Тень на обороте - Юлия Сергачева

свет. Никогда бы не подумал, что способен заснуть в такой близости от неизвестности. Никогда бы не подумал, что смогу заснуть, когда под боком сопит та, что не так давно пыталась меня убить. Но спал крепко и долго.

* * *

…Одиночные рыбные фермы постепенно сменялись разрастающимися хозяйствами. Каждый следующий прибрежный поселок, который мы оставляли позади, становился все крупнее, зажиточнее, наряднее. На море покачивались поплавки, размечающие отдельные территории — сначала простенькие выцветшие лоскутки, а затем и стеклянные, узорные шарики.

Поначалу мы шли весело, благо, что за дорогами рачительные хозяева следили хорошо. Пару раз нас даже подвезли неразговорчивые, но доброжелательные селяне. И все равно, ко второй половине дня мы оба так измотались, что еле передвигали ноги. Упрямая Илга изо всех сил делала вид, что совсем не устала. Я оборачивался невзначай и успевал заметить, как она поспешно расправляет плечи и ускоряет шаг. А затем опять отстает.

Зазевавшись на стайку воздушных змеев, вроде бы бесхозно вьющихся над просекой, я неудачно ступил в колдобину и подвернул лодыжку. Дальше пришлось хромать. Зато теперь мы с Илгой сравнялись в скорости, что явно было воспринято девушкой с облегчением.

— В следующем селении остановимся на ночлег, — я, щурясь, разглядывал далекие пока лесистые взгорки дальше по дороге.

— До него еще добраться надо… — безропотно согласиться Илга, конечно, не смогла, но и возражать из упрямства не стала.

Деревья перебирали листву, пропуская разреженный солнечный свет, словно разбавленный мед — текучий и светлый. Пахло нагретой землей, хвоей, преющими листьями и грибами. Над поздними цветами, надрывно гудя, реяли толстобрюхие, крупные шмели. И осень им нипочем.

— Привал!

Ну, надо же! Снова ни слова вопреки! Утомленная спутница облегченно откинулась на шершавый ствол дуба, раскинувшего ветки у на обочине. Зажмурилась, дыша часто и неглубоко, не замечая, как по растрепавшимся волосам, путаясь, перебираются красные жуки.

— Вода еще осталась?

— Воды у нас полно, — Илга, не открывая глаз, отцепила от пояса и протянула флягу.

Да, воды действительно хватало. А вот еды совсем не было. Местное население не особо спешило поделиться краюшкой хлеба с какими-то бродягами.

Отвинтив крышку и отлив немного воды, я сорвал прямую травинку, достаточно жесткую с виду и, морщась, рассек палец. Из неглубокой, тонкой царапины выступила капля крови. Как раз хватит.

— Что ты делаешь? — настороженно осведомилась Илга, которая уже не дремала, а внимательно наблюдала за моими действиями.

— Готовлю бодрящий напиток. Если мы будет двигаться с такой скоростью, то никуда не доберемся до зимы.

— Ты сам хромаешь.

— Тут уж ничего не поделаешь. Я бы, конечно, с удовольствием перегрыз тебе горло, чтобы вдоволь похлебать свежей кровушки и регенерировать, как по волшебству, но, боюсь, ничего кроме изжоги не заработаю… Зато тебе моя кровь добавит прыти.

— Я не буду это пить! — она скривилась так, что мне впору и оскорбиться.

— Как хочешь, — я поболтал флягой, прислушиваясь к глухому плеску. — А вот его величество Император пьет и не жалуется.

— Врешь!

Я снова пожал плечами, стараясь не ухмыляться. Капля крови скатилась по пальцу, оставляя липкий след.

— Просто очень не хочется ночевать в незнакомом лесу. Кто его знает, что тут обитает. Не зря же люди толкутся на побережье.

— Можно переночевать на берегу.

— Я бы предпочел крышу над головой. И ужин… Ну?

— Не буду.

