Галактика Белая - Наталья Владимировна Бульба

позволил сдохнуть там, внутри, где все еще билось сердце. Посмотрел с экрана. Как всегда спокойный. Как всегда — подтянутый. Достаточно, чтобы принять: мое место рядом с ним.

Слова добавили четкости этому пониманию: «… мы с тобой оба — офицеры. Ты получила задание, ты его выполнила. И, главное, выполнила вовремя, успев, пока не стало поздно. Все остальное…»

Я не дождалась продолжения, попыталась подсказать: «Неважно?»

Он повторил, словно меня и не услышав: «Все остальное останется грузом на нашей совести».

— Операцию с Низмориным продолжаем, — протянув паузу, чтобы я могла вновь «прожить» те минуты, заговорил Орлов вновь. — Мы обязаны пресечь освобождение Долгина. Иначе все, что уже сделали, потеряет свою цену. Отданные жизни — тоже.

За двадцать минут, которые мы отсутствовали, в зале совещаний ничего не изменилось… если только опустел продуктовый рюкзак, который приготовил для всех Кабарга.

И лишь для меня вновь все стало иначе. Проще. И… яснее…

* * *

— В идеале — паритет между знанием психологии контингента, с которым мы имеем дело, и их, тоже знанием, но территории, на которой приходится работать.

— А такое возможно? — задорно улыбнувшись, с места спросил Низморин.

Я бросила быстрый взгляд на «спрятавшегося» в своей раковине Ровера и… улыбнулась в ответ:

— В моей практике еще не случалось, — произнесла я чистую правду, вызвав в зале дружный смех.

Совещание у Орлова закончилось поздно. Та часть, на которой присутствовала я. Вторая, с другим уровнем доступа, затянулась до утра. Об этом я узнала у Лазовски, который забрал меня из Управления. То, что спать ему не пришлось, было заметно. Больше, чем прошлым вечером.

Мне тоже не удалось передохнуть. Не так, чтобы уж совсем, но набрала лишь самый минимум — часа три.

— Позвольте еще один вопрос, — раздалось из четвертого ряда.

Я вновь посмотрела на Лазовски, предпочтя уйти в тень, но Геннори на реплику никак не отреагировал, продолжая стоять на самом краю небольшой площадки, на которой была установлена трибуна.

Мое участие в его докладе изначально не предполагалось, но… так получилось. Сделанные мною заметки, натолкнули Ровера на мысль разбавить свое выступление.

Или не Лазовски… Или… не натолкнули…

Утверждать что-либо конкретное я бы не взялась.

— Да, слушаю вас, — кивнула я поднявшемуся офицеру.

Полковник, штабной, с явными признаками интеллекта на породистом лице. Волосы коротко стрижены, «стоят» ежиком. Лицо узкое, вытянутое, от левого глаза вниз по щеке тонкий шрам… Ему шло, делая внешность более выразительной, но все равно странно, почему не свел. Нос орлиный, аккуратные, ухоженные усы. Губы тонкие. Взгляд цепкий, с едва заметной надменностью. Выправка… Идеально подогнанная по фигуре форма…

Холеный, знающий себе цену и весьма неоднозначный, вызывающий опасения…

— Все основные примеры, которые использовались в докладе полковника Лазовски, касались взаимодействия с территориальными структурами розыска. Это понятно — специфика отдела поиска службы Маршалов, который он долгое возглавлял и который перешел к вам по наследству. — На Лазовски полковник не смотрел, обращался только ко мне, что выглядело несколько странно. Ровер изначально расставил акценты: я лишь иллюстрирую его тезисы реальными ситуациями из прошлых операций. — Но, насколько мне известно, лично вам приходилось взаимодействовать и с О-да, и с контрразведкой.

— Вы не могли бы представиться? — попросила я, давая себе минуту для размышлений. О чем он говорил было понятно, но вот упоминать об этом именно сейчас мне точно не хотелось.

— Да, конечно, — вроде как, извиняясь, вздохнул он. — Полковник Даудадзе. Управление перспективных разработок.

Не вздрогнула я с трудом — на ловца и зверь. Вот только ловец был не тот, о моем контакте с Даудадзе в оговоренном с Орловым плане речь не шла.

— И что же вы конкретно хотите услышать, господин полковник? — иронично дернула я уголками губ. — На каком счете зависло наше противостояние?

Зал на мою реплику вновь ответил смехом, что не отменяло интереса.

— И это — тоже, — довольно добродушно отозвался Даудадзе, вписавшись в общий фон происходящего, похожего на дружеский разговор за чашкой кофе, — но в вашем случае мы имеем едва ли не обратную ситуацию той, которая является темой доклада. Вариант, когда спецслужбы отрабатывали свои задачи под прикрытием маршалов.

— Вы имеете в виду «Зерхановский апокалипсис»? — уже другим тоном уточнила я.

Вспоминать об этом не хотелось. И не только здесь, и не именно сейчас.

Первые контакты, первые наметки будущих схем совместной работы, первое осознание, что мы — команда…

Полтора года, для которых у меня не находилось четкого определения.

— Как минимум, — кивнул Даудадзе, явно намекая на то, что его любопытство простирается значительно дальше.

— Тогда начнем со счета, — я спустилась с возвышения, подошла ближе к первому ряду, остановившись напротив Низморина, но так, чтобы держать взглядом и Даудадзе, и Ровера. — Лидирует пока служба Маршалов, но мы стараемся этот факт не афишировать.

— Это как? — Даудадзе явно не ожидал подобного ответа. Да и не он один.

— Благодаря особому положению, в котором мы уже не «те», но еще и не «эти», навыки выживания у нас развиты очень высоко. Это позволило без особых потерь уяснить одну истину, — начала я объяснять, заставляя себя смотреть на Даудадзе с лукавством. — Из двух вариантов: мы должны или нам должны, второй выглядит предпочтительнее.

— Вы говорите о добровольности собственного участия в подобных операциях? — не задержался он со следующим вопросом.

И ведь бил точно, великолепно зная, о чем именно спрашивал.

Свести все к шутке? Перевести стрелки на Лазовски?

Принять решение я не успела. Сорвав настрой и напомнив, что за стенами этого здания нас всех ждали иные задачи, в зал быстрым шагом вошел дежурный офицер и направился прямо ко мне.

— Вас срочно вызывают, — подойдя ближе, чуть слышно произнес он. — Ваш заместитель.

По требованию безопасников средства связи во время докладов блокировались, все контакты шли только через оперативный штаб.

— Прошу меня извинить, — пожав плечами, посмотрела я на Даудадзе, — служба.

Он понимающе улыбнулся и перевел взгляд на Лазовски, предлагая тому продолжить разговор. Оставлять свой интерес без удовлетворения он явно не собирался.

Забрав с трибуны планшет, я вновь спустилась в зал. Дежурный офицер меня дожидался, продолжая стоять в самом начале центрального прохода. Я бы предпочла боковой, но…

— Я с тобой свяжусь, — неожиданно поднялся со своего места Низморин, преграждая путь. — Позволишь? — Говорил он тихо, но иногда достаточно и факта. Это был тот самый случай.

— Да! — коротко бросила я, спиной ощущая бесчувственный взгляд Лазовски. — Я в управлении допоздна, — добавила, хоть могла этого и не делать. Ситуация и так была более чем очевидна.

Паузы не возникло, на помощь пришел Ровер,