Фантастика 2025-138 - Владимир Владимиров

о человеке и человечности. Сейчас я задам их вам и попрошу развернутого ответа на каждый. Готовы? (кивок головы) Наш первый вопрос: до какой степени вы считаете допустимыми изменения и модификации человека?

Энцзо О’Херон:

— Я постараюсь не углубляться, и не посвящать вас во все тонкости биодела (Гэри улыбается и кивает), но хочется отметить, вот какую важную вещь, о который большинство жителей станции чаще всего не задумывается… что может быть чревато! Чем больше в вашем теле изменений, к этому относятся, как и кибер-импланты, так и направленно-приобретенные мутации… Чем больше вы в себя вбираете, по собственной ли воле, или по необходимости, неважно — вы можете ээ… как это вьи говорьить? Лишиться рассудка!

Гэри Купер:

— Значит, чем больше человек изменил себя, тем ближе он к опасной границе, после которой ждет психоз или даже потеря разума?

Энцзо О’Херон:

— К сожалению, это не гипотеза и даже не теория, это научно доказанный факт.

Гэри Купер:

— Кто же больше всего под угрозой?

Энцзо О’Херон:

— Навигаторы. Вы посмотрите, сколько на станции биотехников и специалистов по биоделу. Сколько психологов и иных людей с лицензией на проведение психологической адаптации. Все мы тут для вас, и для навигаторов в первую очередь! Помогать вам вернуть ваш рассудок. Для меня, как для биолога, интересно помогать вам меняться, прививать вам новые мутации, у нас много возможностей, и мы, за деньги, разумеется, готовы. Но вы спросили о границе?

Гэри Купер:

— Да, о допустимой степени изменений.

Энцзо О’Херон:

— Мы уже на этой черте. К сожалению, каждый новый шаг в этом направлении уже рискован.

Гэри Купер:

— Это про биологические изменения, а что касается кибер-мутаций?

Энцзо О’Херон:

— Ими, конечно, занимаются био-инженеры, а разрабатывать их крайне сложно. Но прививание их лишает вас столь важной строчки гена! Это ослабляет весь организм!

Гэри Купер:

— Доктор О’Херон, вы хотите сказать, что, полагаясь на кибернетику, организм перестает развиваться и теряет навыки в смежных сферах?

Энцзо О’Херон:

— Именно так: приобрели одно, потеряли много.

Гэри Купер:

— Вернемся к навигаторам и Вольному флоту, и фронтиру вообще. Вы считаете, что критическая черта изменений уже пройдена, в первую очередь для навигаторов, да и остальные тоже близко к ней. Все мы держимся только на активной психологической терапии. Верно?

Энцзо О’Херон:

— Да, так. Но речь не только про фронтир. В Столице — аномальное число самоубийств. Некоторые планеты изо всех сил сопротивляются развитию промышленности, понимая, что прогресс потребует и изменений в их телах. Но все человечество перешагнуло за черту своих возможностей. Наш разум, наш рассудок не поспевает за нашей экспансией и развитием.

Гэри Купер:

— Что же нам делать?

Энцзо О’Херон:

— Все очевидно. Мы должны остановить экспансию и развитие. Необходимо закончить освоение уже занятых планет. Необходимо заняться развитием рассудка, что надо делать коллективно, всей расой.

Гэри Купер:

— Что будет, если это не сделать?

Энцзо О’Херон:

— Вы собственными глазами видели, как люди сходят с ума. Тут, на станции, совсем недавно. Будет вот это. Но представьте, что с ума сойдут не 10-20 человек, а сразу миллиард.

Гэри Купер:

— Действительно страшно. Но ведь наш случай исследовали и обнаружили, что был сбой в работе определенных импланов.

Энцзо О’Херон:

— Об этом я и говорю: импланты влияют на рассудок, был этот сбой, будут другие. Наш разум не может с этим бороться, мы беззащитны.

Гэри Купер:

— Спасибо за вашу точку зрения, она настолько важная и недвусмысленная, что остальные два вопроса задавать нет необходимости. Благодарю вас, Энцзо О’Херон.

***

С вами снова я, прекрасная Ханни Спарк, а вы на канале #StarVoice. Сегодня мы вновь поговорим о человеке и человечности. На столь сложные вопросы нам потребуются обаятельные ответы! Их предоставит несравненный Дон Луиджи Тарано, владелец казино «Флорида».

Луиджи Тарано:

— Здравствуйте, зрители канала и персонально вы, прекрасная Ханни Спарк!

Ханни:

— Наш проект проводится совместно с корпорацией «Ракуза», мы зададим вам три вопроса, и первый из них: до какой степени вы считаете допустимыми изменения и модификации человека?

Луиджи Тарано:

— Смотрите, в имплантологии для меня ключевым вместилищем человека является мозг, головной в первую очередь, и все остальные его сегменты — во вторую. И сохранение человекообразной формы. Для меня это важно… дело в том, я как религиозный человек знаю, что человек создан по образу и подобию Бога, и не нам его калечить.

Ханни:

— А в генетических, внешне незаметных, изменениях?

Луиджи Тарано:

— В генетических изменениях сложнее. То, что достается людям через страдания… то, за что люди заплатили свою цену — то грех небольшой, он уже выплачен страданиями тех, кто это пережил. Обладатели синий кожи, красной, жабер… ну что поделать?! Им пришлось! В то время как вольные изменения меня не очень радуют. Я считаю, что здесь надо очень и очень осторожно подходить к этому вопросу.

Ханни:

— Значит ли, что вольные изменения следует запретить?

Луиджи Тарано:

— У меня пока нет ответа, я просто транслирую свои опасения. Да, мне кажется, что здесь мы можем опасно далеко отойти от замысла Божьего.

Ханни:

— Ваши опасения понятны, и я их разделяю до определенной степени. Теперь следующий вопрос: кто является авторитетом в этой сфере? На кого люди должны равняться?

Луиджи Тарано:

— Эээ… попробую подискутировать сам с собой: тезис, антитезис, синтез.

Ханни:

— Да, прошу вас.

Луиджи Тарано:

— Это специалисты по генно-биологическим изменениям, ученые. Или популяризаторы этого направления в идеале, потому что ученые слишком жестко фиксированы на успехе своей работы, даже в ущерб всему остальному. С другой стороны, это должны быть духовные лидеры человечества, те, кто провели нас через тысячелетия и привели нас к звездам. Представители тех или иных авторитетов религиозных общин.

Ханни:

— Представители турбо-христианства сюда входят? А космианцы?

Луиджи Тарано:

— Я думаю, да. К Богу ведут разные пути, каждый из нас выбирает свой. И да, вот если бы им всем удалось бы договориться, то такое мнение для меня стало бы максимально авторитетным.

Ханни:

— А кто-то из светских лидеров может сыграть свою роль в этом вопросе?

Луиджи Тарано:

— Разумеется! Например, кандидат в президенты Комфорт Киннерд,