На цепи - Анна Жнец

в моих руках слишком жадно, но я видела, как трепещут крылья его тонкого носа, как украдкой он втягивает в себя воздух, пропитанный соблазнительными ароматами.

Настоящий чай, сладости — роскошь, недоступная рабам. Как долго он не видел такой еды?

— Приручаешь, как собаку? Бросаешь кость со своей тарелки. Хочешь посадить на цепь и чтобы я ел у тебя с руки.

«Хочу. Будешь», — подумала я, а вслух сказала:

— Может, у меня просто доброе сердце?

— Не надейся, что я стану ублажать тебя ради лишнего глотка воды и куска хлеба, — он снова жадно принюхался и сглотнул слюну.

— Не станешь? — подразнила я.

Желтые глаза прищурились.

Я улыбнулась и приподняла поднос с угощением:

— А ради чая и хрустящих сладких шариков?

Собственная шутка показалась мне забавной, но эльф вдруг оскалился, как животное, обнажив не только зубы, но и десны. От его взгляда по спине пробежала дрожь. Улыбка сползла с моих губ. Стало жутко. Рабская метка на рельефном плече больше не казалась надежной защитой от чужого гнева.

Какой же этот эльф огромный! Какой сильный! И опасный.

— Что ты… — в горле пересохло. Я не смогла договорить. Мысли заметались в голове испуганными птицами.

Дроу подобрался, как зверь перед прыжком. Его мышцы напряглись. Мускулы на плечах надулись. По бокам шеи проступили вены.

— Это всего лишь шутка, — сказала я, лихорадочно вспоминая заклинание для защиты. — Я не хотела тебя оскорб…

Эльф рванул вперед.

Поднос был выбит из моих рук. Краем глаза я заметила, как взметнулись в воздух мучные шарики, блестящие от сиропа. Раздался грохот, а за ним пронзительный звон. На юбке осели капли воды. По каменному полу разлетелись осколки.

Все произошло за секунду.

Миг замешательства. Желтые глаза напротив. Напряженный взгляд, направленный куда-то в сторону, поверх моего плеча. Серая рука, метнувшаяся к моей голове. Странный звук рядом с ухом. Как будто что-то хрустнуло.

«Он напал на меня!»

Опомнившись, я шепнула короткое заклинание — и невольник, хрипя, схватился за горло.

Металлический поднос все еще дребезжал на полу, мелко покачиваясь из стороны в сторону. Под босыми ногами раба захрустели осколки разбитых чашек. Он держался за шею и беспомощно хватал губами воздух, который я не позволяла ему вдохнуть. Мое сердце бешено колотилось.

— Я же к тебе по-доброму, а ты…

Как же так? Почему? Мне казалось, что он смягчился, начал оттаивать, я открыла ему душу — и вдруг такое.

Желтые глаза все больше распахивались. Хрипя, эльф пятился от меня и помечал свой путь кровью из порезанных ступней.

Злая и разочарованная, я опустила взгляд — и застыла. Остолбенела. Похолодела.

Среди осколков фарфора, блестящих лужиц разлитого чая и кусков размокшего печенья лежало нечто длинное и тонкое. То, что несколько секунд назад было живым, а теперь растянулось на полу безвольной, обмякшей грудой мяса.

Змея.

Необычная.

Серый призрачный аспид.

Благодаря особым волоскам на теле, эти змеи ползали даже по отвесным скалам. Они передвигались бесшумно и сливались с тем, что их окружает. С камнями, с песком, со стенами моей спальни.

Одна из самый ядовитых тварей пустыни сейчас лежала у моих ног с переломанным хребтом.

Глава 10

Он спас мне жизнь.

Уничтожил ядовитую змею, что пролезла в мой дом и приготовилась на меня наброситься. Секунда промедления — и все могло закончиться трагично.

Я думала об этом, пока помогала эльфу вытаскивать из раненых ступней осколки стекла, пока обрабатывала порезы особой заживляющей мазью, пока бинтовала ему покалеченные ноги. И вся тряслась. На волосок от смерти…

Почему он защитил меня? Мог ведь избавиться от нежеланной хозяйки, насладиться видом моей агонии, тем, как ненавистная человечка корчится на полу от боли. А вместо этого он…

После обеда полуденный покой был прерван внезапно нагрянувшими гостями. Две мои старые подружки ворвались в холл шумной песчаной бурей и утопили меня в ворохе вопросов.

— Это правда, Асаф? Правда? То, что говорят в городе?

— Ты купила нового раба?

— Эльфа с кожей серой, как лезвие кинжала?

Аза и Кефая дергали меня за руки, перебивая друг друга. Их карие глаза горели от возбуждения.

— Покажи нам его. Умоляю, покажи. Мы никогда не видели темных.

— Он в самом деле был гладиатором? Худят слухи, что ты забрала его прямо с арены, истекающего кровью.

Подружки не умолкали ни на секунду, аж разболелась голова. Их упрямой настойчивости невозможно было противостоять, и я попросила служанку заварить нам чаю и привести дроу в гостиную.

Для беседы я выбрала самую богатую комнату в доме с дорогими каларинскими коврами на стенах. Мы расположилась среди маленьких, вручную расшитых подушек на двух низких диванчиках, что стояли друг напротив друга.

Разговор не клеился. Девушки крутили чашки в руках и с нетерпением поглядывали на двери. Наконец их створки распахнулись. Гордой, уверенной походкой в гостиную вошел дроу.

Он был бос. Его ступни по-прежнему закрывали бинты, но эльф не хромал. Наверное, с таким лицом он ступал на арену, чтобы сразиться с монстрами пустыни и выказать жестокой, кровожадной толпе свое презрение. Широкие плечи расправлены. Спина прямая. Подбородок высокомерно задран. Не раб — воин, вождь.

При виде вошедшего мои гости зашептались:

— Смотри, смотри.

Аза скривилась. Взгляд Кефаи жадно огладил голый рельефный торс невольника. Из одежды на эльфе были только черные шаровары, низко сидящие на бедрах. Было заметно, что под просторными штанами ничего нет, никакого белья, крупное мужское достоинство при ходьбе свободно качалось под мягкой тканью.

— Вы звали, госпожа? — На серой челюсти эльфа играли желваки. Слова он выплевывал, как яд.

— Возьми опахало. Вон там, в углу. Будешь обмахивать меня во время беседы с моими гостями. Сегодня жарко. Как, впрочем, и каждый день летом.

Эльф сжал зубы сильнее, но развернулся, чтобы вытащить из плетеной корзины длинный стержень с веером на конце. Рядом со мной на диванчике шумно сглотнула Кефая. Ее заворожила красота полуголого мужчины. Его широкая спина с узлами тугих, перекатывающихся под кожей мышц. Две сладкие ямочки на пояснице над краем приспущенных штанов. Упругие ягодицы, в ложбинку которых забилась ткань шаровар.

Я вспомнила, что моя подруга уже три года как вдова и, по ее словам, давно не предавалась утехам плоти.

«У нее сейчас слюна изо рта закапает», — мелькнула мысль.

Под плотоядным взглядом Кефаи дроу встал за нашим диванчиком и небрежно замахал веером из перьев павлина. При