Развод. Цена одной ошибки - Таня Ульянова

Я судорожно всхлипываю борясь с новой порцией слёз.

— Я не понимаю… Что… Что я вам такого сделала? Почему… Почему вы меня так не любите? Почему всё время считаете меня плохой? Я ведь правда старалась… Очень старалась… Я никогда не хотела занять чьё-то место. Никогда не хотела сделать вашему сыну больно. Я просто… Любила его… Очень любила...

Последние слова тонут в рыданиях заставляя меня буквально задыхаться.

Несколько секунд свекровь молчит, пронзительно глядя на меня.

А потом неожиданно делает шаг ко мне крепко обнимая. Так крепко, что я замираю от неожиданности. Её ладонь осторожно и заботливо ложится мне на затылок. Словно между нами никогда и не было напряженных отношений.

— Тише… — совсем тихо говорит она. — Тише, девочка...

И в этот момент что-то внутри меня окончательно ломается. Я больше не могу держать себя в руках.

Прижимаюсь к ней, словно маленький ребёнок и позволяю себе разрыдаться.

Горько. Безутешно. Так, будто вместе со слезами пытаюсь выплакать всю боль этого вечера от которой к сожалению не избавиться.

А она молча продолжает обнимать меня впервые за всё время, что мы были знакомы не упрекая, и не говоря колких фраз которые ранят.

Глава 8

Глава 8

Юля

Эта ночь оказалась бессонной. Я лежала, глядя в потолок гостевой комнаты в которой меня гостеприимно разместили родители Егора, и слушала тишину, наблюдая как за окном медленно наступает утро.

Стоило закрыть глаза передо мной снова возникало пережитое за этот вечер.

Марина. Егор. Всё что я услышала. Его лицо, его виноватый взгляд, и каждый раз сердце болезненно сжималось так сильно, что становилось трудно дышать. Я пыталась найти хоть какое-то объяснение произошедшему. Хоть одну причину почему он так поступил.

Хоть что-нибудь, за что можно было бы зацепиться. Но ничего не находила кроме как мыслей, что сама сделала что-то не так. Что не была такой хорошей женой. Может ему чего-то не хватало в нашем браке? Может я была недостаточно хороша в постели? Копаясь в собственных мыслях, я пыталась хоть как-то оправдать или объяснить поступок Егора. Но…

Предательство невозможно объяснить. Его можно только пережить скрепя зубами. Если это вообще возможно.

Я любила Егора всем сердцем. Без остатка отдавая всю себя ему. Без каких-либо условий. Без страха что он способен однажды предать. Он был моим домом, где душа всегда могла найти покой. Моей семьей которую я берегла как зеницу ока. Моим будущим в котором хотелось тонуть без остатка. Моей мечтой которая сбылась в день нашей свадьбы.

А теперь… Я не знала, кто он мне. И больнее всего было осознавать именно это. Что человек который был любовью всей моей жизни, в один миг стал просто чужим…

За завтраком к которому меня любезно пригласили родители Егора, я почти не разговаривала, просто не хотелось. Передо мной стояла тарелка с омлетом, но я даже не притронулась к нему. Не могла. Было тошно настолько, что кусок в горло не лез. От одной только мысли о еде к горлу снова подкатывала тошнота.

Я лишь не торопясь пила чай. Свёкор внимательно наблюдал за мной с хмурым взглядом, но не настаивал чтоб я завтракала. За что я была ему очень благодарна. Свекровь тоже молчала, задумчиво ковыряя вилкой в тарелке. В доме стояла очень тяжелая тишина.

— Спасибо вам… — я поставила пустую чашку на стол, с благодарностью смотря на них. — За всё. За то, что были рядом вчера. За то, что не оставили меня одну в таком состоянии.

Свёкор лишь грустно кивнул.

— Ты не одна, Юля, — слегка улыбнулся мужчина. — Запомни это.

Я слабо улыбнулась. По крайней мере постаралась изобразить что-то наподобие улыбки.

Наверное, впервые за всё время слова не смогли меня согреть. Слишком больно было внутри. Но я искренне была им благодарна.

Я поднялась со своего места.

— Мне нужно съездить домой, — проговорила я, хрипло, словно не своим голосом. — Собрать вещи. Я не останусь с Егором после того что узнала… Простите меня…

Никто не стал меня останавливать. Никто не стал отговаривать. На удивление даже свекровь ничего не сказала, хотя могла как обычно вставить какую-то колкую фразу. Но после вчерашнего вечера, будто что-то изменилось. И в какой-то степени мне было даже жаль, что я увидела её настоящее лицо при таких обстоятельствах.

Всю дорогу до дома, я повторяла про себя одну и ту же мысль. Не плакать не в коем случае. Только не при нём. Только не показывать ему слабость. Не показывать, насколько больно он мне сделал. Он не должен видеть мои слёзы. Не должен…

Я справлюсь. Я обязательно справлюсь, как бы там ни было. Я должна. Даже если сердце разрывается на части от предательства двух людей, которых я считала самыми родными.

Ключ тихо поворачивается в замке, и я нерешительно переступаю порог нашего дома.

Ещё вчера это был наш с Егором дом. А сегодня… Просто чужое место.

В гостиной стоит взъерошенный Егор. Он резко оборачивается на звук открывшейся двери и я едва узнаю его. Красные глаза, помятая рубашка. Будто за ночь он постарел на несколько лет.

— Юля… — он делает маленький шаг ко мне.

В его голосе столько растерянности, что на секунду мне становится трудно дышать, но я тут же собираю все силы в кулак.

— Слава Богу… — с каким-то облегчением шепчет уже почти бывший муж. — Я тебя полночи искал… Как ты меня напугала… Выслушай меня пожалуйста…

Я молча прохожу мимо него направляясь в спальню.

Открываю шкаф, спокойно сосредоточенно достаю чемодан. Быстро пока не передумала, начинаю складывать вещи. Чисто механически, на автопилоте, не позволяя себе думать.

— Юля...

Егор входит в комнату следом за мной.