Мысли буддиста - Бидия (Читта-Ваджр) Дандарон

Б. Д. Дандарон

(Читта-Ваджр)

МЫСЛИ БУДДИСТА

*

2-е издание, электронное

Текст книги печатается в редакции

Г. А. Монтлевич

© Дандарон Б. Д., 2020

© Пупышев В. Н., предисловие, 2021

© Юрченко К. А., дизайн обложки, 2021

© Оформление,

ООО «Издательство «Евразия», 2021

Предисловие. Воспоминания

В. Н. Пупышева

Намо Гуру Видьядхарая!

Поклоняюсь Учителю Видьядхаре!

Автор предлагаемой вниманию читателя книги — это человек-легенда. Есть хорошее русское слово — подвижник. Его жизнь — это жизнь подвижника. И, как всегда в таких случаях, трудно отличить, что же из того, что о нем рассказывают, происходило в действительности, и что в форме притчи передает реалии его духовного пути. Я склонен полагать, что и то, и другое одинаково важно. И все же в своем рассказе я буду придерживаться того, что мне достоверно известно из некогда услышанных мною его слов, из рассказов его родственников и учеников, из рассказов друзей, которых у него было больше, чем недругов и недоброжелателей.

Называют разные даты его рождения, с расхождением в пределах месяца. Я склонен считать наиболее вероятной дату 14 декабря 1914 года. Отцом его был известный бурятский религиозный поэт и тантрист, философ Агван Силнам Тузол Дорже Шоб (Бадмаев), а матерью вдова Балжима. При рождении он получил имя Бидиядара (Держатель Знания — от санскритского Видьядхара). Было у него также детское имя — Зидда-Базар (санскр. Читта-Ваджр — Алмаз Мысли). Как рассказывают, еще в сталинских лагерях он написал книгу «Необуддизм», которую смог вынести при освобождении поляк Кокошка. Впоследствии по данным, которые мне трудно проверить, эта книга вышла в Таиланде под именем Зидда-Базар. Говорят, что именно с этой книги началось необуддийское движение.

Сохранился рассказ женщины, подруги матери Бидиядары. Ей приснился сон, что солнце упало с неба и скатилось ей в руки. Она пошла и подарила солнце своей подруге Бал-жиме. Проснувшись, она рассказала о своем сне Балжиме. Вскоре выяснилось, что Балжима беременна. И подруге долго потом было жалко, что солнце во сне она отдала Балжиме, а не оставила себе. Отчество и фамилию наш Учитель получил по первому мужу Балжимы — «Бидия Дандарович Дандарон» стояло у него в паспорте.

Рассказывают, что после рождения Учителя к его отцу прибыла делегация тибетцев, которые заявили, что им известно, кто у него родился, и что они просят отдать его в Тибет. Отец ответил: «У него другие задачи. Он нужен здесь».

Отец Бидии Дандаровича был незаурядным человеком и сильным йогом, учеником Лубсана Сандана Цыденова, будущего Учителя также и Бидии Дандаровича. Находясь в составе бурятской делегации на коронации Николая II, Лубсан Сандан единственный из присутствовавших не преклонил колен перед царем: «Духовный владыка не должен кланяться светскому».

В это время Учитель Лубсан Сандан еще не носил титула «Дхармараджи» — Царя Учения в трех мирах: мире страстей, или нашем мире; мире форм, или мире богов и других бестелесных существ; и в мире без форм, или мире высоких духов. Он получил его позже.

На рубеже XX века настоятель одного из монастырей Гумбума Джаягсэн-гэгэн посетил Бурятию. С ним вместе был известный Акпа-гэгэн. Они обсуждали с Учителем Лубсаном Санданом и Агваном Силнамом при участии настоятеля Чесанского дацана и еще двоих лам проблему будущего буддизма в Бурятии.

Вскоре после отъезда Джаягсэн-гэгэна и Акпа-ламы Учитель Лубсан Сандан и Агван Силнам вышли из состава лам Кижингинско-го дацана и со своими учениками поселились на поляне Соорхэ (Ламын-Сорхой) в двадцати километрах от Кижинги. Именно в это время, в период углубленного погружения в созерцание Ваджрабхайравы, Лубсан Сандан был назван Дхармараджей. Его выход из дацана был первым шагом той реформы в буддизме, которую Учитель Лубсан Сандан начал, а его ученик Бидиядара Дандарон затем продолжил.

Пожалуй, это была самая значительная реформа в буддизме со времен Цзонхавы. В современном мире, полагал Учитель Лубсан Сандан, только дацанская форма существования буддизма не сможет сохранить традицию Учения. Это его мнение подтвердилось позже разгромом дацанов в СССР, а затем в Монголии и Китае. Нужна и иная форма, предполагающая жизнь в миру, как это делали еще тысячу лет назад великие буддийские йоги Индии (Тилопа, Наропа и другие), жизнь, посвященная духовному совершенствованию. Сам Учитель Лубсан Сандан посвятил созерцанию в затворе 23 года. Эта жизнь должна была быть дополнена традициями практик, не имевшихся в Бурятии, и с этой целью его ученик Агван Силнам был послан в Китай для получения некоторых посвящений; ученик передал своему Учителю эти посвящения, и Учитель и ученик стали друг для друга Учителями, а также и учениками. Так создавалась в Бурятии первая мирская буддийская Сангха (Община). Затем в 1920 г. Учитель Лубсан Сандан передал своему ученику Бидиядаре свою правомочность Дхармараджи и назвал его своим духовным наследником. Еще одно, что считал необходимым для новой формы буддизма Учитель Лубсан Сандан, было сохранение традиции дацанской учености. Его ученик, а впоследствии наш Учитель, Б. Д. Дандарон был выдающимся буддийским мыслителем и крупным ученым. Кроме работ по Дхарме (буддийскому учению) и буддологических работ, после ухода Учителя остался его труд по истории западной философии — трактат «О взаимоотношении материи и духа».

Учился, работал, женился. Затем с семьей уехал в Ленинград, где поступил в Институт авиаприборостроения (ЛИАП). Его сын от этого брака Леонид Бидияевич сейчас работает в Бурятском научном центре АН СССР, а дочь после его ареста в 1937 году и затем ареста его жены Шулуновой Елизаветы Андреевны была помещена в один из детдомов, и следы ее затерялись. Жена в скором времени была выпущена, смогла найти только сына и скоропостижно умерла от тифа по пути на родину. Сына воспитали родственники в Улан-Удэ.

Под следствием Бидия Дандарович находился полтора года, сидел в политической тюрьме в Ленинграде, что на улице Воинова. Через полтора года особым совещанием он был приговорен к расстрелу, но, как рассказывал он сам, после имитации расстрела во дворе «Крестов» приговор заменили 25 годами тюрьмы, как «панмонголисту и японскому шпиону».

После нападения на нашу Родину фашистской Германии Бидия Дандарович, находившийся уже в одном из сибирских лагерей, написал заявление с