, воздух беспрепятственно наполнил лёгкие, сердцебиение выровнялось. Она ощущала себя… в полном порядке. Несмотря на длительный голод и жажду, она чувствовала в себе силы и, покачиваясь, при поддержке Пандеи встала на ноги.

Крик Кассии оборвался, когда она охрипла. Её трясло с чудовищной силой, кожа была красной, а майка уже вся пропиталась потом.

– Кас… Кас, твои наручи. Они плавятся. – Голос Элиона был слабым, но взгляд осознанным, и он посмотрел на Кая с Вестой. – У неё плавятся наручи! Прямо на руках!

– Отец, что нам сделать? – Кай заметно дёрнулся к Кассии, но застыл, когда она, сцепив зубы, мотнула головой.

– Ничего, – вынес вердикт Гипнос, заметно побледнев. – Ей нельзя останавливаться, пока не закончит.

Гелион вколол ей ещё одну дозу обезболивающего, и Кассия издала вздох облегчения.

– Вытяни левую… руку, – велела она Элиону. Тот подчинился. Кассия взмахнула золотой нитью, оплетая руку Элиона на плече, но как только она коснулась плоти, кожа Элиона зашипела от жара, нить буквально вплавилась в кожу. Элион едва не кричал, когда Кассия добавляла всё новые витки нити вокруг его руки, а та вживлялась в плоть, становясь частью его тела.

– Отец наш хаос, она… – Дардан не сумел договорить, заметно потрясённый.

– Создаёт себе подобного. Того, чью судьбу никому не увидеть, – догадался Гипнос, и оба бога оцепенели, словно не зная, что делать.

В воздухе разнёсся нервный смех Кассии, который слишком быстро оборвался стоном боли. Она уже не столько держала Элиона, сколько цеплялась за его плечи сама, чтобы не упасть.

– Сердце критически! – предупредил Гелион. – Скоро наступит болевой шок!

Боль. Кольцо.

«Ты забрал её боль».

Одна из последних фраз, что она услышала.

Облегчение.

Вега проскочила мимо Кая и Иво, на ходу стягивая браслеты, которые ей надели для сдерживания распада. Первый она нацепила на одно запястье Элиона, а второй – на другое. Надеясь, что это поможет удержать ему форму, как помогло ей. Вега схватилась за плечо Кассии и ахнула: та была горячая. Обжигающе горячая. Кассия повернулась, ощутив прикосновение. Её лицо было измучено, со лба катился пот, щёки были в слезах, капилляры в глазах местами полопались. Из носа сочилась кровь, пока она пыталась хрипло дышать ртом.

Боль.

Вега не знала, что делать и как, поэтому просто представила, как любые неприятные ощущения отпускают Кассию и переходят в неё.

Тело вспыхнуло как в огне,