Ополченец - Андрей Михайлович Авраменков

Спустя час Сокол повел большую группу людей, среди которых были Егор и Андрей, прямиком в здание мэрии. На входе стояло оцепление, но оно состояло из местных, поэтому они расступились и без стычек пропустили группу Владимира Соколова. Для многих митингующих и сотрудников городской администрации это было совершенной неожиданностью. Они не понимали, что произошло. Большая часть подумала, что это группа переговорщиков отправилась донести свои требования назначенному Киевом мэру. Люди даже немного затихли, ожидая, что же будет дальше.

…Мало кто знал, что милиционеры из Винницы сейчас были заперты в одном из общежитий МВД. Их охраняли местные правоохранители, следили, чтобы те не вышли. Приказ отдал лично начальник милиции города Роман Овчаренко…

Дальше произошло то, что вызвало ликование митингующих. Окно второго этажа открылось, и оттуда показался российский флаг. Площадь перед мэрией в одну секунду наполнилась криками радости. Из соседних окон появились флаги ВДВ и Всевеликого войска Донского.

Через полчаса из здания вышел Сокол с несколькими людьми. В руках у Владимира был мегафон, он волновался. Егор, стоявший рядом, это заметил, но в то же время от него шла уверенность и сила.

– Меня зовут Владимир Соколов, – громко сказал мужчина в защитном камуфляже и с двумя медалями на груди. Люди затихли, слушая каждое слово. – Я официально объявляю, что власть в Ленинске отныне и навсегда принадлежит народу! – При этих словах горожане одобрительно загудели.

– Город переходит под защиту народного ополчения. Я призываю всех мужчин, которые могут держать оружие, вступить в наши ряды, чтобы защитить свои дома. Прежде всего, это касается профессионалов.

Владимир впервые выступал перед сотнями людей. Он напряженно всматривался в их лица и находил в них одобрение. Это придавало уверенности.

– Мы присоединяемся к требованиям Луганска и Донецка к киевской власти. Требуем автономии! Сегодня мы подготовим официальное заявление по этому поводу и опубликуем его. Ленинск – вместе с Донбассом!

– Да! – раздались крики из толпы.

Милиция стояла рядом и не препятствовала Соколову. Люди кричали: «Милиция с народом!» Через время силовики покинули площадь.

– Победа будет за нами! – подытожил Владимир и, выключив мегафон, развернулся и направился назад, в мэрию. Рядом с ним были Армен и Егор.

* * *

– Сделай чаю, родная. Да не дрожи, все хорошо, – успокаивал Андрей секретаршу. – Мы свои. Думаешь, обидим тебя? Глупости, никто тебя не тронет. Ну, давай, а то в горле пересохло и зябко что-то у вас в администрации.

Девушка, пытаясь прийти в себя после того, как в здание ворвались неизвестные люди, некоторые с оружием, встала и сделала несколько шагов. Андрей вовремя подхватил ее, так как она, вероятно, потеряла сознание. Тихо выругался. Взял ее на руки и положил на стол. Ничего лучшего ему в голову не пришло. В этот момент в предбанник кабинета мэра вошел Сокол с мужиками. Он удивленно посмотрел на все это.

– Андрюха, что ты делаешь? Не время развлекаться!

Все засмеялись.

– Да ну вас, – отозвался парень. – Надо нашатырь найти. Перенервничала девчонка.

– Оно и немудрено, – согласился Егор.

В кабинете сидел мэр, поставленный Киевом. Рядом с ним стояли два человека, автоматы висели у них на плечах. Градоначальник старался держаться спокойно, в целом у него это получалось.

– Ну что, пора в путь-дорогу, родной! – сказал Сокол, как только вошел. – Отправляйся к себе домой, в Киев. Или откуда ты там?

– Я из Чернигова… – зачем-то вставил тот.

– Ну вот, давай в Чернигов. К семье, к друзьям. Ты нам даром не нужен. Вали отсюда.

Мэр испытал облегчение и собирался уже уходить.

– Но сначала ты расскажешь всю информацию, которую знаешь, – остановил его Владимир.

– Да вы что, я обычный чиновник. Что я могу знать? Меня поставили сюда, я и месяца не проработал в Ленинске. Все бумаги лежат в столе, еще часть у секретарши. Что от меня-то надо?!

– Нам на твои бумаги начхать! Нужна неофициальная информация, – надавил на него Соколов.

– Что вы имеете в виду?

– Мне нужны нацики, «правосеки». Их схроны, их базы в нашем районе. Все, гнида, рассказывай! И не говори, что ты им не помогал. Все на тебя тут завязано было. Я уверен в этом, – Владимир злился. Егор впервые увидел его таким агрессивным.

Соколов хорошо использовал психологический прием: сначала он вроде бы отпустил мэра, чему тот несказанно обрадовался, но потом остановил его, как будто схватил за ворот своими вопросами. Градоначальник расстроился, он понимал, что нельзя упускать такую близкую свободу, надо что-то рассказывать, ведь его не отпустят. Он скривил лицо, по реакции градоначальника и Владимир, и Егор поняли: тот явно что-то знает.

Прерывая мысли-терзания мэра, заговорил Медный:

– Ну не бить же нам тебя. Мы этого не хотим, но ты сам вынуждаешь.

И демонстративно правой ладонью потер левый кулак.

– Мы, наверное, слишком вежливы с ним, – вздохнул Владимир. Он обошел длинный стол и занял пустующее кресло мэра. Сам градоначальник сидел на обычном стуле сбоку от стола. – Да киньте его за решетку. Пусть мечтает о своем мирном Чернигове. Будет ценным заложником.

– Ладно, ладно. Я расскажу, что знаю. Только отпустите меня!

– Другое дело!

И мэр заговорил. Рассказывал около часа.

– Мы тебя отпустим, как я и обещал, – сказал Соколов. – Но пока, чтобы ты своих дружков не предупредил, ты все же побудешь у нас. Никто тебя не тронет, как только все будет кончено, мы тебя отпустим.

Егор вышел из кабинета. В предбаннике на столе сидел Андрюха, в кресле пила чай секретарша. Шишков что-то ей рассказывал, девушка даже улыбалась.

– Пойдем на улицу покурим? – предложил Медянов.

– Да курите прямо здесь, окно только откройте, – предложила она.

– Спасибо.

Курили они молча, думая каждый о своем. А на самом деле об одном: что будет дальше? Выкидывая окурок на улицу, Андрей спросил:

– Как думаешь, по сколько нам светит за все это? Лет десять?

– Не знаю. Наверное, где-то так и есть. А что?

– Да нет, ничего. Еще вчера мы жили как обычно.

– Так, да не так. Маховик войны уже был запущен, и не нами, – нахмурился Медянов. – Я был в Киеве, я помню, что там творилось. Видимо, все это было неизбежно, к сожалению, но не мы это начали.

– Да, эпоха перемен. Что дальше-то будет? Думаешь, они услышат наши требования? – с надеждой сказал Андрей.

– Нет, про нас они уже все решили давно. А мы теперь дали им повод с нами расправиться, но они бы его и так нашли.

– Продажные политиканы. Как думаешь, «Правый сектор» уже едет сюда