Сбеги от меня, если сможешь - Кристина Майер

задает следующий вопрос. Я не отвечаю, даже когда он дергает за подбородок. Злится, светлые радужки наполняются темнотой. Я ощущаю ярость, которую вызывает в нем мое молчание. - В жопу давала? - бьет своими вопросами по лицу, словно отпускает пощечины. - Позволяла кому-нибудь лизать у тебя там?

- Нет! Нет! Нет! Нет! Нет! - кричу, а по щекам катятся слёзы.

Если он хотел унизить меня, оскорбить, заставить почувствовать себя грязной, у него получилось. Нанося удары по плечам, пытаюсь отодвинуться. Вместо того чтобы злиться, ведь я не контролирую свои удары и пару раз попадаю по лицу, он расслабляется. Даже воздух вокруг нас прогревается, будто кто-то включил печку.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Я заведена. Меня трясет, а по щекам продолжают течь слёзы. Все нервы оголены, а виновник моего состояния находит для себя новый источник издевательств. Обхватывает затылок, притягивает к себе и затягивается запахом моих волос, будто самым дорогим ароматом. Голову мыла вчера, а запах дешевого шампуня выветрился, как только я высушила волосы!

- Если позволишь кому-нибудь другому прикоснуться к себе, я его убью, - слизывает слёзы с моих щек, угрожает Леводский. И что-то в его спокойном ровном голосе заставляет волоски на моем теле встать дыбом. - А теперь будь хорошей девочкой и дай мне свой телефон.

«Зачем?» - висит несколько секунд в воздухе между нами, пока я не сдаюсь. Лезу в карман сумки-рюкзака за мобильным и протягиваю его Ледовскому.

- Пароль, - покрутив в руках последнюю модель яблока, произносит он.

Телефон одна из немногих вещей, что осталась из прошлой жизни. Родители успели подарить на окончание школы. Вбив шесть цифр, протягиваю телефон обратно Ледовскому.

Набирая одной рукой по памяти чей-то номер, он не отходит. А мне нужно пространство между нами. Рядом с Ледовским невозможно находиться, он топит своей энергетикой. Заставляет захлебываться отрицательными эмоциями. Природа наделила его ангельской внешностью, но за этой внешностью скрывается самый настоящий темный демон. Опасный, жестокий, беспощадный.

- Жду на заброшенной лодочной станции, - произносит Илай, как только на том конце слышится «да». Отбивает звонок и удаляет номер телефона. Мое тело прошивают колючие ледяные шипы.

Кому он звонил?

Кого позвал сюда?...

Глава 11

Глава 11

Мелина

Покручивая в руках мобильный, Ледовский о чем-то задумывается. Пока он стоит ко мне боком, рассматриваю четкий профиль, выбритые виски, татуировку на крепкой шее. Все в нем прекрасно, кроме души…

Отвожу взгляд в противоположную сторону, чтобы он не заметил мой интерес. Краем взгляда наблюдаю, как илай включает на экране моего телефона подсветку, смотрит на цифры для ввода пароля.

Попросит открыть?

Резко гасит экран и протягивает мне телефон, который я тут же убираю в кармашек рюкзака. Илай подходит вплотную. Его не устраивает расстояние, которое я воздвигла между нами. Кладет руки на мои колени, дергает в разные стороны с такой силой, что я носом лечу вперед и утыкаюсь ему в грудь.

- Расслабься, - приказывает Ледовский, устраиваясь между бедер.

- Что ты делаешь? - пробую отползти назад. Кто бы мне дал сбежать? Хватая за бедра, тянет меня обратно на край стола.

- Расслабься! - с холодным колючим раздражением, повторяет приказ.

- Я не могу… сначала отойди, - упираясь ладонями в крепкую грудь, пытаюсь сдвинуть Ледовского с места, безрезультатно. Дернув скептически бровью, он наблюдает за моими потугами. Наблюдает недолго.

- Проблемная, - выдыхает с раздражением. Смещает одну руку мне на затылок, дергает на себя. - Дай мне что-нибудь взамен на мое терпение, - рычит прямо в губы.

Он предлагает мне откупиться? Вряд ли его заинтересует та сумма денег, что лежит у меня в кошельке. Ледовский в течение часа выиграл тринадцать миллионов.

- Могу отдать свой телефон, - предлагаю я.

- Издеваешься? - оскаливается Илай, сжимая пальцы на моем затылке.

- У меня нет денег…

- Бля, - вздыхает так, будто я испытываю его терпение. - Дай мне себя, - не дожидаясь ещё одного раздражающего его ответа, впивается в губы.

Цепенею, сижу не двигаюсь и практически не дышу. Если я вновь ойкну, Илай меня отпустит? Поцелуй отличается от предыдущего, у меня нет повода кричать и морщиться. Ледовский действует мягче, облизывает и обсасывает губы, не причиняя боли.

- Впусти! - требует он, давя языком на зубы. Мое оцепенелое тело несогласно на уступки. - Тебе лучше привыкнуть ко мне и начать отвечать, - надавливая свободной рукой на подбородок, произносит прямо в губы. Если бы я и хотела что-то противопоставить, не успела бы, в следующую секунду Илай толкаясь языком мне в рот.

С тихим рыком, исследует внутреннюю сторону щек, затягивает мой язык в сражение, перетягивает его в свой рот. Он добивается моего отклика. Тело в какой-то момент расслабляется и включается в поцелуй. Ледовский чувствует робкий пугливый ответ, с тихим хриплым стоном набрасывается на мои губы, будто теряет выдержку.

Пьет из моего рта, словно из источника, а утолив первую жажду, смещает свои губы мне на шею. Целует скулу, облизывает ухо. Вдыхает в себя мой запах.

- Охрененно пахнешь, - обжигая коду лица своим дыханием, хрипло произносит Илай.

Ощущение, будто я нахожусь в лапах зверя, но отчего-то мне перестает быть страшно. До того момента, как он резко отстраняется от меня и отходит к озеру.

Страх и тревога возвращаются, потому что я не понимаю, что происходит с Ледовским. Он стоит в свете луны, что отражается от водной глади. В очередной раз отмечаю, что он красив… Но эта красота смертельно опасна. Я не успею осознать, как он затянет меня в свою игру, правил у которой не существует. Мне нужно от него бежать, потому что заступиться за меня некому…

Спрыгнув со стола, я присаживаюсь на край скамейки. Поправляю волосы. Незаметно стираю с губ вкус навязанного поцелуя.

- Сейчас за тобой приедут и отвезут домой, - сообщает Илай, останавливаясь возле дерева.

Расстояние между нами больше двух метров, но я прекрасно чувствую его изменившееся настроение. Не знаю, что происходило с ним возле воды, но вернулся он холодным и отстраненным. Привычным все Льдом.

- А теперь запомни, что ты должна делать, - жестким требовательным тоном, требует внимания. - Ты больше не шляешься по ночам. Чтобы с хорошими девочками ничего не случилось, они сидят дома. Нарушишь запрет, поедем ко мне, - угроза повисает в воздухе. Он может не расписывать, что стоит за его предупреждением, мы оба знаем, какими будет наказание.