100 великих врачей и подвижников медицины - Полина Ребенина

расформировать мою группу, а меня уволить. Спрашиваю у зав. кафедрой – какова причина? Мнется, мычит что-то невнятное. Снова возникает фигура Фортова. А ведь он – специалист по физике плазмы, но никак не генетик. Объяснение, что причина – непонимание нужности моей работы, отпадает. Какова же она? Фортов курирует ИПУ РАН и знает о нашей работе и что меня пригласили в Канаду – показать работу квантовых генов. Показали. Нас высылают в Москву, присвоивши наши результаты и наши ноу-хау. И лазеры, что мы переправили в Торонто. В общем, Фортов – причина наших преследований. Ему-то что до нас? Вероятно, откуда-то ему скомандовали – убрать Гаряева. Откуда? Бирштейн с нашими результатами и протоколами экспериментов летал в Вашингтон… Эту цепочку могу достроить многими звеньями. Но излишне».

Получается странная история: все результаты многолетней работы Гаряева переправили за границу, а самому ученому в России запретили продолжать исследования?!

Гаряев был смелым первопроходцем, таким, как он, уготована не самая лучшая участь. На родине его травили, называли псевдоученым, его исследования не финансировались как «лженаучные». Вместе с тем его трудами и практическими разработками спешно пользовались в развитых странах. Это весьма типично, выдающиеся умы и их идеи выманиваются за границу, и там используются. П.П. Гаряев был номинирован на Нобелевскую премию в 2021 году в области медицины, документ датирован 20 октября 2020 года. А 17 ноября 2020 года выдающегося ученого не стало.

Тасуко Хондзё

(1942 г. р.)

В последние несколько лет внимание онкологов всего мира приковано к новому направлению в лекарственной терапии злокачественных опухолей. Речь идет о том, чтобы стимулировать иммунную систему самого организма на борьбу с раком. Для этого, как выяснилось, необходимо блокировать те молекулярные механизмы, которые опухоль использует, чтобы защититься от атаки иммунных клеток. Углубленное понимание этих сложнейших механизмов (которые сейчас интенсивно изучаются) уже привело к разработке таких лекарств, как «Ервой», «Опдиво», «Китруда», «Тецентрик» и другие. Благодаря им уже сейчас удалось спасти целый ряд пациентов с меланомой, лимфомами и некоторыми другими онкозаболеваниями, но, по общему мнению, потенциал этих новейших лекарств пока еще раскрыт далеко не полностью и в самом скором времени нас ждут новые достижения. В 2018 году за разработку этого класса лекарств ученым Джеймсу Эллисону и Тасуко Хондзё была присуждена Нобелевская премия по физиологии и медицине.

Хондзё родился в Киото в 1942 году. В 1966 году он получил степень доктора медицины на медицинском факультете Киотского университета, где в 1975 году защитил диссертацию доктора философии по медицинской химии под руководством Ясутоми Нисидзуки и Осаму Хаяиси.

Хондзё был приглашенным научным сотрудником на кафедре эмбриологии в Вашингтонском институте Карнеги с 1971 по 1973 год. Затем он перешел в Национальный институт здравоохранения США (NIH) в Бетесде, штат Мэриленд, где в качестве научного сотрудника с 1973 по 1977 год изучал генетическую основу иммунного ответа. С 1992 года он много лет был стипендиатом NIH Фогарти. В течение всего этого периода Хондзё не терял связи с родиной. Он также был доцентом медицинского факультета Токийского университета с 1974 по 1979 год; профессором кафедры генетики медицинского факультета Университета Осаки с 1979 по 1984 год; профессором кафедры медицинской химии медицинского факультета Киотского университета с 1984 по 2005 год. С 2005 года Хондзё является профессором кафедры иммунологии и геномной медицины медицинского факультета Киотского университета. С 2012 по 2017 год он был президентом Корпорации государственных университетов префектуры Сидзуока.

Т. Хондзё. 2018 г.

Хондзё является членом Японского общества иммунологии и занимал пост его президента с 1999 по 2000 год. В то же время он является почетным членом Американской ассоциации иммунологов. В 2017 году он стал заместителем генерального директора и почетным профессором Института перспективных исследований Киотского университета (KUIAS)

В 1992 году Хондзё обнаружил на поверхности Т-лимфоцитов (клеток иммунной системы) молекулу белка PD-1, который раковые клетки блокирует, становясь «невидимым» для иммунных клеток. На основе этого открытия были разработаны лекарственные антитела, которые не дают раковым клеткам блокировать PD-1 и тем самым возвращают организму возможность распознавать и уничтожать злокачественные опухоли.

Идею, что иммунитет и рак могут быть как-то связаны, высказал еще отец-основатель иммунологии Пауль Эрлих. Этот исследователь предположил, что опухолевые клетки могут возникать в организме постоянно, но иммунитет блокирует их развитие. Его идеи отчасти подтвердились в 1950-х годах, когда оказалось, что переливание крови от пациентов, у которых меланома (рак кожи) ранее спонтанно исчезла, может спровоцировать такую же регрессию у пациента, получившего кровь. Исследователи пошли дальше и попробовали пересадить меланому между двумя пациентами, чем добились регрессии опухолей у обоих. Со временем идеи Эрлиха легли в основу целой теории иммунного надзора над опухолью.

Дело в том, что практически все клетки нашего тела в обязательном порядке сообщают иммунитету обо всех белках, которые они содержат. Этот «иммунологический паспорт» расположен на поверхности клеток и состоит из белков главного комплекса гистосовместимости (MHC), в которых как в тисках зажаты небольшие аминокислотные цепочки – пептиды. Эти фрагменты вырезаются из всех белков, присутствующих внутри данной клетки. Специальные клетки – Т-киллеры – постоянно «ощупывают» эти белковые комплексы и, когда клетка начинает производить что-то странное, убивают ее. Поэтому практически все опухоли так или иначе умеют контролировать иммунный ответ и избегать его.

При той всеобъемлющей защите, которую обеспечивает нам иммунитет, кажется невероятным, что какие-то опухоли все-таки могут развиваться в организме. Особенно подобные меланоме, которая выделяется среди опухолей наиболее сильным искажением «иммунологического паспорта». Многие опухоли просто «набиты» иммунными клетками, которые почему-то их не атакуют. Должны существовать механизмы, позволяющие таким новообразованиям избегать иммунного надзора.

В своей речи после вручения Нобелевской премии Т. Хондзё сказал: «Название моей лекции отражает не только мой вклад в лечение рака, но и то, что всем нам повезло обладать приобретенным иммунитетом, иначе иммунотерапия раковых опухолей была бы невозможна».

Хондзё отметил, что идея иммунотерапии опухолей появилась еще в 1970-е, но многие попытки разработать ее долго не приводили к успеху. До открытия механизмов подавления активности иммунных клеток опухолью ученые работали в следующих направлениях: вакцинация больных неоангтигенами опухолей, активация Т-клеток пациента in vitro и введение цитокинов.

Американская биофармацевтическая компания Medarex спонсировала выпуск препарата «Ниволумаб» – антител к PD-1 – для клинического применения. Тасуку рассказал об их клинических испытаниях в Японии: «На небольшой выборке мы испытывали антитела на пациентках с устойчивым к препаратам платины раком яичников… Особенно нас удивил случай женщины, очень быстро ответившей на терапию, опухоль которой исчезла. После года