Обезьяний лес. Том 2 - Мари Штарк

– Тридцать девять, – без одышки сказал Юншен и свернул налево.

Они прошли между двухэтажными деревянными домами, выполненными в традиционном стиле. У них были большие окна и минимальная отделка. В основном они выкрашены в два цвета: какой-то темный и светлый, противоположный первому. На каждом доме указатель с иероглифами и местами – с картинками. На каких-то Кэсси видела гробы, на каких-то – новорожденных. Почти у каждого дома была разбита небольшая клумба. Обложенная камнями, наполненная белоснежным песком, который, будто по линейке, волнообразными движениями расчесали граблями. Там росли цветы и аккуратно стриженные кусты. В клумбах было больше песка и камней, чем цветов.

– Тридцать девятый, – повторил Юншен и встал напротив дома, похожего на многие другие здесь. – Мне маниша сказала, что ее зовут Хойя. Разумеется, это не ее настоящее имя, ведьмы его тщательно скрывают. Разуваться в доме не нужно. – Затем он посмотрел на Кэсси. – Ничего не бойся, отвечай на все честно и бери, что дают.

Кэсси качнула головой, и они прошли по красиво выложенной тропинке из гладких камней вперемежку с песком. От дорожки до крыльца было от силы метра два. Дома узкие, чтобы хватило места на площадке, прежде чем начнется другой уровень. Черепичные красно-зеленые крыши сверкали под солнцем, которое уже вот-вот собиралось клониться к горизонту. По реке неторопливо плавали суда, перевозя людей и грузы. Внизу у причала стояли несколько моторных лодок, белоснежные катера и груженные товаром сампаны с бамбуковыми навесами, борта этих лодок завесили гирляндами из автомобильных покрышек.

В дверь Юншен не стучал, просто вошел, отодвинув ее в сторону. На стене возле входа была табличка, на которой черной краской были выведены иероглифы. Хотелось бы знать, что написано хоть на одной из них.

Кэсси чувствовала нарастающее волнение. Она всеми силами храбрилась до этого, но как только оказалась возле дома ведьмы, ее уверенность тут же улетучилась. Ей не хотелось идти на прием, она боялась, что ведьма скажет.

«А вдруг я вообще не полукровка?» – Ей лезли в голову самые странные мысли.

То ей казалось, что ведьма сейчас заберет ее память, отрезав от Святого Йонаса, то она думала, что та заколдует ее или наведет на нее порчу.

От слова «ведьма» в голове всплывали совсем недобрые ассоциации. Еще с детства ей твердили, что ведьмы и маги – это зло.

А еще полукровки, нианзу, манлио, маниши и яшуто.

Оказалось все зло, кроме них.

Кэсси уговаривала себя перестать бояться.

Глава 16

Медузы

Человек в хёчжо с нарисованными на синей ткани медузами неторопливо вернул катану в ножны. Лезвие осталось незапятнанным. Оно вошло с характерным звоном, но мягко, до щелчка. Мужчина обхватил длинную рукоять пальцами и повернулся к людям, стоявшим на коленях.

Дэвид невольно опустил глаза, когда заметил на себе его пытливый взгляд.

Он даже не представлял, что все так обернется. Как они вышли на них? Откуда могли узнать адрес Соломона? Если только кто-то не слил информацию.

– Я задам один вопрос, и мне нужен будет один ответ, но только честный. – Он говорил на конлаокском, с неявным акцентом, который иногда прорывался в ударениях: он ставил их по два раза на одно слово.

Всех, кто был в доме, поставили на колени в гостиной возле окна. Заставили сложить руки над головой и молчать, пока к ним не обратятся. Дэвид быстро осмотрел всех: возле него стоял Патрик, он дрожал, по другую руку был Нилам, чуть дальше – Вафи. Со стороны Патрика – Кэтрин, Холджер и Соломон с Фиби, подле его ног валялась Несса, накрыв голову руками. Она скулила, а Фиби, стоящая неподалеку, порой ей что-то шептала, но так тихо, что ее губы шевелились, а звука не было.

Мику они не тронули, он так и остался лежать на втором этаже, а Соломона не заставили сползти с кресла.

Медузы. Их было четверо. Все высокие, в хёджо поверх одежды нейтральных цветов. Все с катанами, а на «нифлемских» рожах смесь эмоций: от торжества до ярости.

Главный из них, с туго завязанными на макушке волосами, осмотрел их всех одним долгим взглядом и остановился на Нессе. Дэвид заметил, как он напряг лицо, как ожесточился его взгляд.

Мужчина кивком указал в ее сторону, и один из его соратников тут же почти бесшумно настиг ее, схватил за копну путаных волос и подтащил к главному. Несса орала, пиналась ногами. Ей было больно, она пыталась снять его руки с волос, но у нее ничего не выходило.

Хёчжо на ней распахнулось, Нессу это не заботило, ей было больно, страшно. Она беспрерывно орала и плакала.

Кэтрин на секунду опустила руки, чтобы зажать свой рот и вытереть слезы, как тут же их подняла, когда услышала грубый голос. Пускай она не поняла слов – медуза выразился на одном из нифлемских языков, – но послушалась и мигом подняла руки и замерла.

У Дэвида сердце громко заколотилось в груди.

Он смотрел на Нессу. Как за ошейник держат собаку, что хочет сбежать, так и ее держали за волосы. Она пыталась отползти от них, крупные слезы градом лились из глаз, волосы липли к влажным щекам и закрывали глаза, кажется, она не видела, что происходит вокруг. А когда увидела, то закричала:

– Дэвид, пожалуйста, помоги мне! Дэвид, любимый, пожалуйста! Не трогайте меня! Я ничего не сделала, я не виновата ни в чем, я ничего не знаю… – Она упала, волосы натянулись, рука медузы не опустилась, держалась на уровне, будто ее забетонировали в таком положении. Несса завизжала от боли, потянула руки к голове. – Пустите, пожалуйста! Дяденьки, я ничего не сделала! Я простая мирная! Пожалуйста…

Она захлебывалась в слезах, ее голос дрожал, из носа текли сопли, Несса не вытирала их, сейчас ее ничего не заботило, кроме спасения.

– Дэвид… – жалобно произнесла она. – Помоги мне, пожалуйста…

Дэвид и с места не двинулся. Он стоял, как и все остальные, на коленях и был так же напуган и не знал, что делать. Даже если бы он захотел помочь Нессе, то в ту же секунду распластался бы на полу: голова отдельно от тела.

Мужчина слегка наклонился над Нессой, она сидела возле него, заливаясь слезами.

– Ты знаешь, что на тебе надето? – Он ткнул ей в плечо.

Несса вытерла рукой слезы и отрицательно покачала головой.

– А ты знаешь, кто мы такие?

Она низко