Фантастика 2025-57 - Елена Артемова

где я учусь, так что точно знают, где нас искать, если мы внезапно пропадем. Ну, а как от них скрыть, что постоянно ее посещаешь и уроки езды получаешь, только валить наглухо в темной подворотне, но это пока не наш метод.

Тем более, тогда просто других наблюдателей приставят, а я уже к этим здорово привык.

Можно было бы уже прямо сейчас броситься в бега, но это получается такой лягушачий прыжок вслепую от опасности.

Я устроил правильно продуманную западню именно для того, чтобы узнать имя нашего заказчика слежки. Узнать и как следует удивить его самого в будущем.

Без решения вопроса именно с заказчиком дальше придется постоянно жить в опасности и дрожать при каждом громком звуке.

Я, конечно, понимаю, что моя причастность к будущей бойне выяснится довольно быстро и поэтому сам не собираюсь появляться в Ликворе несколько ближайших лет. Как в том же Кворуме, где про меня до сих пор хорошо помнят.

Это не последние крупные города рядом с Баронствами, если проехать по дороге между ними, то через три дня пути доберешься до следующего имперского города, довольно большого уже по размерам и населению.

Смысла туда гонять караваны с продукцией гораздо больше, чем в эти оба города.

Так что это не последние крупные очаги цивилизации в моем случае. Тем более я могу заниматься одним только производством, а реализацию продукции возложить на норра Истремила. Лучше бы, конечно, и то, и то мне самому контролировать, но придется сделать понятный выбор.

Так я думаю, выбравшись из таверны на улицу и даже отсюда почувствовав заметное облегчение среди тайных наблюдателей. Похоже, они уже были в раздумьях, отправляться на стоянку или еще немного подождать моего появления из постоялого двора.

Ну, я появился, прошелся до одной из лавок, торгующих копченым и соленым мясом, купил там местных мясных чипсов и удалился с мешочком обратно на постоялый двор. Внес определенную успокоенность в филеров и хватит, мне тут еще три часа торчать до времени, когда я должен отправиться к чернявой уличной девке за плотскими радостями.

Надо было, конечно, свиданку с той девкой назначать на обеденное время, но внезапно получилось выбраться с вещами из города пораньше, так что теперь остается только ждать.

Если никто не поведется на эту информацию, тогда что же, посижу положенное время у девки и прямо оттуда махну через ворота к стоянке. Хорошо бы еще обоих шпиков или одинокого наблюдателя вырубить на какое-то время, чтобы со стоянки мы с Ветрилом и Мурзиком уехали в совсем неизвестном направлении без чужого присмотра.

Да, точно оглушу в темном месте обязательно.

Пару часов до темноты дадут нам кое-какую фору, тем более мы едем к Ветрилу в его родную деревню, где переночуем и потом в утренних сумерках сделаем стремительный рывок в сторону Баронств.

— Скучаешь? Сергил? — услышал я нежный голосок сзади. — Ты уже снял повязку, которую зачем-то носил столько времени?

Ну, от нее мою полностью здоровую правую руку никак не спрячешь, это я сам хорошо понимаю.

Моя местная подруга из прислуги подобралась ко мне, как она думает, незаметно, но я давно уже ее почуял за своей спиной. Какое-то время она просто посматривала, но теперь на что-то решилась для себя.

— Да, тебя жду. Хотел спросить, не нужна ли тебе еще одна монета в половину золотого? А то и в целый золотой? За свою красоту, доброту и ласку?

Хочется оставить о себе хорошие воспоминания у очень приятной девушки.

— Конечно нужна. До ужина еще есть время. Почему бы нам не подняться в к тебе в номер? — сразу же делает выбор красавица.

Ну, вот и время до задуманной операции вполне незаметно и с большим удовольствием пройдет.

Моя подруга, которая Фелизия, заметно расстроилась, когда увидела пустой номер, сразу поняла, что я скоро съезжаю с постоялого двора. И с тем большим жаром утащила меня в глубины прелюбодеяния, из которых я вынырнул уже почти перед ужином.

— Сегодня уезжаешь? Жаль? Ты мне понравился, — говорит девушка, пряча в свой поясок золотую монету.

И потом решается внезапно:

— Я могла бы поехать с тобой, если ты хочешь.

Интересное предложение на самом деле, поэтому я объясняю Фелизии ситуацию:

— Пока сам не знаю, где остановлюсь. Когда узнаю, одна-две недели, пришлю к тебе людей, они расскажут тебе о моем предложении. А что так? Ты же здесь хорошо зарабатываешь? И где твои родители?

— Да, зарабатываю отлично, просто надоели эти мужики, все только и думают о том, как бы в постель завалить. Хозяин вроде уже давно успокоился после сотни отказов, но теперь снова пристает, как молодой. И сам лезет, и еще хочет, чтобы я с важными гостями спала безотказно. А я не хочу, там такие все жирные и грязные уроды. Это дорога в одну сторону, раз дай слабину и потом будет не остановиться, — демонстрирует полное понимание ситуации моя подруга. — Родители у меня в селе живут, очень далеко от города.

На самом деле девушка мне нравится, красивая, чистенькая такая и страстная, вполне можно с ней пожить, но нужно самому с жильем определиться. Сдергивать ее с работы, чтобы ночевать на повозке — это совсем не то, что ей нужно.

Только ей тоже тогда в Ликворе лучше не появляться, хотя, если родители не здесь, то это не проблема.

Прощаюсь с Фелизией и выхожу на улицу, на поясе и в руках у меня ничего нет, как видят наблюдатели и вскоре один из них убегает вперед.

— Ага, побежал предупредить кого-то. Наверно, задуманное дело все-таки получится.

Через десять минут я оказываюсь около двора, где расположена комнатенка как бы моей понравившейся девки.

Зачастил я ее посещать, прямо как молодой парень, того гляди влюблюсь!

Пока не вижу никого рядом из опасного народа, только какой-то тощий хмырь пристает к ней. Не дождалась меня и вылезла на работу, раз я опоздал минут на тридцать.

— Отвали, она занята, — бросаю я мелкому жулику, но по его реакции понимаю, что он не просто так трется здесь.

А ждет именно меня, должен как-то затеять небольшой скандал для прикрытия будущего нападения.

— Я ее первый выбрал, сам отвали! — поэтому он начинает неожиданно упираться.

Не должно так себя мелкое жулье против воина вести, поэтому я внимательно смотрю на парня и вижу, что настроен он весьма решительно.

— А, так это он и есть