100 великих имен России - Полина Ребенина

А. Коржаков, начальник службы безопасности Ельцина, лично арестовывал Руцкого и Хасбулатова. Он получил его приказ «не брать их живыми». После вывода пленных на лестницу Дома Советов Коржаков публично потребовал их расстрела. Но он не смог выполнить приказ Ельцина, вокруг было слишком много свидетелей. Руцкого и Хасбулатова задержали и поместили в одиночные камеры тюрьмы Лефортово.

Рядовых же депутатов выпустили, но на выходе из здания их ожидала расправа. Они попали в руки «жестокого» отряда, при выходе из здания парламента получил два пулевых ранения и брат А. Руцкого Михаил.

5 октября 1993 года, сразу после расстрела здания Верховного совета, Ельцин назначил Генеральным прокурором РФ своего сторонника Казанника. Кровожадный Ельцин настаивал на том, чтобы А. Руцкого и Р. Хасбулатова судили по статье за убийство и обоим была назначена смертная казнь, которая должна быть приведена в исполнение в трехдневный срок. Однако прокурор Казанник отказался подчиниться, ведь все понимали, что настоящее преступление было совершено с противоположной стороны.

Было принято постановление Государственной Думы об амнистии участников событий 1991 и 1993 годов, и Казанник проявил принципиальность и не стал препятствовать выполнению этого постановления. Этим он вызвал гнев Ельцина и был вынужден сложить свои полномочия.

А. Проханов был одним из защитников Белого дома. В октябре 1993 года произошел окончательный разгром его газеты «День». Тогда здание редакции было захвачено автоматчиками, а вся техника редакции разгромлена и уничтожена. Под угрозой ареста Проханов ушел в леса, где скрывался у своего друга В. Личутина вместе с В. Бондаренко и Е. Нефедовым. Там же было принято решение выпускать новую патриотическую газету. Ее назвали «Завтра».

Проханов вспоминал об октябрьских событиях: «Разгром оппозиции в 1993 году у Дома Советов оказался катастрофическим. «Завалили» практически все организации, которые в ту пору существовали. Арестовали всех лидеров. Была сломлена воля как оппозиционных движений, так и народа в целом… Под аккомпанемент танковых выстрелов была принята глубоко либеральная Конституция, состоялись первые выборы в Госдуму, на которых либералы же должны были победить по всем признакам. Однако Госдума была в итоге патриотическая. Это был феномен, который всех поразил. Почему кровь, страх, ненависть, доминировавшие в политике, культуре, СМИ, не привели к победе либералов на тех первых выборах? С тех самых пор либералы медленно, но неуклонно отступают. Побеждают идеалы, за которые сражались баррикадники Дома Советов».

В лихие 90-е Проханов едет в Приднестровье и Чечню. О войне в Чечне он написал книгу «Чеченский блюз». Одним из первых журналист призвал Россию защитить людей Донбасса, приветствовал присоединение Крыма, назвав его «крымским чудом», «венчанием Крыма и России».

Генерал-лейтенант Л.Я. Рохлин

Генерал-лейтенант Лев Яковлевич Рохлин (1947–1998) считался лучшим военачальником Первой Чеченской войны. Хотя в действующей армии успел повоевать не так уж и много – с начала декабря 1994 по февраль 1995 года.

Он родился в 1947 году в Аральске Казахской ССР. Окончил Ташкентское высшее военное общевойсковое командное училище (1970), Военную академию имени М.В. Фрунзе (1977), Академию Генерального штаба (1993). Службу проходил в Группе советских войск в Германии, Ленинградском, Туркестанском, Закавказском военных округах. С октября 1982 года командовал частями в составе ограниченного контингента в Афганистане. С июня 1993 года командир 8-го гвардейского армейского корпуса. Участник боевых действий в Чечне.

В Чеченской войне Рохлин проявил себя как профессиональный и талантливый военный. Его 8-й гвардейский армейский корпус наступал на мятежную Чечню со стороны дагестанского Кизляра. И смог дойти до Грозного без лишних потерь – как собственных, так и со стороны мирного населения.

Рохлин шел на Грозный не нахрапом, а тонко, обходя крупные населенные пункты. Среди населения Чечни у генерала быстро появились свои люди, что передавали важнейшую информацию о передвижениях боевиков, о лучших путях наступления на столицу. Короче, о том, где именно бандиты ждали в засадах российских солдат.

При этом Рохлин щадил местное население и его обычаи. Например, запретил артиллерии стрелять по мечети в станице Петропавловской, на чьем минарете засели боевики. Храм освободили снайперы и пулеметчики.

Рохлин сумел мастерски вскрыть почти все оказавшиеся на пути ловушки. И, закрепив свои позиции блокпостами, смог подойти к Грозному в установленный срок.

Л.В. Рохлин

В самом городе генерала ждала не менее сложная задача – освободить площадь Минутка, взять консервный завод, краеведческий музей и гостиницу «Кавказ». А также на его долю пришелся штурм самого президентского дворца Дудаева – «Рескома». По Грозному солдаты генерала шли не плотными танковыми колоннами, как в других группировках, а отделениями по две-три боевые машин, в сопровождении пехоты. Что опять-таки помогло избежать лишних потерь. И выполнить все поставленные задачи.

Именно благодаря грамотным действиям генерала Рохлина удалось освободить чеченскую столицу. «Я не был разбит благодаря моему афганскому опыту, – делился позже генерал. – Благодаря пониманию, что совсем уж тупые приказания сверху можно и нужно далеко не всегда исполнять».

Например, он отверг приказ штурмовать президентский дворец при поддержке тяжелой артиллерии, беспрерывного огня танков и авиации. Отлично понимал, что в такой каше, что сложилась тогда в центре Грозного, это приведет к страшным потерям со стороны российских сил. Потому дворец Дудаева грамотно атаковали штурмовые группы мотострелков и морских пехотинцев, прикрытые «Тунгусками».

Интересно, что штаб Рохлина в те страшные дни стоял прямо на передовой. Так было намного легче управлять частями в тяжелейшей ситуации. «Этот человек в треснутых очочках, так не похожий на бравого боевого генерала-вояку, – рассказывал о Рохлине журналист Александр Невзоров. – Но именно он лично руководил всеми операциями. И лично, с минимальной охраной, выходил на переговоры с боевиками, добиваясь обмена пленными».

Впрочем, после успешного взятия Грозного 8-й армейский корпус генерала Рохлина внезапно из Чечни был выведен. Хотя мог бы продолжить славные дела. Есть мнение, что выведен был из-за слишком растущей популярности своего командира. А также из-за возможности закончить Чеченскую войну слишком быстро…

Генерал Рохлин, кстати, от предложенного звания Героя России за взятие Грозного публично отказался. Он сказал: «Война в Чечне – это боль России и ее горе, гражданская война. Считаю неприемлемым принимать награду за такую войну. В гражданской войне полководцы славы снискать не могут».

После взятия Грозного Лев Рохлин стал знаменитой фигурой, ему предложили войти в партию «Наш дом – Россия» и идти на выборы в Госдуму. В Госдуме Лев Яковлевич назначается на пост председателя Комитета по обороне. Видя масштабы развала в стране и в армии,