Обезьяний лес. Том 2 - Мари Штарк

– Да, хатанату, – повторил он и показал рукой вниз. – Смотри.

Кэсси осторожно подползла к краю крыши и, опираясь о нее руками, глянула вниз, куда показывал Юншен. По песчаной земле, поросшей сухой травой, ходили на маленьких ножках, похожих на толстые кривые корни дерева, эти самые хатанату. Кэсси начала следить за двумя из них. Они уверенно направились к машине, уже почти дошли до кузова. Сталкиваясь между собой, они будто спорили, кто пройдет первым. А прошли оба – через кузов, как будто он был всего лишь голограммой.

Кэсси удивленно глянула на Юншена:

– Это нормально?

– Да, они могут проходить через предметы, созданные человеком. – Он показал на ее рюкзак. – У тебя там есть что-то из еды, как и у Джеёна, и там еще мой рюкзак лежит. Эти хатанату – прожорливые низшие духи, которые оторвут часть тела, а то и полностью сожрут, если почувствуют еду. Но они не могут достать то, что высоко. – Юншен провел рукой по пыльным волосам. – Правда, если долго тут стоять, они начнут забираться друг на друга, пока последний не заберется на крышу и все тут не прикончит. Делиться они, конечно, не делятся.

– Они опасные?

– Могут быть, да. Но по большей части они полезные и прикольные. – Юншен положил руки на крышу, согнув их в локтях. Кэсси отползла от края, и ей даже дышать стало легче. Она не боялась высоты, она боялась этих хатанату. – Санитарят все вокруг, ямы создают. В этих ямах можно прятаться и прятать. – Он окинул Кэсси взглядом, от которого она засмущалась. Так нельзя смотреть на девушек, неприлично. Его черные глаза блестели под густыми ресницами. Он кривовато улыбнулся: – Кстати. Я Юншен, если ты вдруг забыла. Буду твоим «спасителем», «хранителем», «руководителем», – он загибал пальцы на каждом слове, – и многие-многие «телем», какие только есть. На этого криля безмозгового, – он махнул на Джеёна, – даже не обращай внимания. Ща он тут саспенс тебе нагонит, и все-е-е… вот уже вороны клюют твою печень, а лам-ханы играют траур.

Джеён безмолвно закатил глаза, продолжая делать оригами. Он не выглядел озлобленным, казалось, он вот-вот рассмеется.

– Вы?.. – Она резко собралась с мыслями, и ее наконец осенило. – Что значит «хранителем»?

– Ты же просила помощи у Масуми? – Юншен провел указательным пальцем по крыши мультивэна, оставляя позади чистую, без пыли полоску. Кэсси кивнула, и он продолжил: – Он тебе отказал, но вот для меня ты пригодишься. Возможно. Я еще сам нихрена не знаю. По идее, – он глянул на наручные часы черного цвета с таким же черным циферблатом, – нас уже ждет ведьма.

– Ведьма? Зачем?

Юншен кивнул и обратился к Джеёну:

– Че? Можем ехать, нет? Че раньше не начал делать, времени до хрена было.

– Я отдыхал, это важно для дела, и я еще не закончил. – Чжудо что-то нажимал на телефоне, глядя то на оригами, то на экран.

Юншен цокнул и покачал головой, он повис на крыше, опираясь на нее локтями. Сколько же энергии он тратил впустую. Либо ее было много, и он не знал, куда ее девать. Даже несмотря на то что выглядел он помято, местами на одежде виднелись следы крови после сражения с туранцами, но почему-то его это не утомило.

Или он уже успел отдохнуть. Кэсси стало интересно, который уже час. Она быстро глянула на солнце, что пряталось под густой кроной дерева. Яркий желтый диск был высоко, но уже полз к горизонту. Кажется, она пробыла без сознания несколько часов. Спросить время у Юншена она постеснялась, а сама разглядеть на его часах не смогла.

– Мастер ты, конечно-о… – Юншен сунул руку в рюкзак Джеёна и начал там что-то искать. – …Так себе. Почему так плохо учился? У тебя же были лучшие учителя.

– Можешь другого поискать, – бросил Джеён, не отрываясь от своего занятия. – Чему успел научиться, то и делаю.

– О. Смотри, че говорит, – игриво сказал Юншен Кэсси, будто бы жалуясь.

Она с усилием проглотила непрожеванный кусок батончика, который решила доесть, а не держать во влажной ладони.

Юншен вытащил из рюкзака маленькую круглую коробочку, повертел ее и открыл.

– У тебя есть расческа? – с удивлением и удовольствием спросил он, разглядывая вещицу. Она была словно из рекламы. Кэсси видела, как идеально чистая расческа сияет черным глянцем на косых лучах солнца. Юншен провел маленькой круглой щеткой без ручки по жестким волосам, массируя кожу головы. – Что не сказал? Хожу тут неопрятный перед юной особой.

Кэсси смущенно отвела взгляд, прежде чем он посмотрел на нее. Он провел ладонью по зубчикам, собирая выпавшие пыльные волосы.

Масуми поднял взгляд на Юншена, потом перевел его на свою расческу. Юншен молча смотрел в глаза Джеёну, собирая с зубчиков малюсенький комок из волос.

– Schiga![42] – Джеён рывком дотянулся до парня и вырвал у него из рук расческу. – Не трогай своими грязными патлами мои вещи!

Юншен захохотал.

– Придется ее сжечь теперь! – простонал Джеён, рассматривая щетку. А потом он увидел, как Юншен снова полез в его рюкзак, и, схватив парня за ухо, укоризненно выпалил: – Бросай эту дебильную привычку шариться в моих вещах!

Юншен рукой сбил его пальцы и погладил кончик покрасневшего уха.

– А сам-то в рюкзаке Кэсси лазил. – Он посмотрел на нее и серьезно спросил: – Я могу так к тебе обращаться?

Кэсси отчетливо помнила момент на той кухне, когда он поругался с Дэвидом и Кэтрин и велел ей держаться подальше от ненормальной семейки Валери. Юншен тогда обратился к ней по имени. Сейчас она хотела напомнить ему об этом, но посчитала это глупостью. Он наверняка забыл о ней, как только они отошли от автобуса.

– Это в целях безопасности. Плюс мне нужно было веер достать, – заговорил Джеён. – Не мешай мне. Иди погуляй, раз неймется.

Юншен на это скорчил гримасу и полностью забрался на крышу. Он выпрямился во весь рост. Для Кэсси, сидящей на согнутых ногах, он показался гигантом, который вот-вот дотянется до верхушки дерева и сорвет ее. Машину покачивало, когда он зашагал в сторону передней части мультивэна, обходя Кэсси и потом уже Джеёна. Хатанату внизу зашуршали в траве и посыпались из салона, выйдя из него, как из воды.

– Кассандра? – внезапно спросил Джеён. Кэсси невольно напряглась.

«Вот сейчас он мне скажет, что не сможет пощадить меня и отрежет голову катаной, которая, наверное, лежит в машине».

Мика. Как бы Кэсси ни пыталась не думать о нем, его искалеченный образ всплывал всякий раз, как она начинала размышлять о справедливости и наказании. С ней должно случиться второе, ведь она полукровка. Такие, как она, не