То ли отдых хорошо подействовал, то ли напугала перспектива хлебнуть «бодрящего» напитка, но дальше Илга зашагала веселее, так что теперь уже я отставал. Причем, все сильнее. Когда впереди, в распадке замаячило селение, я отстал настолько, что Илге пришлось дожидаться меня возле межевого камня. Согласно выбитой надписи, правая, заросшая дорога вела к Сушьему болоту, а дорога прямо — к неким «Светигам».

— Деревня… Вон, даже храм есть, — Илга, приставив ко лбу ладонь козырьком, с любопытством рассматривала показавшиеся среди крон деревьев крыши.

— Это не храм, — возразил я, тоже приметив высокое и узкое строение. — Это Перевернутая башня. Их тут часто ставят.

— Для чего?

— Ну, поначалу, чтобы было, где Оборотням жертвы приносить. В обмен на полезные услуги… Затем, чтобы было куда Оборотней заключать. Если поймают.

Илга ощутимо напряглась и быстро посмотрела на меня, невольно скользнув взглядом по раскрытому вороту рубашки. Время от времени, она, похоже, забывала, в чьем обществе путешествует.

— Нет, — преувеличенная серьезность далась мне не без усилий, — лично я жертвы здесь не ел. И вообще предпочел бы пирог с рыбой.

— А тебя можно там… заключить?

Как-то странно она это спросила. Запнувшись, будто не сразу подобрав нужное слово.

— Не советую, — с нажимом ответил я.

Она пренебрежительно повела плечами, обогнула межевой камень и направилась к обещанным Светигам.

…Деревня жила своей жизнью. К нашему появлению отнеслись с прохладцей. Молодая женщина с голосящим младенцем на руках, перекрикивая вопли дитя, озабоченно поинтересовалась, не встречали ли мы на дороге пегую корову. Мы покачали головами, и она торопливо прошла мимо, энергично встряхивая ребенка. Из дома напротив полюбопытствовали, не бродячие ли мы танцоры. «А то скушно» — грустно пожаловалась девица из окна. Пришлось ее разочаровать.

Постоялого двора или таверны в Светигах не нашлось и заночевать здесь можно было только напросившись к кому-нибудь на постой. Гостей селяне пускали охотно, но не бесплатно и цену запрашивали совершенно неприличную. «А в лесу вам лучше не спать, — хитро жмурясь, вещал очередной хозяин или хозяйка. — Там у нас лихо ходит…»

Прохромав через всю деревню, я обессилено повалился на второй межевой камень, зеркальное отражение оставленного на другом конце селения.

— Может, что-нибудь продать? — хмуро предложила Илга, явно настроившаяся на комфортную ночевку.

— Нечего нам продавать.

— Тут полно камней… Преврати какой-нибудь из них в самоцвет.

Глядите-ка! Похоже, оборотничьи фальшивки возросли в цене. Та ли это принципиальная поборница ясности и правды, не желавшая прикасаться к «оскверненной» брошке?

Впрочем, от намека на памятный эпизод я воздержался. Никто из нас не остался прежним с того дня.

— Из щебня драгоценностей не наделаешь. Попробуем лучше кое-что другое. Ты не заметила, в каком направлении здесь кладбище?

Спутница мигом подозрительно насупилась.

Погост отыскался, как и положено, неподалеку от селения, укрытый в живописном уголке леса. Похоже, покойников не тревожили ни визиты неведомого лиха, ни даже почтительных потомков. Бурьян за хлипким забором разросся по пояс, скрывая могильные холмики.

Илга отказалась идти со мной. Осталась возле ограды, провожая мрачным взглядом. Уж не знаю, что она подумала, но протестовать не стала.

Солнце уже скрылось, но было еще достаточно светло даже под кронами деревьев. Над головой назойливо вскрикивали, перепархивая, птицы. Чувствуя себя некромантом, подыскивающим подходящую для разверзания могилу,