Разделяй и властвуй 1-6 - Сергей Александрович Плотников

— Как в гробу⁈ Воздуха не хватает⁈ Ты же мертвый! Ты не дышишь! Какая тебе разница?

Молчание.

— Отвечай мне! — я схватил его за куртку и встряхнул.

— Никакой разницы, — повторил он. — Никакой. Все. Бессмысленно.

Опять этим ровным механическим тоном, вызвавшим у меня ассоциации со сломанными роботами.

Тут до меня дошло, что я страдаю херней. Я оглянулся, ожидаемо увидел змейку — она нашла Бьера и лежала рядом, у него под рукой — и протянул ей руку, щелкнув пальцами. Змея послушно обвила мое запястье, поднимаясь выше по предплечью. Слугам, что топтались позади, я наоборот велел:

— Отойдите на десять шагов назад и там стойте!

Те послушались.

После этого я схватил Бьера за куртку на груди, рывком вздернул к себе… ну, попытался, тяжелый все-таки! До того, как мы совместными усилиями ему едва ли не удвоили мышечную массу, я его новое тело поднял бы, теперь… Впрочем, адреналин придал мне сил, и со второй попытки у меня получилось. Затем я подхватил его под мышки и прижал к себе, как дорогого брата после долгой разлуки. И полыхнул огнем во все стороны. Не сколько хватало мощи, но куда сильнее, чем я делал для себя, рассудив, что бедняга под воздействием этой херни дольше — скорее всего, с того места, где я нашел фонарь и каску, а это было метров двести назад. Как он вообще столько прополз в таком состоянии? И главное, зачем?

Хотя ясно, зачем. Игнис, идиотка, убежала куда-то вперед. А этот, такой же идиот, не догадался, что надо не вперед за ней бросаться, а идти ко мне за помощью! С другой стороны, в этой черной депре хрена с два можно разумно мыслить.

Огонь подействовал: Бьер «ожил», перестал безвольно висеть в моих объятиях и схватил меня за плечи, выравниваясь.

— Влад! — вот теперь в его голосе звучали настоящие чувства. Кажется, даже стыд. — Спасибо.

— Не за что, — буркнул я. — Что у вас случилось⁈

— Я сам не совсем понимаю, — он отцепился от меня, выпрямился, чуть покачнувшись. Эк его разобрало. — Такое… странное ощущение. Все было нормально, но вдруг Игнис начала чудить. Я попытался разрядить ее недовольство, она рассердилась сильнее, ударила меня ветром… Я упал. И встать уже не смог. Появилось чувство, что я опять ребенок, и меня заперли. И все бессмысленно. Осталось еще какое-то ощущение, что надо спасать Игнис, но я даже шага пройти не мог! И окружающее воспринимал… неадекватно. Как будто я еще жив, и мой разум затуманен.

— Ну, нет, ты довольно далеко уполз, — мрачно проговорил я. — Только не в том направлении. Пополз бы в другую сторону — пришел бы в себя и догадался, что надо позвать меня, чтобы я выжег эту магию.

— Да, — прежним безжизненным тоном произнес Бьер. — Да, я виноват.

— Мать твою, вот только мертвеца с клаустрофобией и комплексом вины мне не хватало! — выругался я. — Хватит, все, никаких соплей. Идем спасать нашу блондинку.

— Если она попала к эльфам…

— Нет тут никаких эльфов, — я еще сам не понял, почему так в этом уверен, но подсознательно уже что-то сработало, какая-то мозаика сложилась. — И никогда не было. Что они, не люди, что ли? Им тут тоже кисло.

— Ты о чем? Это же их магия.

— Нет, не их. Едрить, Элсин, она даже тебе, умертвию, на мозг капает! Настолько, что ты начинаешь глупости делать. А они — живые! Остроухие и дурные, но живые. Кстати, слишком дурные, как я теперь понимаю… Ладно, пойдем, нагоним Игнис — и я вам все объясню.

Мы зашагали вперед — и скоро я понял, что дурнина опять наваливается и на меня.

— Опять буду жечь, — предупредил я, — так что давай снова обниматься.

Блин, вот никогда не думал, что скажу это трупу!

Полыхать огнем приходилось буквально через каждые метров десять, и я начал опасаться, что такими темпами мы никогда Игнис не нагоним. Но в какой-то момент змея развернула кольца у меня на шее и скользнула по боку и по ноге в темноту. Крылан тоже высунул морду у меня из-за пазухи и запищал.

— Он здесь? — удивился Бьер.

— А что, я его должен был там бросить?

— Нет, что ты. Это… Хорошо. Очень хорошо! На него, вроде, не действует?

— Ну, он какой-то притихший, но цапнуть меня не пытался. Диагностика Жизнью ничего не показывает.

Змея скрылась за высоким, стоявшей на попа глыбой камня, отгораживающей участок тоннеля. Мы услышали тонкий всхлип и вопль:

— Уйди!

— Игнис! — Бьер кинулся к этой глыбе.

Игнис, совершенно не похожая на себя, забилась в узкую нишу, отгороженную от коридора каменюкой, и тряслась там, как нервный чихуахуа на прогулке. И выглядела такой же злобной. Лицо исказившееся, оскаленное, пустые глаза. Блин, она сидела так тихо, что, если бы не змея, мы вполне могли бы ее и пропустить!

— Уходите! — завизжала она. — Прочь! Вы… я знаю, что вам нужно! Не возьмете!

Я нагнулся, поднимая с пола отработавшую свое змейку.

— Что нам нужно? — спросил я как можно более спокойным тоном.

Игнис разразилась потоком чернейших ругательств. Я не то что от нее такого не слышал — я вообще в этом мире пока ничего похожего не слышал, разве что от некоторых добытчиков. Но там это все было объединено в более-менее связные, порой даже искусные тирады, а тут — просто поток слов, «словесная рвота», связанная только диким страхом и еще более диким гневом. В этом всем прорывались еще оскорбления в мой адрес, в адрес Бьера и еще в чей-то адрес, пополам с обвинениями, что мы хотим ее изнасиловать, убить, а потом еще раз изнасиловать.

М-да, тяжелый случай. Тоже детские воспоминания прорвались?

Что характерно, воздухом она по нам бить не пыталась. Не помнит, что может? Тоже заперта мысленно в своих двенадцати годах? Но имена-то наши помнит…

— Игнис, на тебя воздействует магия эльфов, — сказал Бьер. — Влад может выжечь ее огнем. Но для этого ему нужно тебя обнять, а не то он тебя же обожжет. Позволь ему, пожалуйста.

Дохлый номер. С тем же успехом он мог бы разговаривать с упомянутой припадочной чихуахуашкой.

— Выкорябывай ее оттуда, — сказал я, отступая в сторону. — И толкай в мои объятия. Придется ей еще раз пережить свой самый страшный кошмар — ну да ничего не поделаешь.

Некромант кинул на меня странный взгляд.

— Ее насиловали в детстве?

— У нее спроси. Мне она рассказала случайно, потому что я увидел ее реакцию в камере смертников… Короче, разбирайтесь сами.

…С Элсином после