Украинский национализм и СВО. Исторические размышления - Владимир Борисович Миронов

Миронов Владимир Борисович

Украинский национализм и СВО

Исторические размышления

© Миронов В.Б., 2026

© ООО «Издательство „Вече“», 2026

Предисловие

Украина при Петре

На фоне победы Петра Великого над грозными шведами как-то в тени остаётся тема его битвы за Украину. А между тем та стала местом главного сражения России с ранее непобедимым воителем Запада. Подчеркну один важный момент: Карлу удалось провести русского царя и тот смог соединиться с Мазепою. Отношения с Украиной обрели невиданную остроту. Через неё и через Польшу цари, элиты получали доступ к Европе. Ведущая роль украинцев была заметна, и в 1686 г. патриарх Иерусалимский Досифей настаивал, чтобы «в Москве был сохранён старый порядок вещей, чтобы там не было игуменов, архимандритов казачьих людей (украинцев), но только московские». Украина – земля, где знать наследует польское влияние. Православная церковь почувствовала опасность западничества.

Украинцы известны как учителя и воспитатели сыновей русской знати; из их рядов вышло немало ораторов, кто на празднествах и торжествах в России витийствовали, восхваляя благодетелей. С. Полоцкий, приехав в Москву в 1663 г. с Украины, до 1667 г. был учителем царской семьи. Его ныне считают величайшим учёным России тех лет[1]. Этому народу свойственны как некие достоинства, так и большие недостатки.

Современнику непросто его понять. Следует прочесть труд М.С. Грушевского «История Украины-Руси» (написанный с позиции укрофила и русофоба). «Гусь свинье не товарищ!»[2] Живя и обучаясь во Львове, бывшей Галиции, Грушевский стал глашатаем идеи, что Киевская Русь – центр и начало исключительно украинской государственности. Он отрывает Киев от Руси! Российская академия наук признала украинский язык самостоятельным языком, а не одним из наречий русского (1903). Власти империи запретят его преподавание в школе[3]. В отместку те лишают русский язык элементарных прав. Но в XVII в., когда русский народ бился со шведами, малороссы были на стороне России. А вот её знать желала союза с Польшей, на которую ориентировалась. И не случайно Швеция и Карл XII в планах нападения на Россию рассчитывали на помощь украинцев, запорожских казаков, крымских татар в войне. История земель «независимой Украины» второй половины XVII в., как и в конце XX – начале XXI в., являла собой пример кровавого хаоса, смуты, междоусобиц, предательств её знати.

Турция тогда мудро заняла нейтральную позицию, не желая ссориться с Россией из-за Украины. Турецкий султан запретил крымскому хану выступать на стороне шведов против русских. В 1709 г. шведы сообщают крымскому хану Девлет-Гирею, что запорожцы Сечи с ними заодно. «Мы стоим на пути, по которому татары обычно ходили на Москву. Теперь и они пойдут туда с нами», – такие сообщения поступали из шведской армии в Стокгольм с Украины. Возникла угроза тройного удара против Петра I и России – со стороны шведов, крымских татар и запорожцев. В сложной ситуации русским удалось решить вопрос с помощью денег. Петру I с помощью эмиссаров удалось подкупить часть больших султанских чиновников (в Стамбул было отпущено 5500 рублей золотом и на 10 000 собольих шкурок). Султан запретил крымцам выступать против русских, заодно и запретил принимать запорожцев в состав Крымского ханства[4]. Турки тогда были мудрее.

Исторически Малороссии (её хотят сделать анти-Россией) суждено было стать субъектом постоянных интриг против России. Народ Украины был раздираем своей знатью между Польшей, Австрией, Турцией и Россией. Поэтому у царя Алексея Михайловича в отношении малороссов (украинцев) было две тактики: мирная – найти на Украине среди оппозиции силы, что могли бы обуздать бунтующую, а порой разбойничью Украину, и силовая – решить вопросы военным путём, возможно, с восстанием прорусской части. Собственно, сегодня мы находимся в схожей ситуации. Нужно опираться на прорусские силы, а они там есть.

Тем более что угнетение малороссов поляками часто вызывало в их среде восстания. В 1625 г. поднялись казаки и крестьяне во главе с Жмайло. В 1630 г. вспыхнет восстание Трясило, в 1635–1638 гг. следует цепь восстаний Сулимы, Павлюка, Остряницы, Полторакожуха. Их жестоко подавляли, истребляя восставших. Вождей поляки подвергали истязаниям, казням. Ясновельможные господа и дамы приходили полюбоваться, как тех вешают на крюках под рёбра, ломают кости на колесе, зажаривают заживо в медном быке. Участники восстаний и мирные жители, охваченные ужасом, бежали от смерти в Россию. Беженцев расселяют в районах Харькова, Сум, Изюма, Чугуева, Острогожска, ибо земли те принадлежали не Польше, а московскому царю.

Так возникла еще одна «украина» – Слободская, получившая название в силу того, что переселенцы жили в слободах, освобождаемых от налогов. За это те должны были нести службу по охране границ, получая жалованье от русской казны[5]. Особо подчеркнём: то, что сегодня называют Малороссией, Слободской Украиной, является сугубо российским детищем. Обратимся к поляку М.К. Любавскому, автору глубокой книги по истории русской колонизации. Для постройки городов и укреплений на этих землях были вызваны посошные люди низовых городов. Сюда хлынули люди «со всего Заднепра, даже из Заднестра», хлынули в бесчисленных количествах и «повольно» (т. е. по своей воле). Им не хватало места в Малой России, они стали заселять Великую Россию, за реками Донец и Дон. «В это время (в эпоху руины) Украйна, раздиравшаяся внутренними усобицами, подвергалась беспрестанным опустошениям со стороны турок и татар». Ей и оказывало большую помощь московское правительство. Выполнение задачи «поребовало от русского народа больших средств и усилий, но зато и вознаграждение было с лихвой. Русский народ получил возможность развивать своё земледельческое хозяйство на тучном чернозёме при более благоприятных климатических условиях, чем в лесной области…»[6] Так появились городки Богодухов (1668), Городное (1672), Красноутск (1668), Колонтаев (1665), Рублёв (1677), Мурахва (1665), Харьков (1656), Золочев (1676), Соколов (1675).

Среди тех, кто заселял эти земли, были преимущественно русские люди, поселяли тут татар и мордву, а также конных казаков. Все они получали от России на первых порах деньги и хлебное жалованье, пока не обзаведутся хозяйством. Эти и другие города, местечки созданы русскими, народами России и останутся Россией! Хотя в этой пёстрой массе, конечно же, были и те, которые их положением и привычками тяготели к Польше. Но ещё больше среди колеблющейся публики было тех, кто был готов за злато продать душу и тело кому угодно. Ф. Уманец в XIX в. писал о двойственной натуре малороссов (в основном, конечно, привилегированной части), тяготевшей к Польше, но в трудные минуты истории вынужденной обращаться за защитой к России. «Отношение малороссиян к Польше было иным. Та являлась им во всём обаянии ягеллонской унии… в блеске западной