Небесный всадник - Кирико Кири

Блин, а во мне аж надежда ёкнула, думал, сейчас свои покажет сиськи… эх… чёт губу раскатал я до пола.

Я умом-то понимал, что в этом нет ничего такого. Ну девственник и девственник, ну и хер со всеми, но всё равно как-то стыдно. Все буквально из каждого угла кричали, что вот надо с девушкой, что, мол, это ненормально, аномалия типа.

И я бы рад замутить… в своём мире, но извините, как? Рожей не сильно вышел, чтобы прямо стрелять в девчонок. К тому же у меня что ни срачка, то горячка. В школе как-то не до этого было, тут бы отбиться от одноклассников-быдланов, а после неё я пролетел с институтом, и предки, у которых ещё двое были, брат и сеструха, пинка дали, сказав самому выкручиваться, раз такой тупой и не смог поступить.

Ну а там я, извините, хер без соли доедал. На что водить девушку? На спасибо? А ща ты пойди ещё предложи сходить просто погулять, а не посидеть в кафе, восемь из десяти пошлют тебя. Мне как раз те восемь и доставались. А как пошли деньги, там как-то друзья, мотобратья, покатушки, веселье — всё как мы любим.

Не, я пробовал, конечно, по приложухам, но половина боты, а из оставшихся три ответят максимум, одна согласится на свиданку, и по итогу ты один сидишь в кафе, а она не пришла. И спрашивается, зачем так делать?

Я даже на улице пытался познакомиться, и хорошо, когда просто отрезали: «Не интересно» или «Есть парень», но когда мне сообщили о моей нетрадиционной ориентации, послав подальше… Тогда я узнал, что у меня очень хрупкое самомнение. Обидно так-то… А потом они ещё жалуются, что к ним, как в старинку, не подходят знакомиться. Вы бы не посылали подальше вот так…

Короче, не сложилось у меня чуть-чуть, но я типа и не унывал особо. Думал, что всё равно рано или поздно с кем-то сведусь, к тому же мотосёстры среди нас тоже были, и мне даже казалось, что мне что-то да светит, но…

Но я тут. А Ирис храпит так, что уши закладывает. Взяла и испортила всё настроение, а у меня, ваще-то, тонкая душевная организация! Ну сучка, что скажешь? Называет себя аристократкой, а ведёт себя как быдлячка. Хотя с их образом жизни, смертями и убийствами, наверное, такое нормально…

Глава 33

Уснул я хрен знает когда, а проснулся, когда мне чуть ли не под ухо крикнули:

— ПОДЪЁМ!

Я взлетел так, что чуть до вершины деревьев не дотянулся, оглядываясь по сторонам. Думал, тут уже какая-нибудь бойня под носом и без меня, а оказалась только Ирис, которая уже собиралась, скатывая свой лежак.

— Всё, утро, Самсон. Делай свои дела и выдвигаемся, — сказала она как ни в чём не бывало.

А у меня чуть сердце нахер рёбра не выбило от такой побудки, сука ты рыжеволосая! Аж зла не хватает…

Сделать дела оказалось очень непросто: сначала всё расстегнуть, а потом так же застегнуть. Завтрак вышел на скорую руку из-за постоянных подгонов Ирис, после чего меня быстро заковали в доспехи.

— Маршрут помнишь? — уточнила она.

— До границы и потом направо к морю?

— Да. Вряд ли копчёные встретятся нам, но, если что, держись рядом и без героизма.

— Думаешь, что-то могут учудить? — спросил я.

— Ну если учудят, то мы знатно повеселимся, — оскалилась Ирис. — Сможешь себе в трофейчик парочку ушей срезать.

Как-то это перебор для меня, если честно, да и интересовало меня другое.

— Тогда смысл было меня вообще сюда посылать, если мной заинтересовались?

— А ты собрался теперь постоянно за нашей юбкой прятаться? — хмыкнула Ирис. — Я не говорю спрятаться и трястись, я говорю, чтобы ты сильно там не выделывался. Вряд ли мы вообще кого-либо встретим, но, если и так, тебя они в доспехах не узнают. Да и дракон не у тебя единственного серый.

Ну да, я видел других серых драконов у нас, только мой был, наверное, самым болезненно-серым, в отличие от остальных. Кстати, у Ирис он был таким прямо насыщенно синим.

Мы вновь отправились в путь.

Территории, конечно, здесь были обширными. Вся жизнь концентрировалась или вдоль рек, или вдоль дорог. С высоты птичьего полёта можно было сразу заметить, как множество деревень тянулись вдоль дорог маленькими точками, и чем дальше от города, тем их меньше, пока не сходило на нет, а потом заново. Вдоль рек же они располагались то тут, то там, будто отрезанные от мира.

Разглядывая, что внизу, я не сразу понял, что там Ирис мне жестикулирует. Прямо машет что-то, то ли нахер посылает, то ли на драку вызывает. Я развёл руками, показывая, что нихрена не понял. В этот раз она не стала садить нас, а постаралась поравнять максимально близко, чтобы я смог услышать её крик.

И я услышал, горлопанила она будь здоров.

— Впереди граница! Видишь⁈ — указала Ирис вперёд.

Если вспомнить карту, то граница шла через лес, да только понять, где их территория, а где наша, было невозможно. Тут как бы забора не стояло, полосу не прорубали, чтобы с воздуха было видно. Это уже дальше на запад граница шла по реке до самого моря, а тут…

— Не вижу! — прокричал я, подняв забрало.

— Поля видишь⁈

— Да!

— Видишь вершину холма⁈

— Да!

— Бери середину между краем и вершиной! Это граница! И ровно на закат (запад)! — прокричала Ирис. — Будем встречать посты, наши и их! Поймёшь!

Я даже не сомневаюсь, что у них не возникает никаких проблем, чтобы определить границу на глазок. Отлетай я столько десятков лет, сколько они, тоже проблем не возникло бы, а так приходилось поднапрячься, чтобы провести мысленную линию, так ещё и ровно на запад.

О сейчас со мной была Ирис, знавшая маршруты наизусть, а потому можно было не париться. Да и если даже пересечём, я так смотрю, а небо ваще чистое-чистое, вплоть до горизонта, который уходил куда-то к полям. Красота, да и только.

Свернув направо, мы продолжили путь. Летели около часа, после чего Ирис внезапно скомандовала снижение. Я не понял, куда именно она направлялась, пока не заметил дорогу в лесу. Ну как дорогу — я заметил просеку, о причинах появления которой догадываться не приходилось. Мне больше интересно было, кого и вообще каким образом она там заметила.

Ирис буквально пикировала, после чего полетела над дорогой, что-то выглядывая. Я только следовал