Миры Доставки 1-14 - Юрий Иванович

В целом поведение «куколки» было признано удовлетворительным. Она не стремилась теперь попасть на военный совет и даже не участвовала в импровизированных походных приемах. Но зато наверняка всеми силами пыталась очаровать Грома Восьмого в постели. И, судя по обеспокоенным комментариям Тербона, это ей удавалось все больше и больше. За королем стали замечать странную задумчивость, отстраненность во время важных бесед и некое мечтательно-детское выражение на лице, которое стало появляться все чаще.

Его святость посоветовал продолжать тщательные наблюдения и предположил, что в Шулпе настоящая сущность Мааниты обязательно раскроется. Что-то он сильно сомневался, что наложница Гранлео и в самом деле знает о сокровенных тайнах своего павшего повелителя.

Возле одной из пушек, накрытой специальной маскировочной сетью, эта троица беседовала особенно долго. Потом Тербон вспомнил о последних восторженных отзывах гвардейцев, видевших бой его святости, и с улыбкой кивнул на оруженосцев:

– Чего это они его на своих плечах держат? Не могут на палубу поставить?

– Сам удивляюсь, – пожал Виктор плечами. – Вбили себе в голову, что оружие должно быть всегда в руках, вот и носятся, как…

– А чего они всегда так пыхтят? Неужели двуручник настолько тяжелый?

– Да нисколько! Просто парни явно не силачи. А сама железяка, конечно, тяжелая, но не настолько. Можешь сам попробовать. Эй, ребята! Давайте мне меч.

Когда оружие оказалось у монаха в руках, он протянул его генералу. Руки Тербона непроизвольно опустились:

– Ого! С виду вроде так не выглядит, но все равно тяжеленный, – поразился генерал. – Как ты им размахивать умудряешься?

– Ха! Это только так вначале кажется, – с некоторым хвастовством перед Розой стал поучать Виктор. – Тут главное раскрутить его над головой, а дальше он сам рубает все подряд. Давай, крути!

Тербон отошел на свободное место на палубе, решительно выдохнул, крепко ухватился за рукоять обеими руками и начал раскручивать смертоносную полоску стали у себя над головой. Но при всем его росте и силе у него получилось чуть больше десяти оборотов. Через минуту он порывисто задышал, лицо покрылось крупными бисеринками пота, а тело стало опасно раскачиваться. Со стороны показалось, что и остановился он с большим трудом, двуручник так и норовил утянуть в сторону.

– Однако! – Теперь уже генерал смотрел на оружие чуть ли не со страхом. – Это что-то невероятное! Я уже остался без сил! Да он и в самом деле весит как бетонная балка.

– Смеешься? – не поверил Менгарец. – Или притворяешься? А может, это у тебя мышцы стали атрофироваться?

– Да нет, скорей это тебе силенки стало девать некуда, – возразил Тербон, аккуратно упирая меч концом в палубу и чуть наклоняя рукоять к принцессе: – Вот пусть ваше высочество попробует.

Роза с величественной улыбкой взялась своими ручками за перекладину и попыталась выдернуть меч вверх. Тот даже не приподнялся.

– Да он не для твоего роста, – стал объяснять Менгарец.

– Девушка решила опустить рукоять чуть ниже. Тогда меч резко стал падать, вырвался из женских ладошек и со страшным звоном грохнулся о палубу. Хорошо, что принцесса чудом успела отскочить. Она тут же стала дуть на свои пальчики и недовольно бурчать на его святость:

– Оно мне надо было? Нет чтобы предупредить!

Виктор изобразил на лице гримасу полного недоумения, поднимая оружие с палубы. Потом взял его одной правой рукой и сделал несколько рубящих движений вверх-вниз. После чего улыбнулся с пониманием:

– Точно, притворяетесь! – И сразу осекся, заметив расширенные глаза почти у всех очевидцев этой сцены. – Хм! Так это получается, что я и в самом деле… того, стал сильнее?

Теперь хмыкнула Роза, с сожалением глядя на оруженосцев:

– Бедные ребята! Почему их кто-то слабаками считает? Да они скоро силачами станут. Если, конечно, грыжу не заработают…

С того самого момента одной легендой о Менгарце стало больше.

После завтрака началось походное построение армий в колонны, которые сразу отправлялись в путь. За ними стали пристраиваться обозы с каретами, телегами и огромными повозками. Как ни странно, но поговорить о чем-то личном и важном до момента расставания Виктор и Роза не успели.

– А вот был бы готов дельтаплан… – мечтательно протянула принцесса.

Но Менгарец только отмахнулся:

– Чего возвращаться к этому разговору? Лучше поспеши к условленному месту возле тех гор и жди меня с посадкой. Как раз к вечеру, думаю, управлюсь.

На том и расстались. Ее высочество оставила своих фрейлин далеко в тылах, а сама в сопровождении Тербона поспешила нагнать одну из передовых дивизий, которую горделиво и бесстрашно возглавил сам главнокомандующий Союза. Тогда как монах отправился проверять и готовить свое белокрылое детище к очередному полету. Оно находилось на оставшейся яхте, и пока выносить его на мост не следовало. Потому что по «Радуге» с самой интенсивной пешей скоростью продолжали переправляться прибывшие войска союзников. Они не останавливались на другом берегу, а сразу направлялись к Шулпе или в ином заданном командованием направлении. Некоторые двигались на север, другое на северо-восток, намереваясь перекрыть все дороги, ведущие к столице империи. Следовало перестраховываться со всех сторон: и с флангов, и с тыла, и с фронта. Ведь остаточных сил Львов Пустыни так пока и не могли просчитать.

Только после обеда движение по мосту пошло на убыль, а еще через час и вовсе стихло. Вот тогда Менгарец и скомандовал своим помощникам:

– Готовимся к старту.

И огромную рукотворную птицу понесли на мост.

К сожалению, погода наблюдению с высоты не благоприятствовала. Дождя не было, но по небу проносились лохматые, почерневшие тучи, что говорило о сильном ветре наверху. Общая облачность тоже не располагала к полетам. Но ждать следующего дня никак не получалось. Тем более что гарантировать хорошую погоду на завтра никто бы не решился. Могла стать еще хуже.

Но только после удачного старта, когда удалось подняться и воспарить в верхних потоках воздуха, Виктор осознал, насколько