Обезьяний лес. Том 2 - Мари Штарк

Остальную часть пути они ехали молча. Кэсси следила за тем, как меняются ландшафт и постройки. Здесь все было другим. Ни Барид, ни уж тем более Ив Рикар не дотягивали до этого уровня. Огромные и красивые здания, глубокое уважение к природе.

Город начался неожиданно. Постройки были всюду, разные. Здесь удачно соседствовали современные здания, небоскребы причудливых форм и дома с крышами с загнутыми углами, традиционные дома, собранные из дерева, с красиво украшенными фасадами и окнами. На улицах много деревьев и цветов, людей, расхаживающих по тротуарам, местами они скопом занимали лавки с уличной едой. Очень много было зданий с магазинами на первом этаже и жилыми помещениями на верхних. Реклама, баннеры, вывески – все исписано иероглифами, рекламные щиты представляли какие-то продукты, социальную рекламу. Кэсси с открытым ртом рассматривала все вокруг.

Джеён остановился на светофоре. Здесь их было много, выглядели они инновационно, заметно. На дорогах иногда можно было встретить моторикши, но и их облик был выше всех похвал. Аккуратные, чистые, водители в костюмах и белых перчатках. Другого общественного транспорта тоже было много, для него были выделены отдельные полосы, как и для велосипедистов возле тротуаров. Кэсси никогда в жизни не видела такого заботливого отношения государства к гражданам.

Люди не были зажаты устоями и неподъемным количеством правил и законов. Нифлемцы выглядели расслабленными, уверенными и добродушными.

И это яшуто.

Кэсси прекрасно помнила, как им с детства твердили, что яшуто – невероятно злые и жестокие люди. Глядя на улыбающиеся лица нифлемцев, Кэсси поняла, что до этого она не видела такого огромного количества счастливых людей.

Невероятной красоты город. Смешение эпох, технологий и традиций. На огромном здании проигрывалась реклама каких-то стильных и умных часов, которые нажатием на экран заказывали такси и записывали аудиосообщение, а внизу расположился целый ряд с уличной едой. Каждый ларек привлекал к себе внимание яркими вывесками, на прилавках под закрытым стеклом лежала аппетитная еда. Там же стояли столики, и там же ели люди.

Джеён припарковал машину на перекрестке. В этой части города они встречали очень много людей с цветами и цветочными корзинами в руках.

– Это цветочный рынок, – сказал Юншен, обернувшись назад, и увернулся от рукояти меча, который расположил Джеён возле себя. – Ты че делаешь? С оружием к ведьме нельзя, у нее защита.

Достав из бардачка пакет с водой, Джеён развязал его зубами и направил меч в пакет.

Выглядело это очень сомнительно и странно. Кэсси даже показалось, что Джеён умом тронулся.

– Ты же не думал, что пойти в логово ведьмы совсем без оружия – хороший план? – спросил Джеён, и катана, коснувшись воды, превратилась в малюсенькую рыбку.

– У тебя же есть хёсэги…

– Против нианзу они неэффективны, и они не владеют кугамури.

– Ты же сказал, что они умеют то же самое, что и ты.

– Медузы парализуют, а хёсэги сразу убивают. – Джеён выдержал паузу, завязал кулек и дополнил: – Они слишком радикальные. Иногда это мешает.

– Хорошо. – Юншен открыл дверь и бросил: – Хёсэги радикальные, хорошо, так и запишем: убийственная водичка имеет характер.

Джеён засмеялся в голос. Он взял пакет с рыбкой и вылез из машины.

Кэсси последовала за парнями. Юншен открыл ей раздвижную дверь и выпустил из прохладного мультивэна, придерживая за руку.

Здесь было очень шумно и многолюдно. Кэсси даже не представляла, что такое место может существовать. Рынки в ее понимании – небольшая площадь, на которой можно купить все: от вещей и еды до отравы для грызунов. Все эти лавки умещались на одной территории, рынок работал до двух часов дня, и Кэсси прекрасно помнила, как в субботу мама рано будила ее, чтобы съездить за свежими овощами, мясом и дешевой одеждой. Такие рынки работали только в субботу, и людей там тоже всегда было многовато.

Но это несравнимо с тем потоком, какой был здесь. Кэсси даже боялась потеряться, поэтому старалась идти как можно ближе к Джеёну и Юншену.

Чем дальше они заходили, чем больше мелькало разноцветных рядов, забитых благоухающими цветами, тем чаще они встречали обереги и талисманы разных форм, цветов и размеров. Иногда они натыкались на лавки со сладостями, алкоголем и фруктами. Все это было упаковано, словно предназначалось в качестве подарка, – в прозрачных обертках с синими ленточками.

Здесь стоял непередаваемый сладкий аромат, который душил вместе с влажностью и жарой. Кожа покрылась потом, он стекал по спине, собирался у локтевого сгиба, и Кэсси старалась держать руки опущенными. Снять бы узкую майку и эти неудобные джинсовые шорты, которые больно впивались в бедра, и надеть бы что-то просторное и дышащее. Еще не высохшие внутри из-за влажного воздуха кеды неприятно хлюпали. Кэсси ужасно сильно хотелось разуться и идти босиком. Пальцы буквально варились в обуви, Кэсси страшно было представить, как выглядят сейчас ее ноги. Рюкзак она оставила в машине, взяла только телефон, и то еле о нем вспомнила.

Рынок накрывала, казалось, бесконечно огромная металлическая крыша. С металлических опор свисали светильники, местами даже рекламные указатели и баннеры. На некоторых были нарисованные тарелки с разными супами и закусками и цены с описаниями.

Кэсси хотелось есть. Желудок больно сжимался при мыслях о еде, даже в такую жару.

Запахов здесь было так много, что через десять минут блуждания по бесконечному рынку среди огромного количества людей уже начинало свербеть в носу. Обилие цветов, целые разноцветные моря и реки. Они невероятно приятно пахли, выглядели очень свежими, многие еще даже не обсохли после полива, и на нежных лепестках блестели прозрачные капли. Бетонный пол между рядами в основном был мокрым, но чистым. Что падало, сразу подбиралось уборщиками, которые ходили по рынку в белых спецовках и с масками на лицах. С собой они носили швабры и возили небольшие контейнеры на колесиках для мусора.

Сколько бы Кэсси ни ходила по рынку, она не могла понять одного. Зачем так много цветов? Покупали их как женщины, так и мужчины всех возрастов. Даже дети. Неужели в Нифлеме так развит культ дарения букетов на праздники? Но не может быть, что у такого большого количества людей был повод, если только сегодня не праздничный день.

Кэсси, превозмогая смущение и страх, все же спросила у Джеёна, который шел рядом с ней и обмахивался красивым веером:

– Зачем так много цветов? Для чего они им всем нужны?

Поток воздуха от веера долетел до нее, и дышать в такой жаре стало легче. Прежде чем ответить, он обошел группу людей, стоявших возле одного прилавка, на котором были разложены ожерелья из жемчуга и листья