У брата бывшего. В постели. Навсегда - Ираида Серова

У брата бывшего. В постели. Навсегда

Глава 1. Ливень

Шина прокололась на горной дороге, когда небо уже окончательно потемнело.

Дворники мотались из стороны в сторону как сумасшедшие — и всё равно не могли разорвать завесу дождя. Телефон мигнул последним предупреждением о низком заряде и потух.

Я толкнула дверцу машины, ливень обрушился на меня сразу, холодно пробрал до самых костей. Отсюда до загородного дома моего бывшего мужа еще два километра, в целой горе ни души нет сигнала, только он там сейчас — присматривает за домом. Я не хотела беспокоить, но больше некуда было идти.

Пришлось стиснуть зубы и шаг за шагом, по щиколотку в воду, пробираться к дому. Дождь тек по воротнику внутрь платья, юбка прилипла к ногам — каждый шаг давался как будто с гирей на ногах.

Когда я нажала на звонок, я еще дышала как после пробежки, сердце колотилось так, что готово было выскочить из груди.

Не от усталости.

А оттого, что дверь откроет именно он.

Дверь открылась.

Он был одет только в черные домашние шорты, торс голый, дождь промокнул волосы, они прилипли к шее, капли стекали по ключице вниз, скрывались в узкой талии — и я за восемь лет еще ни разу так открыто не разглядывала его.

— Что случилось?

Голос у него и так низкий, а в поздней дождливой ночи он еще больше охрип — у меня прямо кончик уха загорелся.

— Шина прокололась, телефон разрядился... — я сжала ремешок сумки, ногти впились в ладонь. — Можно... переночевать? Утром я сразу вызову эвакуатор.

Он отступил в сторону, теплый свет из прихожей разлился по мне, по мокрой одежде:

— Заходи.

Я опустила голову и прошла внутрь, плечом коснулась его плеча — запах кедрового душа сразу заполнил нос, я еще крепче сжала сумку.

Восемь лет.

С тех пор как я первый раз пришла в этот дом на новогодний ужин, он встал, чтобы передать мне чистую вилку, палец случайно коснулся моей запястья — я запомнила этот запах. И это сердце, которое вечно колотилось от одного его имени.

Тогда я уже полгода была невестой его старшего брата, Алёшея.

Я эту ненужную тягу к младшему брату мужа заперла глубоко-глубоко в сердце.

Заперла — на восемь лет.

До того как я развелась с Алёшеем, ушла ни с чем — и этот ливень привел меня прямо к его порогу.

— Вся промокла, иди помойся горячей водой.

Он кинул мне сухое полотенце и свою мягкую серую футболку: «Фен в ванной, я потом заберу твои вещи и высушу».

Я взяла футболку, ткань коснулась пальцев — тепло побежало по руке, я прошептала:

— Спасибо...

Я защелкнула замок ванной, сползла по двери на пол и прижала ладони к горящим щекам.

Сердце все еще колотилось так, что не могло успокоиться.

В зеркале я увидела себя — щеки горят, губы промокли от пара и уже горячие, как будто он уже меня трогал.

Я медленно помылась, надела его футболку — она дошла ровно до середины бедра — вышла. Он уже успел сварить имбирный чай, на столе дымится горячая кружка.

— Иди пей, чтобы не заболела.

Я подошла и села, взяла кружку, пар размыл очки и сделал мои глаза влажными. Восемь лет. Я и подумать не могла, что однажды мы останемся одни в целом доме, только я и он.

— Спасибо, Ваня.

Он откинулся на спинку стула напротив, взгляд прошелся по мне — от плеча до колена, медленно, один раз.

— Ты действительно думаешь, — голос у него спокойный, но этот взгляд как огонь, я уже не знала куда деть руки. — Что я тебя сегодня отпущу?

Моя рука с чаем замерла.

Сквозь пар он встал, шаг за шагом подошел ко мне, уперся руками в спинку стула по бокам от меня — запер меня между столом и собой.

— Я жду этого дня восемь лет, Соня.

Он наклонился, дыхание коснулось моих губ, температура поднималась с каждой секундой:

— С того самого дня, как ты вошла в этот дом как невеста моего брата — я жду.

— Сегодня ты сама пришла ко мне. Ты действительно думаешь, я тебя отпущу?

(Конец первой главы)

Глава 2. Твой запах на моей коже

Его дыхание обожгло ямку на моей шее — всё тот же запах: кедровый гель для душа с лёгкой ноткой табака. Точно такой же, как восемь лет назад, когда его пальцы случайно коснулись моей запястья за обеденным столом.

Всё тело сразу вспыхнуло огнём, пальцы так сильно сжали край его футболки, что я даже дышать забыла.

— Чего молчишь? — он хмыкнул низко, большой палец медленно скользнул по ключице и пополз ещё ниже, под вырез. — Восемь лет прошло, Соня. Ты правда думала, что я буду спокойно смотреть, как мой брат тебя имеет, а я буду сидеть в стороне и гнить от тоски?

Я чуть повернула голову — губы случайно коснулись его мочки уха. Он замер на целую секунду, а потом рывком прижал меня к груди так крепко, что я спиной почувствовала каждое его ребро, каждый удар сердца.

— Посмотри на меня, — он пальцем приподнял мой подбородок, заставил глаза в глаза встреться.

Пар от горячей ванны ещё не развеялся, его зрачки такие тёмные, бездонная яма — и в этой яме только я. Чётко, до самой мелкой чёрточки, только я.

— Я уже почти с ума сошёл от этого ожидания, — голос его такой хриплый, глубокий, что я ноги почувствовала, как ватные. — Каждый Новый год, когда ты приезжаешь с моим братом, сидишь на диване в этом своём мягком свитере, улыбаешься, а глаза как два полумесяца — я должен убегать на балкон, курить одну за одной, чтобы не зайти в комнату и не отобрать тебя прямо у него на глазах.

Слёзы сразу брызнули из глаз, упали прямо на его ладонь, горячие.

Я тоже. Каждый раз, как мой бывший срывается на меня и кричит, каждую ночь одна в пустой кровати, я листаю инстаграмм, вижу его новые фото — и сразу сжимаю зубы до скрипа, повторяю как молитву: это брат мужа, нельзя, нельзя хотеть его.

Но чем сильнее