"Фантастика 2026-1" Компиляция. Книги 1-22 - Станислав Кемпф

холодно. Вчера солнце нагревало мою стальную кирасу похлеще самовара, а сегодня меня обдувал свежий ветерок. Шлем и наручи я решил тоже не надевать. Чай не на битву еду. Так что ничто не мешало поупражняться на ходу в плетении простеньких чар. Практики мне в этом деле сильно не хватало, но я прямо чувствовал, как у меня с каждой попыткой получается всё лучше.

Так я проскакал, наверное, не меньше часа, обучаясь дозировать и вымерять потоки внутренней энергии. И очень скоро достиг определенных успехов. Прогресс был заметен невооруженным глазом. Однако мне пришлось прерваться, когда мой путь преградила какая-то замызганная телега, груженная объемистыми тюками. Вокруг этой дорожной помехи суетливо скакал бойкий мужичок, досадливо причитая и постоянно дергая себя за длинные патлы. Завидев меня, незнакомец что-то обрадованно воскликнул и резво подскочил к Муршаке, сгибаясь в подобострастном поклоне. Я бы с удовольствием проскакал мимо, да вот только подвода раскорячилась аккурат на узеньком мостике через речку. Объехать ее было попросту негде.

— Милостивый экселенс, сжальтесь надо мной, над растяпой неразумным! Каюсь, не уследил! Хомут истрепался, да и лопнул! Никак мне одному не сдвинуть проклятый воз! Даже съехать не могу отсель, чтоб дорогу освободить! Не откажите в милости, господин, подсобите, а я уж в долгу не останусь! Как столкнем возок мой, дык я по чести рассчитаюсь! А то и вам же иначе не проехать никак…

Слушая обрушившийся на меня словесный поток, я подозрительно осматривал место средневекового ДТП. Что-то в манере этого болтливого мужика сильно смущало. Какой-то он навязчивый, будто привокзальный цыган. Уж как бы не задумал чего дурного. Но в одном бродяга прав, другого пути здесь нет. Придется помочь ему, а там уже поглядим, к чему тут весь этот спектакль был устроен…

Спешившись, я взял кобылу под уздцы и подвел к застрявшей телеге. Тут я действительно обнаружил разбросанную простецкую упряжь, которую пытались починить на коленке. А на другом бережке уныло пощипывала травку серая коротконогая кляча, выглядящая так, будто ей завтра уже помирать.

— Ну и чего ты от меня хочешь? — осведомился я.

— Ох, милостивый экселенс, спасибо вам! Да ничего эдакого! Просто вот тут приподнимите, где колесо, а я толкну! А то сил никак не хватает. Да с порванным хомутом лошадь не приладить в помощь…

— А давай-ка лучше ты будешь поднимать, а я толкну, — предложил я, всё еще ожидая подвоха.

— Как скажете, господин! — охотно согласился путник. — Вот, становитесь сюда. Здесь сподручней всего. А я туточки пристроюсь…

Не запуская незнакомца себе за спину, я занял предложенное место и уперся плечом в борт телеги.

— Готовы, мой экселенс? На счет три. Раз, два и…

А в следующий момент произошло именно то, чего я опасался. Словоохотливый возничий, вместо того, чтоб подымать свой застрявший транспорт, резко взмахнул рукой. Я не успел заметить у него какого-либо оружия, но все равно рефлекторно отскочил, разрывая дистанцию. И слава Многоокому! Потому что туда, где долей секунды ранее торчала моя черепушка, с хрустом впилилась свинцовая гирька на ремешке! Она вылетела из рукава этого патлатого негодяя и оставила на грубой деревянной доске глубокую вмятину. От такого подарочка мою башку бы и остроконечный кованный шлем не защитил! Ох, спасибо моему чутью на прохиндеев! Рыбак рыбака видит издалека, как говорится…

— Ц-ц! Гля, шустрый какой! — неодобрительно цокнул мужичок, посматривая на меня как на загнанную дичь. У него даже голос преобразился, сменившись с просительно-заискивающего на более грубый басовитый. Вот же актер, блин!

Я в ответ на открытое нападение тоже обнажил оружие. Правда схватился не за кавалерийский палаш, а за более привычный нож. Длинный клинок пока еще для меня оставался больше обузой. Ну не мог Ризант им полноценно махать! Слишком тяжелая железяка для его субтильной комплекции оказалась.

— Э, Гугош, вылазь! — бахнул кулаком по телеге разбойник. — Вертлявая гадина тебе дорожку перебежала, в одиночку не сдюжу!

Пухлые тюки зашевелились, и из них вылез вчерашний тип из трактира. А с ним еще и какой-то отрок явно младше двадцати зим. Оба с увесистыми дрынами на плечах и многообещающими ухмылками. Вот же дьявол! Похоже, влип я крепко. Как же мне троих сразу осилить?

— А вот мы и снова встретились, — мерзко ощерился бородач. — Нонче твоя очередь у меня прощения просить! Ну что, теперь сожалеешь, падаль желтоглазая?

— Еще бы. Очень сожалею, что вчера тебя не прирезал, — угрюмо пробормотал я.

Гугош, заслышав окончание моей реплики, сразу же вышел из себя. Его даже дополнительно распалять не потребовалось.

— У-у-у, паскуда дрянная! Ну сейчас я тебя…

Мой вчерашний знакомец ринулся вперед, раскручивая над головой дубину. Поэтому его подельникам пришлось малость притормозить, чтоб не попасть под раздачу. Я же попятился назад, выжидая момента для атаки.

Вот узловатый дрын полетел в мою голову, и мне пришлось резко наклоняться. Потом еще раз. И еще. Узкий мостик вскоре кончился, и теперь подонки вышли на меня сплошным фронтом, тесня сразу с трех направлений. Причем, тот патлатый с кистенем, был, пожалуй, опасней остальных.

Быстро-быстро перебирая ногами, я уже почти бежал спиной вперед, молясь, чтобы мне под пятку камешек какой-нибудь не попался. Нападающие, войдя в раж, неслись за мной, параллельно пытаясь огреть меня либо дубинками, либо гирькой на ремешке. Но я, дождавшись, когда Гугош в очередной раз взмахнет своим массивным оружием, широко расставил ноги, гася набранную скорость. И потом, не давая бородачу ни мгновения опомниться, прыгнул прямо на него. Мерзавец, не ожидавший такого пируэта, замешкался всего на секунду. Но моя рука с ножом работала очень стремительно. А потому клинок молниеносно вошел под углом ему в брюхо. Попал удачно, чуть пониже ребер и на всю длину.

Лезвие провалилось в чужую плоть как в топленое масло. Только почти неслышимый треск материи или кожи намекнул мне, что я не промазал. Гугош сдавленно ойкнул и поморщился. Я же на отходе успел еще провернуть в ране нож, а потом отпрыгнул, покуда его патлатый сообщник не зацепил меня кистенем.

Бородач коротко глянул на себя и, не заметив ничего критичного, вновь бросился вперед, орудуя своим дрыном. Он ощутил, как его что-то кольнуло, но увидав на рубахе крохотное багряное пятнышко, быстро успокоился. Решил, будто ранение не критичное. Однако я хорошо видел со стороны, как его бок неумолимо заливается красным. Буквально два вздоха назад еще ничего не было. А теперь материал одежды так