Князь из стали - Сергей Жуков

Сергей Жуков

Князь из стали

Глава 1

— Эй, хватит стоять тут как истукан. Мне нужны ответы, — постучал я кулаком по ледяному металлу доспеха, стоящего передо мной.

Я умер? Что это за место? Почему моя душа находится в чужом теле и я не чувствую связи со своим источником? Голова раскалывалась. Мысли путались, словно кто-то перемешал воспоминания в огромном котле и вывалил обратно без всякого порядка.

— Неужели ты думаешь, что тебя защитит этот доспех? — вновь ударил я по стоящей передо мной железяке и она отдалась гулким звоном металла.

Сейчас я тебя выкурю оттуда и ты ответишь на все мои вопросы, хочешь ты того или нет.

Направив руку под ноги стоящему без движения человеку в доспехе, я сделал последнее предупреждение:

— Я чувствую тебя, твою душу внутри и даю шанс самому вылезти из этой консервной банки.

Оглушительная тишина тёмного переулка стала мне ответом.

Что же, ты сам избрал свой путь. Сфокусировавшись, я создал в руке поток пламени, направляя его под ноги молчаливому воину.

— Какого чёрта⁈ — воскликнул я.

Из моей руки, вместо всепоглощающего пламени преисподни показался огонь затухающего костра. Таким не то что ведьму сжечь не выйдет, даже чай не вскипятить. Что произошло с моим источником? Ладно, с этим я ещё разберусь.

Сделав шаг к солдату в доспехе, я приложил руку к шлему, напоминающему старое ведро, и вновь создал пламя. Медленно, но верно оно докрасна раскаляло доспех.

— А ты стойкий воин, — уважительно произнёс я, по-достоинству оценив то, как молча и неподвижно таинственный рыцарь выдерживал нестерпимую боль.

— Пожалуй, чересчур стойкий, — отпрянул я, взглянув на две выпуклые стекляшки, за которыми должны были быть скрыты глаза.

Там что, никого нет? Но я отчётливо ощущаю внутри душу и при этом не чувствую маны. Значит, это не конструкт, а обычный воин. Или…

— Только не говори, что ты, идиот, умудрился перенести туда свою душу целиком, не успев оживить конструкт с помощью маны? — задал я риторический вопрос, зная, что запертая внутри искусственного тела душа не способна ответить.

При своей жизни, я видел немало случаев, когда неумелые призыватели переносили всю свою душу в тело конструкта. Вернуть её был способен лишь маг очень высокого ранга. Но делать это было практически бесполезно, ведь при вселении в конструкта душа повреждалась так сильно, что уже мало напоминала человека.

Что же, стихийная магия похоже осталась со мной, хоть и ослабла до ранга ученика. Теперь осталось проверить свой главный родовой дар.

Приложив обе руки к холодному металлу, я стал вливать ману, стараясь оживить творение, что стояло передо мной.

Я почувствовал тепло, проходящее через ладони. Это был верный признак того, что моя главная сила всё ещё при мне. Я был не просто призывателем. Я был создателем, творцом. Мой дар позволял оживлять рукотворных созданий — конструктов и повелевать ими, вселяя туда крохотную частицу своей души.

И сейчас, при помощи маны, я дал жизнь доспеху, явно сделанному из мусора и подручных материалов, но с чьей-то душой, запертой внутри.

По металлическому телу пробежал импульс и его рука дёрнулась. Голова, походящая на старое ведро, со скрипом повернулась и в глазах — окулярах я увидел проблеск разума.

— Теперь я твой… — начал было я, но не успел закончить фразу.

Конструкт бросился на меня, в отчаянной попытке убить.

Старые рефлексы и выработанное сотнями битв чутьё спасло меня от мгновенной смерти. Отпрыгнув в сторону, я не позволил ему проломить мою новую голову рукой, сделанной из ржавой водопроводной трубы.

Заметив большую лужу, я решил создать водяное лезвие, чтобы отсечь металлическую руку, которая неуклюже застряла в земле, но вместо смертельной атаки, у меня получилось лишь окатить конструкта грязной водой.

Похоже, мне предстоит вновь осваивать все техники с нуля. Ну не беда, сделал это раз, сделаю и второй. Главное не помереть сейчас от рук своего же творения.

Противник вновь бросился в атаку. Но на этот раз, у меня было время осмотреться и в голове сразу возник план.

Создав воздушный поток, я сдвинул мусорный бак на колёсиках точно под ноги движущемуся конструкту. Он неуклюже запнулся и повалился на асфальт. От удара при падении у него отвалилась одна рука.

— Какой остолоп тебя создал? — покачал я головой. — Позор, да и только!

Создание оскорбилось и тут же попыталось броситься на меня. Но сделать ему это было непросто, ведь я не терял времени и, пользуясь его падением, подскочил и расплавил шарниры на металлических ногах, служащих ему коленями.

Конструкт неуклюже пытался встать, но не имея возможности согнуть ноги, сделать этого не мог.

— Похоже, пора освободить твою застрявшую душу и отпустить её на небеса, — тихо произнес я, поднимая руку.

И тут я увидел в его глазах страх. Нет, это был даже не страх. Это был животный ужас. Конструкт схватил отвалившуюся руку и начал размахивать ей, пытаясь меня достать, но я лишь снисходительно улыбнулся.

А затем…

— Ты что, смог сохранить неповреждённый разум? — тихо произнёс я, опуская руку.

Беспомощный и поверженный конструкт в отчаянном жесте поднял свою же оторванную руку, прицепив на её конец грязную белую тряпку, что валялась рядом с ним. Этот жест не мог быть простой случайностью. Он поднимал белый флаг, признавая своё поражение и прося пощады. Внутри него, похоже, заперта неповреждённая душа человека.

— Ты не хочешь умирать? — медленно подошёл к нему я.

Голова робота утвердительно кивнула.

Робот, какое интересное слово. Я точно не знал такого, в своё время я называл подобных конструктов големами. Впрочем, этот выглядел гораздо сложнее и мудрёнее самого совершенного голема.

Голова раскалывалась, переполняемая нахлынувшими знаниями. Применяя свой дар, я коснулся запертой внутри него души и успел получить часть её знаний и воспоминаний. Они вспыхивали, словно яркие огни, проливая свет на здешний мир и на жизнь тела, в котором я оказался.

— Кто ты? — властно спросил я у него.

Робот не мог ответить. Он беспомощно озирался по сторонам и, наконец, найдя кусок ржавой палки, нацарапал на земле имя:

«Саша»

— О, тезка, — усмехнулся я, а затем мои глаза расширились.

Он коряво вывел фамилию. И она была мне хорошо знакома. Потому что это была моя фамилия.

«Кузнецов.»

Опустив взгляд на себя, я впервые обратил внимание на новое тело. Старый, потрёпанный пиджак и синие джинсы. Ничего благородного, кроме одной небольшой детали — выцветший