Шторм в сердце империи - Ян Анатольевич Бадевский

— Байт! — позвал я.

Дверь открылась, впуская моего бойца.

— Ваше благородие.

— У нас тут куча пассажиров, — перехватываю вопросительный взгляд убийцы и спешу уточнить: — Пусть живут. Высадим где-нибудь. Но нам придётся развернуть дирижабль в сторону Фазиса. Это наш трофей. Избавиться от трупов ещё. После этого доставишь ко мне секретаря.

— Кто из них секретарь?

— Шестая каюта справа. Если от мостика считать.

Прыгун кивнул.

— Сейчас не трогай его, — добавил я. — Прибраться надо.

— Нужна помощь?

Я раздумывал недолго.

— Умеешь управлять этой штукой?

— Никак нет, ваше благородие.

— А если под чьим-то мудрым руководством?

Мусаев слегка приподнял бровь.

— Я имею в виду Бродягу. У нас такая библиотека, что наверняка отыщутся инструкции по управлению цеппелинами.

— Сейчас он на автопилоте?

— Да.

— Нам не проще доставить сюда кого-нибудь из своих?

Хороший вопрос.

Бродяга смотается в Красную Поляну за считанные минуты. Но людей нужно поднять из постелей, дать время на сборы, поставить задачи и перебросить на дирижабль. Минут сорок, не меньше. А я при этом спешу. С другой стороны… Байт, не будучи специалистом в воздушной навигации, провозится гораздо дольше.

Но лишний шум я тоже производить не хочу.

Будить Джан, Маро, Федю…

— Справимся сами, — отрезал я.

И мысленно позвал Бродягу.

— Я прекрасно вас слышу, Сергей, — раздался бесстрастный голос.

— Нам нужно сменить курс этого борта, — сказал я. — Байт сядет в кресло пилота. Поможешь ему?

— Видимо, от меня требуются инструкции, — догадался домоморф.

— Ты всё правильно понимаешь.

— Есть способ проще. Я уже стал частью этого аппарата. Могу без проблем взять управление на себя.

— Прекрасно, — одобрил я. — Разверни цеппелин к Фазису. Сбрось высоту до нескольких десятков метров. По дороге я хочу избавиться от тел в каком-нибудь безлюдном месте. Подойдёт лес.

— Будет исполнено.

Прямо на наших глазах автопилот отключился — я это понял по смене индикаторов в верхней части приборной доски. Заработали маневровые винты, и дирижабль начал неспешно разворачиваться. Через обзорное окно я мог видеть меняющуюся картину огней далеко внизу. Судя по открывшейся панораме мы пролетали над каким-то посёлком. Ничего похожего на большие дома и радиовышки здесь не наблюдалось.

— Ищи лес, — напомнил я домоморфу.

Не то, чтобы меня напрягали трупы, но хотелось бы от них избавиться.

Стрелял я каббалистическими патронами, но гильзы не помешает собрать. А вообще, допускать на дирижабль ясновидцев в обозримом будущем нельзя. Слишком много здесь ненужных им слепков. Меньше знаешь — крепче спишь.

Поэтому я заберу цеппелин себе!

Бродяга, сросшийся с дирижаблем в единое целое, менял курс, а я присматривал за герцогскими слугами сквозь прозрачные стены и размышлял над дальнейшей стратегией. Стоит признать, что началось открытое противостояние с Раевскими и Гамовыми, поскольку это негласные союзники. Что означает потенциальное втягивание в конфликт двух Великих Домов. Это же основа клановых оборонных доктрин — размажь по стенке того, кто осмелится бросить вызов даже слабейшим в иерархии. А тут даже не слабейшие. Династии, с которыми я сцепился, очень влиятельны и входят в правящие ядра. Чтобы выиграть, мне придётся устроить масштабный террор и запугать лидеров. А это непросто.

В теории я могу остановиться прямо сейчас.

За уничтожение винодельни и моих людей Раевский заплатил головой. Но вот вопрос: не спланирована ли эта акция двумя Родами? И второй вопрос: не происходят ли прямо сейчас нападения на другие объекты, принадлежащие мне? А для того, чтобы выяснить последнее, мне нужен секретарь Самуила Владимировича.

Дирижабль начал сбрасывать высоту.

Я ничуть не сомневался: механик ощущает смену курса. Но это понимание не сказывалось на действиях мужика — он наблюдал за состоянием движков, время от времени к чему-то прикладываясь. Я усилил и сфокусировал зрение. Ничего особенного. Просто термос с горячим напитком. Скорее всего, кофе.

Пока всё складывалось неплохо.

Главное, чтобы нас не вызвали какие-нибудь московские диспетчеры — мы ведь покидаем заданный воздушный коридор.

Диспетчеры нас не вызвали.

Зато начал потрескивать и пиликать динамик внешней голосовой связи. С нами пытались связаться по радио через ретранслятор.

— Что делаем? — уточнил Мусаев, занявший кресло капитана.

— Прими вызов, — велел я. — Импровизируй.

Бродяга отслеживать радиопередачи не мог. Даже если бы он взял пеленг, координаты передатчика вряд ли дали бы мне много информации.

Гадство, мы даже не знаем, как называется этот аппарат.

— Приём, — с серьёзным видом произнёс Мусаев, склонившись к микрофону.

Сквозь треск помех донёсся смутно знакомый мужской голос:

— «Пилигрим», как меня слышите?

Вот как мы называемся.

— Слышу хорошо, — уверенно заявил Мусаев.

— «Пилигрим», на связи барон Строев. С вами всё в порядке? — допытывался голос.

Я вспомнил, что это за хрен.

Командир гвардии Раевских.

Опасный тип, как мне докладывали. И верный, собака.

— У нас всё в порядке, — глухим голосом произнёс Байт и покрутил какую-то ручку, прибавив помех. Статический треск практически заглушил передачу.

— Вас плохо слышно, — недовольно пробурчал Строев. — Мы не можем связаться с Его Светлостью. Господин Раевский не отвечает на телепатические запросы. Можете его позвать к передатчику?

— Никак нет, — возразил Мусаев. — Его Светлость изволят почивать.

Опасный момент.

Но и проверить правдивость утверждения нельзя.

— По нашим сведениям, — продолжил Строев, пробиваясь сквозь треск атмосферного электричества, — на усадьбу Его Светлости совершено нападение. Предположительно за этим стоит барон Иванов. Проявляйте бдительность. А лучше включите энергетическую блокаду.

— Так точно, — подтвердил Мусаев. — Что-нибудь передать Его Светлости?

Похоже, мой диверсант вошёл во вкус.

— Максим Венедиктович волнуется, — доверительно сообщил Строев. — По возможности, свяжитесь с нами утром. Это личная просьба главы Рода.

— Понял, ваше благородие.

— До связи.

Приёмник отключился, и я с облегчением выдохнул. Прыгуны и прочие левитаторы мне сейчас ни к чему. Понятно, что мы их покрошим в капусту, но в моменте у меня другие планы.

Я вспомнил, что Раевские были потомственными ясновидцами. Если сила крови не дала сбой, Максим может взять в руки фотографию дяди, войти в транс и получить новость о смерти родственника. Без подробностей, сам факт. А раз он этого не делает… Значит, рангом не дотянул до подобных фокусов.

— Может… реально врубить блокировку? — развернувшись в кресле, Мусаев испытующе посмотрел