Бывшие. Я загадала папу - Татьяна Тэя

произносит свои слова, я на мгновение замираю. Шок обрушивается на меня, как холодная волна. Я могу лишь моргать и, будто рыба, молча открывать рот.

Чего угодно я ожидала от Дивова услышать, только не это!

– Что? – выдыхаю я, не веря своим ушам.

Мысли скачут в попытке осмыслить то, что он сказал. Притворяться его невестой? Это звучит как плохой сценарий комедийного фильма.

Сердце начинает биться быстрее, и я чувствую, как по спине пробегает холодок. В голове крутятся вопросы: как он до такого додумался? Почему считает, что я соглашусь на подобную глупость?

– Ты серьезно? – спрашиваю с наездом. – Нет, это шутка. Какая-то несмешная.

– Я серьёзно.

Марат даже не улыбается больше.

– Ты что, с ума сошел? – мотаю головой, отказываясь верить в его предложение. – Я не могу притворяться твоей невестой! Это же абсурд!

– Почему абсурд? Мы же раньше встречались. Ну… снова сошлись, – настаивает он. – Так бывает.

– Марат, представь, как это будет выглядеть! Мы то знаем, что это игра. А твой отец? Что он подумает, когда мы потом решим не сочетаться браком?

– А может не решим?

Я хмыкаю с горечью.

– Чудесно! Сначала фиктивные отношения, потом фиктивная свадьба? Сразу нет!

– Отец ничего не заподозрит, – возражает он. – Главное результат! Да и если я не займу кресло руководителя фирмы, Димас всё похоронит!

– Знаешь. Мне вообще плевать на твоего Димаса. И ваши внутрисемейные разборки.

– Я понимаю…

– А обо мне ты подумал? Если кто-то узнает, что мы типа жениться собираемся, потом разбежимся, я ж дурой буду выглядеть, которую дважды кинули.

– Сама меня кинешь. Можно прилюдно. Разыграем сцену. – Марат отмахивается от моего аргумента.

Чувствуя, как внутри меня растет сопротивление.

– И давно ты в актёры подался? Театральный уже закончил?

– Да нет, я самоучка.

– Оно и видно, – бросаю в сердцах и отворачиваюсь, хватаясь за первый попавшийся под руки предмет.

Им почему-то оказывается нож.

Горячие ладони Марата ложатся мне на плечи. И я подскакиваю от неожиданности.

Чёрт… он слишком близко!

– Юля, пожалуйста.

Развернувшись, я сама того не желая, наставляю на Дивова нож.

– Вау… полегче. Не обязательно кромсать меня на оливье из-за моего предложения. Может, это звучит странно, но… Давай я тебе заплачу, и ты будешь воспринимать это как работу?

Теперь нож с громким стуком падает из моих ослабевших пальцев.

Что он сказал? Что предложил?

Каждая клеточка моего тела протестует против этой идеи. Я не могу и не хочу стать частью его выдуманной жизни. Ни за спасибо, ни за деньги.

Мои эмоции колеблются между гневом и растерянностью, и я понимаю, что это предложение не просто абсурдно, оно немыслимо!

А ещё это значит оказаться наедине с Маратом в осином гнезде, называемом отчим домом.

– Чудесно, теперь купить пытаешься.

– Господи, ну что с тобой, Юля. Какое купить?

– А о моём ребёнке ты подумал? Каково Дарине будет?

– А что Дарина? Ты сама о ней подумала?

– В смысле?

– Деньги лишними не будут. Отложишь ей на… не знаю на что. На что хочешь! К морю ребёнка летом свозишь!

Точно… море… знает, на какие триггеры надавливать! Обещала же!

А пока на море что-то не очень копится!

Я смотрю на Дивова с недоумением.

– Ты серьезно? – повторяю, не веря своим ушам. – Ты предлагаешь мне деньги за то, чтобы я притворялась твоей невестой? Как долго? День? Два? Неделю?

– Несколько дней.

– Нет.

– Я готов дать тебе хорошую сумму. Ты сможешь использовать эти деньги на что-то важное для себя, для дочери. А я получу доверие отца и доступ в семейный бизнес.

Мои эмоции накаляются. Я чувствую, как внутри меня поднимается волна гнева.

– Я не могу, Марат, – отвечаю с решимостью. – Даже если ты предложишь мне целое состояние, я не смогу согласиться на такое.

– Пожалуйста, подумай об этом, – говорит он, но я всё еще не сдаюсь.

– Нет, Марат, – решительно отвечаю я. – Я не могу и не буду играть твою фиктивную невесту.

Не знаю, сколько бы ещё длился наш спор, если б в этот момент из спальни не вышла Даринка. Маленькая сонная зайка, взлохмаченная после сна. Светлые кудряшки торчат во все стороны. Маленькие кулачки трут глазки.

– Ма-а-м… доброе утро, а где мой рюкзачок? Там кроля, он спал без меня. Испугался, наверное. Звал, а я не слышала…

– Доброе утро, солнышко, я… не знаю, – верчу головой по сторонам.

– На кресле, – подсказывает Марат.

И я, выскользнув из-под его руки, направляюсь к креслу. Розовый с радужными пони рюкзак лежит сверху. Расстегиваю верхний отдел, намереваясь достать Кроля – мягкую тряпичную игрушку, которая с самого рождения с Даринкой. Но моя рука вместо тёплой ткани натыкается на холодный металл. И я вытаскиваю связку ключей из рюкзака дочери.

Это они… от нашей квартиры.

Готова запрыгать от радости.

Но внешне спокойна и говорю довольно прохладно.

– Ключи нашлись. Мы, пожалуй, поедем домой.

Глава 10

Утро добрым не бывает.

Конкретно это, можно признать самым поганым утром из всех поганых утр в моей жизни. А начиналось всё не так уж плохо. Я у Дивова даже выспалась. Видимо, организм, пребывая в шоке от событий предыдущего дня, решил отключиться. Дальше, правда, всё пошло не по плану.

Во-первых, бредовое предложение Марата.

Во-вторых, моя реакция на него.

Я, конечно, отнекивалась, но в глубине души мне очень хотелось согласиться… Почему-то.

Наверное, ты не готова сейчас расстаться с ним… хочется продолжить общение, – подмигивает дерзкая Юля в моём воображении.

Но не дерзкая Юля, а вполне себе земная, продолжает говорить нет.

Даже когда настойчивый Дивов везёт нас на завтрак в кофейню, где продолжает убалтывать.

Моё «не стоило» его тоже не останавливает. Он кормит Даринку вкусными блинчиками, а меня сказками про белого бычка.

То на жалость давит, то к разуму призывает.

А я держусь.

Деньги мне, конечно, нужны, но не настолько же!

Однако, когда приезжаем домой, получается, что деньги мне всё-таки очень нужны.

Едва приближаюсь к двери родной квартиры, как соседняя открывается.

– Юля, – выглядывает Марина Павловна. Она выглядит обеспокоенной и с сочувствием смотрит на меня, словно знает, что